К тексту акта
Областной судАпелляцияОставлено без изменения

Апелляционное определение № 33-7700/2026 от 19 мая 2026 г.

Свердловский областной суд

Дата сверена
Дело № 33-7700/2026

Итог · из резолютивной части

решение Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 11 февраля 2026 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика - без удовлетворения.

Перейти к резолютивной части

Реквизиты

Суд
Свердловский областной суд
Номер дела
33-7700/2026
УИД
66RS0004-01-2025-001739-51Идентификатор дела: присваивается в первой инстанции и не меняется до Верховного Суда.
Изготовлен полностью
Судьи
Редозубова Т.Л., Мурашова Ж.А., Ершова Т.Е.
Вид дела
Гражданские дела
Регион
Свердловская область
Суть спора
Работница требовала установить факт трудовых отношений с ИП, признать незаконными приказы об отстранении от работы и увольнении по п. 5 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, изменить формулировку и дату увольнения, взыскать средний заработок за прогул и моральный вред; иск удовлетворён частично.
Опубликован
sudact.ru (откроется в новой вкладке)

Текст акта

Дело № 2-89/2026

№ 33-7700/2026

УИД 66RS0004-01-2025-001739-51

Апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 29 мая 2026 года

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г.Екатеринбург 19 мая 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе председательствующего Редозубовой Т.Л.,

судей Мурашовой Ж. А., Ершовой Т. Е.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Евстафьевой М.М.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности заключить трудовой договор, внести изменения в записи в трудовой книжке, признании приказа об отстранении от работы незаконным, признании увольнения и приказов об увольнении незаконными, изменении формулировки основания увольнения и даты увольнения, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, возложении обязанности направить сведения в фонды, уплатить налоговые и страховые платежи,

по апелляционной жалобе ответчика на решение Ленинского районного суда г.Екатеринбурга от 11 февраля 2026 года

Заслушав доклад судьи Редозубовой Т.Л., объяснения представителя ответчика ФИО3, представителя истца ФИО4, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (в ходе судебного разбирательства прекратил свою деятельность в статусе индивидуального предпринимателя) о защите трудовых прав, просила внести в трудовую книжку записи о работе у ответчика (о приеме на работу с 6 июня 2024 года в качестве оператора колл-центра, работающего дистанционным способом); признать незаконными приказ «Об отстранении от работы» от 17 января 2025 года, приказ № 1 от 28 января 2025 года «О применении дисциплинарного взыскания», приказ от 28 января 2025 года «О прекращении трудового договора с работником» по основанию, предусмотренному п.5, ч.1 ст. 81 ТК РФ»; восстановить истца на работе у ИП ФИО2 в должности оператора-колл центра, на дистанционной основе; взыскать с ответчика в пользу истца средний заработок за время вынужденного прогула с момента отстранения и увольнения с 17 января 2025 года по дату принятия решения судом из расчета среднедневного заработка размере 1559 руб. 64 коп., среднемесячного заработка в размере 45697 руб. 70 коп. в соответствии с представленным на 11 февраля 2026 года расчетом – в сумме 609819 руб. 24 коп.; взыскать компенсацию морального вреда в сумме 50 000,00руб.; возложить на ответчика обязанность направить сведения в ФНС РФ, в ПФР, ФСС, ФФОМС о выданной истцу на руки дополнительной заработной плате в размере 145786 руб. 00 коп.; возложить на ответчика обязанность уплатить платежи: по НДФЛ – 21784 руб. 11коп., в ПФР – 36865 руб. 42 коп., в ФСС – 4859 руб. 62 коп., в ФФОМС – 8546 руб. 34 коп.

В ходе судебного разбирательства истец дополнил требования, просил установить факт наличия между сторонами трудовых отношений по должности «оператора колл центра на дистанционной основе» по основному месту работы; возложить на ответчика обязанность заключить с истцом трудовой договор с учетом фактически выполняемой ею работы, внести изменения в запись о трудоустройстве в трудовую книжку истца (т.1 л.д.111-114).

