К тексту акта
Областной судАпелляцияОставлено без изменения

Апелляционное определение № 33-8345/2026 от 21 мая 2026 г.

Свердловский областной суд

Дата сверена
Дело № 33-8345/2026

Итог · из резолютивной части

решение Октябрьского районного суда города Екатеринбурга от 26 февраля 2026 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика - без удовлетворения.

Перейти к резолютивной части

Реквизиты

Суд
Свердловский областной суд
Номер дела
33-8345/2026
УИД
66RS0005-01-2026-000275-41Идентификатор дела: присваивается в первой инстанции и не меняется до Верховного Суда.
Изготовлен полностью
Стороны
Общество с ограниченной ответственностью «Конструктор»
Судьи
Редозубова Т.Л., Мурашова Ж.А., Ершова Т.Е.
Вид дела
Гражданские дела
Регион
Свердловская область
Суть спора
Работница требовала признать незаконным приказ о выговоре, взыскать с общества задолженность по заработной плате, компенсацию за задержку выплаты, моральный вред и судебные расходы; суд первой инстанции требования удовлетворил, апелляция оставила решение без изменения.
Опубликован
sudact.ru (откроется в новой вкладке)

Текст акта

Гражданское дело № 2-1328/2026

33-8345/2026

УИД 66RS0005-01-2026-000275-41

Мотивированное
апелляционное определение изготовлено 29 мая 2026 года

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 21 мая 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Редозубовой Т. Л., судей Мурашовой Ж. А., Ершовой Т. Е.,

при ведении протокола судебного заседания и аудиозаписи помощником судьи Евстафьевой М.М.

рассмотрела в открытом судебном заседании в помещении Свердловского областного суда гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Конструктор» о защите трудовых прав,

поступившее по апелляционной жалобе ответчика на решение Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 26 февраля 2026 года.

Заслушав доклад судьи Редозубовой Т. Л., объяснения представителя истца ФИО2 (доверенность от 22 декабря 2025 года), возражавшего относительно доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Конструктор» (ООО «Конструктор») о защите трудовых прав.

В обоснование иска указала, что 1 ноября 2023 между сторонами заключен трудовой договор № 8, по условиям которого она была принята на должность веб-дизайнера.

В соответствии с приказом от 4 декабря 2025 года привлечена к дисциплинарной ответственности в виде выговора за ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей.

Полагала приказ незаконным, поскольку существо вмененного дисциплинарного проступка ответчик не сформулировал, факт совершения дисциплинарного проступка и вина работника не доказаны работодателем.

В нарушение требований ст. 22 Трудового кодекса РФ обязанность по оплате труда работника ответчик исполнял ненадлежащим образом. По условиям трудового договора ее заработная плата определена в виде должностного оклада в сумме 25000 руб. Согласно справке, предоставленной банком о движении денежных средств по счету, сумма, именуемая как заработная, плата значительно превышает ту, что оговорена в пункте 4 трудового договора. За последние 4 месяца размер вознаграждения составлял 80 000 руб. Вместе с тем, за ноябрь 2025 года размер вознаграждения (заработной платы) составил 21 750 руб., что является меньше на 58 250 руб., выплачиваемых ей ранее.

Незаконными действиями ответчика нарушено право истца на труд.

За защитой нарушенных прав она вынуждена была обратиться за квалифицированной юридической помощью к специалистам Юридического бюро «Перегонцев и Партнеры». Расходы, связанные с оплатой юридических услуг, составили 55650 руб., понесены ФИО3 (матерью истца).

С учетом положений ст. 39 Гражданского процессуального кодекса РФ, истец просил

-признать приказ от 4 декабря 2025 года о вынесении выговора незаконным.

-взыскать с ООО «Конструктор» в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате в размере 58 250 руб.

-взыскать с ООО «Конструктор» в пользу ФИО1 денежную компенсацию за задержку выплаты заработной платы в размере 1 211 руб. 60 коп.

-взыскать с ООО «Конструктор» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 6 000 руб.

-взыскать с ООО «Конструктор» в пользу ФИО1 судебные расходы в размере 55650 руб.

В судебном заседании сторона истца исковые требования поддержала.

Ответчик в судебное заседание не явился, извещен.

Согласно отзыву исковые требования не признал, в их удовлетворении просил отказать.

Указал о законности и обоснованности привлечения истца к дисциплинарной ответственности. Работником не представлено доказательств уважительности причин неявки в офис, выключения телефона, использования в качестве средства, сведений о своем местонахождении работник не предоставил.