В последующем истец уточнил требования, изменив предмет требования о восстановлении на работе, просила ввиду незаконности увольнение по п. 5 ч.1 ст.81 Трудового кодекса РФ, изменить формулировку основания увольнения истца на увольнение по собственному желанию (п. 3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса РФ), изменить дату увольнения истца на дату вынесения решения суда (т.1 л.д.170).

В обоснование иска указала, что в мае 2024 года подыскивала работу на условиях удаленного формате в связи с наличием заболевания, ограничивающего мобильность. В сети интернет было размещено объявление об открытии вакансии оператора колл-центра на дистанционной основе, в интернет-магазине AUTODOC.RU.

В ходе общения с представителем ответчика до нее была доведена информация о том, что фактически компания AUTODOC.RU. принадлежит ФИО5 и ФИО6, которые владеют правом на использование бренда AUTODOC.RU. (франшиза), а хозяйственная деятельность осуществляется через ИП ФИО2 (ИНН <***>), являющегося юристом данного предприятия.

Стороной ответчика были предложены следующие условия работы: дистанционный характер работы, по сети интернет работодатель открывает доступ к соответствующим базам данных и услугам телефонии, график работы 2/2, в будние дни с 10:00 до 20:00, в выходные с 10:00 до 17:00; трудовой функционал заключался в обработке истцом в ходе рабочей смены заявок, поступивших на сайт предприятия предыдущим вечером с 20:00 до 24:00, ночных и утренних заявок с 24:00 до 10:00 и текущих заявок, поступивших в реальном времени в период ее смены с 10:00 до 20:00. Обработка заявок заключалась в обзвоне клиентов, оставивших заявку на сайте компании, и оказание им консультативной помощи на первом этапе взаимодействия с интернет-магазином, а также ведение комментариев в базе данных по обработанным заявкам. Работа относительно продаж, осуществлялась менеджерами по месту нахождения товара (автомобильные запчасти).Заработная плата истца составляла 40000 руб. (окладная часть- 20000 руб., премиальные- 20000 руб.).

На указанных условиях она приняла решение о трудоустройстве.

Истцу работодатель представил на подпись следующие документы: трудовой договор № 4-ТД от 6 июня 2024 года, договор № 4-ДМ о полной индивидуальной материальной ответственности от 6 июня 2024 года, согласие на обработку персональных данных от 6 июня 2024 года. После изучения указанных документов она сообщила ответчику, что условия трудового договора не соответствуют ранее достигнутым договоренностям; при этом ей сообщили, что на дату заключения трудового договора у ответчика не разработан договор под вакансию «сотрудника колл-центра на дистанционной основе», а работники нужны. Работодатель заверил истца, что в последующем все документы будут приведены в соответствии с достигнутыми договоренностями.

На указанных условиях истец дала согласие приступить к работе.

Трудовой договор о приеме на работу в качестве оператора колл-центра не был заключен, но фактически трудовые отношения по данной должности возникли на основании трудового договора № 4-ТД от 6 июня 2024 года.

На первоначальном этапе она работала под руководством ( / / )4, с июля 2024 года ее руководителем являлся ( / / )5, последний изменял условия труда, увеличивал объем работы, вследствие чего между ними сложились напряженные отношения. 14 января 2025 года ( / / )5 в очередной раз предложил обработать заявки, поступившие не в смену истца, от исполнения данного поручения она отказалась, поскольку эта работа не оплачивается. 15 января 2025 года ответчик удалил истца из всех чатов, лишил доступа к программам и телефонии.

17 января 2025 года истец получила посредством мессенджера WhatsApp докладную записку ( / / )5 от 15 января 2025 года, где указывалось о несоблюдении истцом существующего регламента работы компании и несоответствии работника занимаемой должности, предлагалось провести проверку профпригодности работника.

17 января 2025 года ответчиком издан приказ об отстранении истца от работы на основании ст.76 Трудового кодекса РФ в связи с невыполнением работником должностных обязанностей с 17 января 2025 года и до 21 января 2025 года или до устранения обстоятельств, явившихся основанием для отстранения от работ; без начисления заработной платы.

2 января 2025 года состоялось заседание дисциплинарной комиссии ответчика, где был установлен факт неоднократного, систематического нарушения регламента работы колл-центра Автодока, а именно п.п.4.1, 4.5, 5.1, 5.2, 7.6, 7.7., указано на игнорирование прямых замечаний и указаний прямого руководителя в рамках регламента работы колл-центра Автодок, отсутствие корпоративного духа и корпоративной ответственности.

28 января 2025 года ответчиком издан приказ № 1 о применении дисциплинарного взыскания, в котором указано «за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, применить к ФИО1 дисциплинарное взыскание в виде увольнения».

28 января 2025 года издан приказ о расторжении трудового договора по п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ, о чем внесена соответствующая запись в электронную трудовую книжку истца ответчиком внесена запись об увольнении указанному основанию.

Истец полагал вышеуказанные приказы незаконными, поскольку надлежащим образом исполнял свои должностные обязанности, нарушен порядок увольнения работника.

В судебном заседании сторона истца исковые требования поддержала.

Ответчик требования иска не признал, в их удовлетворении просил отказать.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора (ФИО6, ФИО5) в судебное заседание не явились, правовую позицию не высказали.

Решением Ленинского районного суда г.Екатеринбурга от 11 февраля 2026 года исковые требования ФИО1 удовлетворены частично.

Признан незаконным приказ индивидуального предпринимателя ФИО2 от 17 января 2025 года «Об отстранении от работы» ФИО1

Признан незаконным приказ индивидуального предпринимателя ФИО2 № 1 от 28 января 2025 года «О применении дисциплинарного взыскания» и приказ № 16 от 28 января 2025 года об увольнении ФИО1 по пункту 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Признано увольнение ФИО1 от индивидуального предпринимателя ФИО2, произведенное приказом № 16 от 28 января 2025 года, - незаконным.

Изменена формулировка основания и дата увольнения ФИО1 с увольнения 28 января 2025 года по пункту 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации на увольнение по пункту 3 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (по инициативе работника (статья 80 настоящего Кодекса) с датой увольнения по данному основанию – 11 февраля 2026 г.

С ФИО2 в пользу ФИО1 взыскана заработная плата за время вынужденного прогула за период с 17 января 2025 года по 11 февраля 2026 года включительно в размере 408 625 руб. 68 коп., компенсация морального вреда в размере 30 000 руб.

На ФИО2 возложена обязанность направить в СФР сведения о полученном ФИО1 у индивидуального предпринимателя ФИО2 в период с 06 июня 2024 года по 31 декабря 2024 года доходе в размере 145 786 руб. а также обязанность начислить и уплатить с данной суммы, а также с суммы взысканного среднего заработка за время вынужденного прогула – 408 625 руб. 68 коп., НДФЛ, исчислить и уплатить с данных сумм страховые взносы.

В удовлетворении остальной части иска отказано.

С ФИО2 взысканы в доход бюджета судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 24 716 руб.

С указанным решением ответчик не согласился, просит его отменить, в иске ФИО1 отказать.

Полагает об отсутствии правовых оснований для взыскания в пользу истца среднего заработка за время вынужденного прогула. Указывает, что истец ввела в заблуждение работодателя относительно того обстоятельства, что работа у ИП ФИО7 является для него основным местом работы; истец продолжал осуществлять трудовую функцию у других работодателей.

Суд, взыскивая средний заработок за время вынужденного прогула, учел платежи третьих лиц, что не основано на законе.

Судом не дана оценка тому обстоятельству, что истец ни разу не появился на рабочем месте, самостоятельно назначил себя на должность.

Основания для прекращения трудоправоых отношений в связи с расторжением трудового договора по пункту 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, имелись.