Задолженности по оплате труда не имеется, заработная плата установлена в размере 25000 руб. В ноябре 2025 года работник правомерно был лишен премии в размере 27500 руб. при наличии дисциплинарного взыскания. Другая часть, в виде стимулирующей, мотивационной надбавки в размере 27500 руб. не выплачена работнику в связи с предстоящим расторжением трудового договора по инициативе работника, наличием спора о сумме выплаты, общим негативным отношением работника к работодателю и его коллективу.

Работник в исковом заявлении отразил не все основания привлечения к дисциплинарной ответственности. К приказу и обращению работника от 5 декабря 2025 года работодатель дополнительно, 24 декабря 2025 года, направил истцу разъяснения о депремировании.

Решением Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 26 февраля 2026 года исковые требования ФИО1 к ООО «Конструктор» о защите трудовых прав удовлетворены.

Признан незаконным приказ ООО «Конструктор» от 4 декабря 2025 года о применении дисциплинарного взыскания в виде выговора работнику ФИО1

С ООО «Конструктор» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 взысканы задолженность по заработной плате за ноябрь 2025 года в размере 60963 руб. 50 коп. с удержанием НДФЛ; компенсация за нарушение срока выплаты заработной платы за период с 6 декабря 2025 года по 24 декабря 2025 года- 1622 руб. 40 коп. с удержанием НДФЛ; компенсация морального вреда - 6 000 руб., судебные расходы на оплату услуг представителя- 55650 руб.

С ООО «Конструктор» (ИНН <***>) в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в сумме 10 000 руб.

Обращено к немедленному исполнению решение суда в части взыскания с ООО «Конструктор» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт <№><№>) задолженности по заработной плате за ноябрь 2025 года в размере 60963 руб. 50 коп.

С данным указанным решением ответчик не согласился, в апелляционной жалобе просит решение суда отменить в части признания приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности истца, принять по делу новое решение.

Продолжает настаивать на обоснованности привлечения истца к дисциплинарной ответственности в виде выговора от 4 декабря 2025 года. Работник отсутствовал на рабочем месте с 7 апреля 2025 года по 27 ноября 2025 года; выключенный телефон, отсутствие на рабочем месте достаточно существенное нарушение трудовой дисциплины, за которое работодатель может и уволить работника. Процедуру привлечения работника к дисциплинарной ответственности работодатель не нарушил.

4 апреля 2025 года работник попросил работодателя временно поработать из дома, в итоге работник переехал в другой город, отказался являться в офис, обосновывая это тем, что работодатель не имеет права вызвать такого работника на стационарное рабочее место. Работник ввел в заблуждение работодателя относительно временной дистанционной работы, ответчик рассчитывал на временный характер работы вне офиса, но с 7 апреля 2025 года по дату увольнения 30 декабря 2025 года работник на рабочее место не явился.

При вынесении решения суд использовал редакцию ст. 135 Трудового кодекса РФ, которая не действовала с 2 сентября 2025 года на основании Постановления Конституционного Суда РФ от 15 июня 2023 года № 32-П.

Вывод суда о том, что премия и мотивационные выплаты являются обязательной частью заработной платы, не основаны на нормах действующего законодательства.

Завышен размер расходов на оплату услуг представителя.

В возражениях на апелляционную жалобу указано о законности и обоснованности решения суда.

В заседание судебной коллегии ответчик, третье лицо (ФИО3) не явились, извещены о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции в соответствии со статьями 113, 117 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, информация о рассмотрении дела размещена на сайте Свердловского областного суда (oblsud.svd.sudrf.ru). Поскольку в материалах дела имеются доказательства извещения о времени и месте судебного заседания, об уважительных причинах своей неявки неявившиеся лица, участвующие в деле, не сообщили, об отложении разбирательства по делу не просили, судебная коллегия, руководствуясь статьями 167,327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определила рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав объяснения представителя истца, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы, в соответствии с ч.1 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не находит правовых оснований для отмены либо изменения решения суда, который правильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, верно применил нормы материального права, регулирующие возникшие правоотношения, на основании исследования и оценки имеющихся в деле доказательств в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации сделал обоснованный вывод о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Судебная коллегия с таким выводом суда соглашается по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан, в том числе, добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину; выполнять установленные нормы труда.

В ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации установлены дисциплинарные взыскания за совершение дисциплинарного проступка, то есть за неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 1 ноября 2023 года между сторонами был заключен трудовой договор № 8, по которому работодатель предоставил истцу работу в должности веб-дизайнера (п.2 трудового договора).