В возражениях на апелляционную жалобу указано о законности и обоснованности решения суда.

В заседание судебной коллегии не явились истец, третьи лица, о месте и времени апелляционного рассмотрения дела извещались заблаговременно и надлежащим образом путем направления судебного извещения заказной почтой. Кроме того, извещение участников по делу осуществлено путем размещения соответствующей информации на официальном интернет-сайте Свердловского областного суда (с учетом положений ч. 2.1 ст. 113 Гражданского процессуального кодекса РФ, разъяснений в п. 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 декабря 2017 года № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов»).

На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ судебной коллегией вынесено определение о рассмотрении в отсутствие вышеуказанных лиц.

Заслушав объяснения представителей сторон, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы, в соответствии с ч.1 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не находит правовых оснований для отмены либо изменения решения суда, который правильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, верно применил нормы материального права, регулирующие возникшие правоотношения, на основании исследования и оценки имеющихся в деле доказательств в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации сделал обоснованный вывод о наличии оснований для частичного удовлетворения заявленных требований.

Как установлено судом и следует из материалов дела ответчик ФИО2 имел статус индивидуального предпринимателя (ОГРНИП <***>, ИНН <***>); на основании собственного решения 3 октября 2025 года его деятельность в качестве индивидуального предпринимателя прекращена (т.1 л.д.14, 217-219).

На основании трудового договора № 4-ТД от 6 июня 2024 года ФИО1 была принята на работу к ИП ФИО2 (т.1 л.д.15-18, 71-75). Трудовой договор заключен на неопределенный срок; стороны определили режим работы - пятидневная рабочая неделя с двумя выходными днями; место работы работника: <...>.

Разрешая заявленные требования, оценивая представленные доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ (в том числе, объяснения сторон, показания свидетеля, ( / / )4, трудовой договор), суд нашел установленным факт наличия между сторонами по данному делу трудовых отношений, возникших 6 июня 2024 года на основании указанного выше трудового договора, и прекращенных с даты вынесения настоящего решения. Учитывая наличие между сторонами письменного трудового договора, принимая во внимание его условия, установление в ходе судебного разбирательства фактических обстоятельств осуществления истцом трудовой деятельности у ответчика, увольнение истца от ответчика с даты вынесения настоящего решения, суд счел достаточным отразить таковые в тексте данного решения, устанавливая юридически значимые обстоятельств по делу, и не нашел оснований для самостоятельного разрешения с указанием на то в резолютивной части решения требований иска об установлении факта наличия между сторонами трудовых отношений в тот же период времени, но по иной должности и в ином режиме, с возложением на ответчика обязанности заключить с истцом трудовой договор с учетом фактически выполняемой ею работы, с внесением изменений в трудовую книжку истца в запись о трудоустройстве. С учетом установления факта работы истца в дистанционном режиме, суд не усмотрел оснований для переименования должности истца, указанной в трудовом оговоре, на иную, указанную ею в иске. При этом отметил, что правового значения данный вопрос при установленных судом обстоятельствах не имеет, юридически значимых последствий, в том числе, для исчисления заработной платы и прочего, не влечет, а кроме того, изложенный в тексте трудового договора по данной должности трудовой функционал работника (п.3.2) охватывал и производимые ею фактически действия. Одновременно суд первой инстанции не нашел оснований для вывода о работе истца по основному месту работы, т.к. на момент заключения трудового договора она уже осуществляла трудовую деятельность по основному месту работы в ООО «Промлит-Екб» (т.1 л.д.66, 107-108, 117-120, 148-150), а потому указал, что истец осуществлял трудовую деятельность на условиях внешнего совместительства.

Разрешая заявленный спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 21, 22, 76 Трудового кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о незаконности приказа ответчика от 17 января 2024 года (фактически от 17 января 2025 года) об отстранении истца от работы.

Оснований не согласиться с указанным выводом суда судебная коллегия не находит, поскольку он соответствует фактическим обстоятельствам дела и требованиям действующего законодательства не противоречит.

Согласно вышеуказанному приказу (т. 1 л.д 28) в связи с невыполнением работником должностных обязанностей на основании ст. 76 Трудового кодекса РФ ответчиком принято решение с 17 января 2025 года отстранить истца от работы до 21 января 2025 года или до устранения обстоятельств, явившихся основанием для отстранения от работы; неначислении за период работы заработной платы.

В основу приказа положены докладная записка от 17 января 2025 года ( / / )5 (т. 1, л.д. 26) и акт о невыполнении работником должностной инструкции от 17 января 2025 года (т. 1, л.д. 27, 28).

В указанной докладной записке ( / / )7 делает вывод о несоблюдении истцом существующего регламента работы компании и несоответствии работника занимаемой должности, предлагается провести проверку профпригодности работника.

Согласно акту о выполнении работником должностной инструкции от 17 января 2025 года проведена проверка выполнения истцом трудовых обязанностей, сделан вывод о систематическом нарушении истцом регламента работы с клиентом, несоблюдении целей и задач звонков По результатам проверки принято решение об отстранении истца от работы.

В силу ст. 76 Трудового кодекса РФ работодатель обязан отстранить от работы (не допускать к работе) работника: появившегося на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения; не прошедшего в установленном порядке обучение и проверку знаний и навыков в области охраны труда; не прошедшего в установленном порядке обязательный медицинский осмотр, а также обязательное психиатрическое освидетельствование в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации; при выявлении в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, противопоказаний для выполнения работником работы, обусловленной трудовым договором; не применяющего выданные ему в установленном порядке средства индивидуальной защиты, применение которых является обязательным при выполнении работ с вредными и (или) опасными условиями труда, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях; в случае приостановления действия на срок до двух месяцев специального права работника (лицензии, права на управление транспортным средством, права на ношение оружия, другого специального права) в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, если это влечет за собой невозможность исполнения работником обязанностей по трудовому договору и если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором; по требованию органов или должностных лиц, уполномоченных федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации; в других случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Руководствуясь вышеуказанными нормами закона, суд пришел к правильному выводу о том, что у ответчика не имелось оснований, предусмотренных ст. 76 Трудового кодекса РФ, для отстранения истца от работы.

Согласно приказу от 28 января 2025 года к работнику было применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения.

Как указано в тексте приказа из материалов проведенной комиссионной проверки, путем анализа случайной выборки звонков, которые совершены сотрудником ФИО1, во время выполнения своих трудовых обязанностей, выявлено, что истец за период с 12 декабря 2024 года по 14 января 2025 года, исполняя свои трудовые обязанности, неоднократно нарушала трудовую дисциплину: игнорировала новые регистрации клиентов, некорректно общалась с клиентами, не доводя всей соответствующей информации до клиента, которая позволяет полноценно сотрудничать с клиентом в дальнейшем, полная дезориентация клиента во время диалога, что непозволительно для занимаемой должности. 15 января 2025 года непосредственным руководителем отдела клиентского сопровождения была составлена докладная записка, в адрес работодателя ИП ФИО2, в которой указывается, что за период с 12 декабря 2024 года по 14 января 2025 года ФИО1 не соблюдает регламент, установленный работодателем для работы с клиентами, не выполняет поручения непосредственного руководителя и не реагирует на его замечания. На основании изложенного, руководствуясь ст.192 Трудового кодекса РФ ответчиком принято решение «за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, применить к ФИО1 дисциплинарное взыскание в виде увольнения».

В обоснование приказа положены докладная записка (от ( / / )5 от 15 января 2025 года) и акт о комиссионной проверке от 2 января 2025 года (протокол заседания дисциплинарной комиссии от 28 января 2025 года (т.1 л.д.85).