Согласно должностной инструкции от 10 января 2022 года работник обязан исполнять задания и поручения непосредственно единоличного исполнительного органа работодателя, даваемые в письменной форме, устной форме, по электронной почте или с использованием интерфейса SaaS-программ или иных «облачных» технологий, применяемых у работодателя, регулярно и в любое время предоставлять отчеты о выполнении заданий и поручений по требованию указанного лица (п. 1.4); должностные обязанности истца включали в себя: разработку дизайна веб-ресурса; разработку макетов оформления и верстки веб-ресурса; разработку элементов визуального наполнения веб-ресурса; реализацию отзывчивого дизайна веб-ресурса в том числе на мобильных устройствах.

В соответствии с дополнительным соглашением № 1 от 24 ноября 2025 года к трудовому договору стороны определили, что ФИО1 с 7 апреля 2025 года по 31 декабря 2025 года исполняет трудовые обязанности дистанционно.

28 ноября 2025 года в адрес истца поступило требование работодателя о предоставлении письменных объяснений по факту отсутствие на рабочем месте с 7 апреля 2025 года по 27 ноября 2025 года, предоставлении актуальных контактных данных, предоставления объяснений относительно того, в связи с чем работник не отвечает на звонки работодателя; предоставить объяснение относительно отказа от получения корреспонденции работодателя.

1 декабря 2025 года истец ФИО1 направила работодателю объяснения, где указала о дистанционном характере работы с апреля 2025, надлежащее исполнение должностных обязанностей, возможности связаться с ней посредством телефона через месенджер Телеграмм и корпоративной почты.

На основании приказа от 4 декабря 2025 года истец ФИО1 привлечена к дисциплинарной ответственности в виде выговора.

Как указано в приказе, «по данным оператора связи, телефон сотрудника был выключен 26, 27, 28 ноября 2025 года до 15:52 в рабочие дни. Ватсап и телеграмм не являются доступными средствами взаимодействия между работником и работодателем. В совокупности с неудовлетворительным результатом выполнения трудовых функций, ошибками, в целом отношения к труду и обязанностям, объяснению, нарушению п.11, п.18 договора, одновременного, отношения работодателя к проступкам работника за предыдущие периоды, работодатель установил ненадлежащее исполнение работником трудовых обязанностей в ноябре 2025 года, в связи с чем, к работнику применяется одно дисциплинарное взыскание в виде выговора»

Разрешая заявленные исковые требования, суд первой инстанции исходил из недоказанности совершения истцом дисциплинарного проступка, в связи с чем пришел к выводу о незаконности вышеуказанного приказа.

С указанным выводом судебная коллегия соглашается, поскольку он соответствует требованиям действующего законодательства и фактическим обстоятельствам дела не противоречит.

Во-первых, юридически значимым обстоятельством при совершении работником дисциплинарного проступка является неисполнение или ненадлежащее исполнение работником трудовых обязанностей, возложенных на него в соответствии с трудовым законодательством, соглашениями, локальными нормативными правовыми актами и трудовым договором.

Во-вторых, обстоятельством, которое требуется доказать при совершении дисциплинарного проступка, является вина работника в неисполнении или ненадлежащем исполнении возложенных на него трудовых обязанностей.

В-третьих, обстоятельством, требующим доказывания при совершении работником дисциплинарного проступка, является неправомерность действий (бездействия) работника.

В-четвертых, обстоятельством, которое подлежит доказыванию при совершении работником дисциплинарного проступка, является наличие причинной связи между совершенными работником виновными и неправомерными действиями (бездействием) и нарушением или ненадлежащим исполнением возложенных на него трудовых обязанностей.

В силу приведенных выше нормативных положений работник может быть привлечен к дисциплинарной ответственности за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, соответственно, приказ о привлечении к дисциплинарной ответственности должен содержать подробное описание места, времени, обстоятельств совершения работником дисциплинарного проступка, четкую и понятную для работника формулировку вины, во вменяемом ему работодателем дисциплинарном проступке, ссылку на нормы локальных нормативных актов, которые были нарушены работником.

Отсутствие в приказе о привлечении лица к дисциплинарной ответственности указанных выше обстоятельств свидетельствует об отсутствии правовых оснований для квалификации действий работника как дисциплинарного проступка, поскольку проступок не может характеризоваться как понятие неопределенное, основанное лишь на внутреннем убеждении работодателя, а вывод о виновности работника не может быть основан на предположениях работодателя о фактах, которые не подтверждены в установленном порядке.