Как указано в протоколе заседания дисциплинарной комиссии от 28 января 2025 года комиссией установлено систематическое, неоднократное нарушение истцом регламента работы колл-центра Автодок (п.п. 4.1., 4.5., 5.1., 5.2., 7.6, 7.7); игнорирование прямых замечаний и указаний прямого руководителя, отсутствие корпоративного духа и корпоративной ответственности. Комиссия приняла решение о применении к истцу дисциплинарного взыскания в виде увольнения (т.1, 85).

В соответствии с приказом от 28 января 2025 года трудовые отношения между сторонами были прекращены в связи с расторжением трудового договора по п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ (т. 1, л.д. 33).

Согласно статье 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание в виде замечания, выговора, увольнения по соответствующим основаниям.

Дисциплинарное взыскание может быть применено к работнику за нарушение им трудовой дисциплины, невыполнение трудовых функций, то есть за дисциплинарный проступок.

Дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил). Неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей признается виновным, если работник действовал умышленно или по неосторожности. Противоправность действий или бездействия работника означает, что они не соответствуют законам, иным нормативным правовым актам, в том числе положениям и уставам о дисциплине, должностным инструкциям.

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации или об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

Привлечение работника к дисциплинарной ответственности допускается в случаях, когда работодатель установил конкретную вину работника и доказал ее в установленном порядке (принцип презумпции невиновности и виновной ответственности, то есть наличия вины как необходимого элемента состава правонарушения).

Иное толкование вышеуказанных норм Трудового законодательства Российской Федерации, приводило бы к существенному ограничению прав работников, допуская возможные злоупотребления со стороны работодателя при реализации своего исключительного права на привлечение работника к дисциплинарной ответственности, в том числе по надуманным основаниям.

В соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2, следует, что при разрешении споров лиц, уволенных по пункту 5 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за неоднократное неисполнение без уважительных причин трудовых обязанностей, следует учитывать, что работодатель вправе расторгнуть трудовой договор по данному основанию при условии, что к работнику ранее было применено дисциплинарное взыскание и на момент повторного неисполнения им без уважительных причин трудовых обязанностей оно не снято и не погашено.

Применение к работнику нового дисциплинарного взыскания, в том числе и увольнение по пункту 5 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, допустимо также, если неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей продолжалось, несмотря на наложение дисциплинарного взыскания.

Проверяя законность увольнения за неоднократное неисполнение работником без уважительных причин трудовых обязанностей, по п. 5 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу о незаконности данного приказа.

Как указано выше, применение к работнику дисциплинарного взыскания в виде увольнения возможно в случае, если работнику ранее было применено дисциплинарное взыскание и на момент повторного неисполнения им без уважительных причин трудовых обязанностей оно не снято и не погашено.

Таких обстоятельств в ходе рассмотрения спора не установлено.

При этом и приказ от 28 января 2025 года № 1 требованиям закона не соответствует.

Как правильно указал суд, с каким-либо регламентом истца работодатель не знакомил, в связи с чем неисполнение этого регламента не могло быть расценено работодателем как ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей. На нарушение какого-либо иного документа: пункта должностной инструкции, трудового договора, положения иного локального нормативного акта, непосредственно связанного с трудовой деятельностью работника, и с которым он был бы ознакомлен, в приказе не указано.

Поскольку отстранение истца от работы, его увольнение истца признано незаконным, суд первой инстанции с учетом положений ст. ст. 234, 394 Трудового кодекса Российской Федерации правомерно пришел к выводу об изменении формулировки основания и даты увольнения, взыскал в пользу средний заработок за период вынужденного прогула за период с 17 января 2025 года по 11 февраля 2026 года в сумме 408625 руб. 68 коп.

В соответствии с частью 2 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.

Порядок исчисления средней заработной платы определен статьей 139 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 139 Трудового кодекса Российской Федерации для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления.

Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат (часть 2 статьи 139 Трудового кодекса Российской Федерации).

При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно) (часть 3 статьи 139 Трудового кодекса Российской Федерации).

Особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного настоящей статьей, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений (часть 7 статьи 139 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 139 Трудового кодекса Российской Федерации постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 года № 922 утверждено Положение об особенностях порядка исчисления средней заработной платы (далее по тексту - Положение), действующее до 1 сентября 2025 года, которым в том числе определены виды выплат, применяемых у работодателя, которые учитываются для расчета среднего заработка, порядок и механизм расчета среднего заработка.

Пунктом 2 Положения предусмотрено, что для расчета среднего заработка учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя, независимо от источников этих выплат, в том числе заработная плата за отработанное время.

В пункте 9 Положения закреплено, что средний заработок работника определяется путем умножения среднего дневного заработка на количество дней (календарных, рабочих) в периоде, подлежащем оплате.

Средний дневной заработок, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсаций за неиспользованные отпуска, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество фактически отработанных в этот период дней.

Аналогичный порядок исчисления средней заработной платы установлен Положением об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 24 апреля 2025 года № 540, действующим с 1 сентября 2025 года (пункты 2, 9, 15).

Разрешая заявленные требования, суд обоснованно исходил, что расчет величины среднедневного заработка истца (1559 руб. 64 коп.) следует исчислять с учетом фактически полученных истцом денежных средств в счет оплаты труда.

Оценивая представленные доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ (в том числе, переписку истца с ФИО5, ФИО8, показания свидетелей, банковские выписки (т.1 л.дд.23-25, 36-43, 171-184, 196-204, т.2 лл.д.17-47, 69-197), суд пришел к правильному выводу о том, что имело место зачисление истцу от ФИО5 средств после истребования их в качестве заработной платы за выполняемую для ИП ФИО2 работу. Доказательств обратному, не представлено.

Вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика, у судебной коллегии не имеется оснований для переоценки вышеуказанных доказательств, поскольку судом первой инстанции данные доказательства оценены по внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании всех имеющихся в деле доказательств. Как видно из постановленного решения, каждое представленное суду доказательство оценены судом с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности. Судом первой инстанции оценены достаточность и взаимная связь всех собранных по делу доказательств в их совокупности, в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Результаты оценки доказательств суд отразил в постановленном решении.

Установив факт нарушения трудовых прав истца, суд правомерно применил к спорным правоотношениям положения ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации.

Определяя размер присуждаемой денежной компенсации морального вреда, суд первой инстанции, учел все фактические обстоятельства дела, характер причиненных истцу страданий, характер и степень вины ответчика в нарушении прав истца, индивидуальные особенности истца, баланс между нарушенными правами истца и мерой ответственности, применяемой к ответчику, верно определил сумму в счет компенсации морального вреда в сумме 30 000 руб., отвечающей критериям разумности и справедливости. Оснований для удовлетворения апелляционной жалобы об увеличении компенсации морального вреда до заявленного истцом в исковом заявлении размера судебная коллегия не усматривает.

Доводы апелляционной жалобы приводились ответчиком в ходе производства по делу в суде первой инстанции, тщательно исследованы судом, оценены и подробно изложены в постановленном решении. Ввиду того, что доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, но при этом, в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, достаточных и объективных доказательств в опровержение этих выводов стороной истца не представлено, судебная коллегия не находит предусмотренных законом оснований для отмены обжалуемого судебного решения, которое постановлено с соблюдением принципов и правил, предусмотренных ст. ст. 2, 5, 8, 10, 12, 56, 59, 60, 67, 195, 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснений, приведенных в п. п. 1 - 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении».

Руководствуясь ст. ст. 327-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

Резолютивная часть

определила:

решение Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 11 февраля 2026 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика - без удовлетворения.

Председательствующий:

Редозубова Т. Л.

Судьи:

Мурашова Ж. А.

Ершова Т. Е..

Ссылка: https://klerk.systems/court/act/Nub5rIRs2HJB/

Нормы в акте

Статьи законов, на которые ссылается суд. Номер статьи в тексте открывает её текст в Правовой системе, строка здесь — практику по статье.

ГПК РФ

Загружаем похожие акты