Оценивая представленные доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия исходит из того, что приказ от 4 декабря 2025 года не содержит подробное описание места, времени, обстоятельств совершения работником дисциплинарного проступка, четкую и понятную формулировку вины во вменяемом ему работодателем дисциплинарном проступке.

При указанных обстоятельствах суд обоснованно удовлетворил исковые требования ФИО1 о признании незаконным приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности от 4 декабря 2025 года.

Частью 1 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статья 129 Трудового кодекса Российской Федерации определяет заработную плату работника как вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты) (часть 1).

По смыслу приведенных норм Трудового кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи, заработная плата работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и устанавливается трудовым договором в соответствии с действующей у работодателя системой оплаты труда. При этом системы оплаты труда и системы премирования определяются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами и должны соответствовать трудовому законодательству и иным нормативным правовым актам, содержащим нормы трудового права. Система оплаты труда может включать помимо фиксированного размера оплаты труда (оклад, тарифные ставки), доплат и надбавок компенсационного характера доплаты и надбавки стимулирующего характера, к числу которых относится премия, что предполагает определение ее размера, условий и периодичности выплаты (премирования) в коллективных договорах, соглашениях, локальных нормативных актах и иных нормативных актах, содержащих нормы трудового права, то есть премия, которая входит в систему оплаты труда и начисляется регулярно за выполнение заранее утвержденных работодателем показателей, является гарантированной выплатой, и работник имеет право требовать ее выплаты в установленном локальном нормативном акте, коллективном договоре размере при условии надлежащего выполнения своих трудовых обязанностей (статья 135 Трудового кодекса Российской Федерации).

При разрешении споров работников и работодателя по вопросу наличия задолженности по выплате премии юридически значимым обстоятельством является определение правовой природы премии: входит ли премия в систему оплаты труда, являясь при этом гарантированной выплатой, или эта премия не относится к числу гарантированных выплат, является одним из видов поощрения работника за добросовестный и эффективный труд, применение которого относится к дискреции (полномочиям) работодателя..

Отклоняя доводы апелляционной жалобы ответчика о наличии оснований для невыплаты премии, судебная коллегия исходит из следующего.

Условия трудового договора положений относительно выплаты премии не содержат, указывают о размере должностного оклада в сумме 25000 руб..

Локальные акты работодателя, регулирующие оплату труда работников общества, ни суду первой инстанции, ни суду апелляционной инстанции (запрос от 15 мая 2026 года), не представлены. Отсутствуют в материалах дела и расчетные листки работника.

Согласно пояснениям представителя истца, согласующимися с представленной банковской выпиской по счету работника за период с 1 января 2025 года по 23 декабря 2025 года, заработная плата ФИО1 в среднем составляла 75 700 руб.

В решении генерального директора ООО «Конструктор» от 10 декабря 2025 года указано об отсутствии начисления об отсутствии начисления дополнительных выплат работнику. При этом имеется ссылка на то, что в совокупности с неудовлетворительным результатом работ по веб-дизайну, многочисленным ошибкам и переделыванием, в целом отношения к труду и обязанностям, одновременного лояльного отношения работодателя к проступкам работника за предыдущие периоды, работодатель установил ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей, в связи с чем объявлен выговор.

Сумма 27500 руб. в виде премии за период с 1 ноября 2025 года по 30 ноября 2025 года не подлежит начислению и выплате. Мотивационная часть за период с 1 ноября 2025 года по 30 ноября 2025 года не подлежит начислению и выплате

Руководствуясь вышеуказанными нормами закона, оценивая вышеуказанные доказательства по правилам ст. 76 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд пришел к правильному выводу о том, что премиальная часть заработной платы в течение всего периода трудовых отношений между сторонами начислялась истцу ежемесячно, выплачивались за текущий месяц, в сроки, установленные для выплаты заработной платы.

Таким образом, признав незаконным приказ о применении дисциплинарного взыскания от 4 декабря 2025 года, установив отсутствие положений, определяющих критерии и показатели оценки труда работника, суд сделал правильный вывод о наличии оснований для начисления и выплаты истцу премиальной части заработной платы за ноябрь 2025 года исходя из фактически отработанного времени.

Вопреки апелляционной жалобе ответчика положения ст. 135 Трудового кодекса РФ суд первой инстанции применил верно.

В соответствии с ч. 1 ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от начисленных, но не выплаченных в срок сумм и (или) не начисленных своевременно сумм в случае, если вступившим в законную силу решением суда было признано право работника на получение неначисленных сумм, за каждый день задержки начиная со дня, следующего за днем, в который эти суммы должны были быть выплачены при своевременном их начислении в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, по день фактического расчета включительно; при неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Руководствуясь вышеуказанной нормой закона, принимая во внимание положения трудового договора относительно сроков выплаты заработной платы, суд обоснованно удовлетворил исковые требования о взыскании денежной компенсации за просрочку выплат в сумме 1622 руб. 40 коп. за период с 6 декабря 2025 года по 24 декабря 2025 года.

Установив факт нарушения трудовых прав истца, суд правомерно применил к спорным правоотношениям положения ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации.

Определяя размер присуждаемой денежной компенсации морального вреда, суд первой инстанции, учел все фактические обстоятельства дела, характер причиненных истцу страданий, характер и степень вины ответчика в нарушении прав истца, индивидуальные особенности истца, баланс между нарушенными правами истца и мерой ответственности, применяемой к ответчику, верно определил сумму в счет компенсации морального вреда в сумме 6 000 руб., отвечающей критериям разумности и справедливости.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 20 октября 2005 года № 355-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса РФ речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Согласно п. 13 постановления Пленума № 1 разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

Как указано в пункте 5 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 05 декабря 2007 года № 121 «Обзора судебной практики по вопросам, связанным с распределением между сторонами судебных расходов на оплату услуг адвокатов и иных лиц, выступающих в качестве представителей в арбитражных судах» факт оплаты услуг представителя не стороной, заявившей требование о возмещении судебных расходов, а третьим лицом в счет исполнения денежного обязательства перед заявителем, не является основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании расходов на оплату услуг представителя.

Как следует из материалов дела, для представления прав и интересов истца в суде при рассмотрении настоящего дела между ФИО3 – матерью истца, третьим лицом по настоящему делу, и Юридического бюро «Перегонцев и Партнеры», в интересах истца был заключен договор об оказании юридических услуг от 17 декабря 2025 года.

Предметом договора является комплекс юридических услуг, включающий в себя: правовой анализ, консультационное сопровождение, подготовка и предъявление искового заявления об оспаривании приказа о выговоре, взыскании заработной платы, судебное представительство.

Кассовыми чеками от 17 декабря 2025 года на сумму 29400 руб., чеком по операции от 18 февраля 2026 года на сумму 26250 руб. (за участие представителя в судебном заседании 26 февраля 2025 года) подтвержден факт оплаты юридических услуг на общую сумму 55650 руб.

Вопреки доводам жалобы судом при определении размера подлежащих взысканию судебных расходов по оплате услуг представителя, учтены размер заявленных истцом расходов, факт их несения, относимость к рассмотренному делу, судом учтен характер и предмет спора, степень сложности дела.

В целом, доводы жалобы о несогласии с размером взысканных судебных расходов на оплату юридических услуг по настоящему делу судом отклоняются, как выражающие несогласие заявителя с выводами суда о размере подлежащих взысканию судебных расходов, доводы направлены на переоценку установленных обстоятельств по делу, оснований для которой суд апелляционной инстанции не усматривает.

Суд полагает необходимым отметить, что разумность предела судебных издержек на возмещение расходов по оплате услуг представителя, требование о которой прямо закреплено в ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, является оценочной категорией, поэтому в каждом конкретном случае суд должен исследовать обстоятельства, связанные с участием представителя в споре.

Применяя общее правовое предписание к конкретным обстоятельствам дела, суд принял решение по поставленному вопросу в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения, что не может рассматриваться как нарушение каких-либо прав и свобод ответчика.

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ, подп. 1, 3, 9 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ с ответчика обоснованно взыскана государственная пошлина в сумме 10000 руб., учитывая удовлетворение требований как неимущественного, так и имущественного характера.

Доводы апелляционной жалобы выводов суда не опровергают, не влияют на правильность принятого судом решения, основаны на ошибочном толковании норм материального права, направлены на иную оценку обстоятельств дела, установленных и исследованных судом в соответствии с правилами ст. ст. 12, 56 и 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а потому не могут служить основанием для отмены правильного по существу решения суда.

Руководствуясь ст. ст. 327.1, 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

Резолютивная часть

определила:

решение Октябрьского районного суда города Екатеринбурга от 26 февраля 2026 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика - без удовлетворения.

Председательствующий Т.Л. Редозубова

Судьи Ж. А. Мурашова

Т. Е. Ершова

Ссылка: https://klerk.systems/court/act/xcqsb1ciJkr5/

Нормы в акте

Статьи законов, на которые ссылается суд. Номер статьи в тексте открывает её текст в Правовой системе, строка здесь — практику по статье.

ГПК РФ

Конституция РФ

Загружаем похожие акты