Решение от 20 апреля 2026 г. АС города Москвы

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-182642/25-139-1428
г. Москва
20 апреля 2026 г.
Резолютивная часть решения объявлена 15 апреля 2026 года

Полный текст решения изготовлен 20 апреля 2026 года

Арбитражный суд города Москвы в составе судьи Вагановой Е.А.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Широковой У.Д..

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению Индивидуальный предприниматель ФИО1 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>, Дата присвоения ОГРНИП: 17.06.2020)

к Московской таможне (124498, город Москва, Зеленоград город, Георгиевский проспект, дом 9, ИНН: <***>)

третье лицо: СОСП по Московской области ГМУ ФССП России (115230, <...>).

о признании незаконным решение по результатам таможенного контроля от 11.12.2024 № 10013000/229/111224/Т000773/001,

о признании незаконным и отмене Уведомление о не уплаченных в установленный срок суммах таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, процентов и пеней от 13.12.2024 № 10013000/У2024/0044439

при участии: от согласно протоколу

УСТАНОВИЛ:

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (предприниматель, заявитель) обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением к Московской таможне (Таможня, таможенный орган) об оспаривании решения по результатам таможенного контроля от 11.12.2024 № 10013000/229/111224/Т000773/001, уведомления о неуплаченных в установленный срок суммах таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, процентов и пеней от 13.12.2024 № 10013000/У2024/0044439.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено СОСП по Московской области ГМУ ФССП России в порядке ст. 51 АПК РФ.

В обоснование заявленных требований предприниматель указал на безосновательность выводов таможенного органа, на противоречивость его позиции, на отсутствии вмененного заявителю нарушения таможенного законодательства.

В судебном заседании представитель предпринимателя поддержал доводы и требования заявления.

Таможня возражала по заявлению по доводам отзыва.

Как указала таможенный орган, предпринимателем не было представлено документов о легитимности перемещения товаров на таможенную территорию, государству причинен ущерб в размере около 2 000 000 руб. Сослалась на судебную практику по делам №№ А40-145685/20, А40-135342/24.

В соответствии со ст. 198 АПК РФ, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с ч. 4 ст. 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов и действий государственных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта, оспариваемых действий и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт и действия права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно ч. 5 ст. 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

В соответствии со ст. 13 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», основанием для принятия решения суда о признании ненормативного акта недействительным, является, одновременно как несоответствие его закону или иному нормативно-правовому акту, так и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых интересов граждан или юридических лиц, обратившихся в суд с соответствующим требованиям.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в заявлении и в дополнениях к нему, в отзыве и в выступлениях присутствующих в заседании представителей участвующих в деле лиц, оценив на основании ст. 71 АПК РФ материалы дела в их совокупности и взаимосвязи по своему внутреннему убеждению, суд признал требования подлежащими удовлетворению.

Судом установлено, что Таможней по результатам выездной таможенной проверки, проведенной в отношении предпринимателя, принято решение по результатам таможенного контроля от 11.12.2024 № 10013000/229/111224/Т000773/001, в соответствии с которым товары, приобретенные заявителем на внутреннем рынке Российской Федерации, признаны незаконно перемещенными на территорию ЕАЭС, а сам предприниматель признан лицом, несущим солидарную обязанность по уплате таможенных платежей.

Таможенным органом также принято уведомление о неуплаченных в установленный срок суммах таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, процентов и пеней от 13.12.2024 № 10013000/У2024/0044439, содержащее требование об уплате заявителем начисленных таможенных платежей в размере 3 143 126,66 руб.

Из материалов дела следует, что принятию оспариваемых актов предшествовало проведение оперативно-розыскных мероприятий 24.05.2024 (обследование помещений, зданий, сооружений и участков местности и транспортных средств), в ходе которых в складских помещениях, арендуемых предпринимателем по адресу: <...> д. lА, склад № 2, сотрудниками таможенных органов была выявлена одежда иностранного производства, а также с неустановленной страной происхождения, с признаками незаконно ввезенной на территорию Российской Федерации. Товар был изъят и помещен на ответственное хранение на СВХ.

Таможенным органом заявителю было направлено требование № 1 от 04.07.2024 о предоставлении документов и сведений при выездной таможенной проверке, в ответ на которое предприниматель 21.08.2024 предоставил испрашиваемые документы и сведения.

Как указала Таможня, заявитель пояснил, что по причине длительного периода времени нахождения у него указанных товаров (с 2020 г.), оригиналов документов, подтверждающих приобретение товаров, а также иных документов, подтверждающих таможенное оформление проверяемых товаров, у него не имеется.

Анализ документов, собранных в рамках выездной таможенной проверки, не позволил таможенному органу установить факт помещения товаров под таможенную процедуру. Таможня сочла, что предприниматель не реализовал предоставленное ему право представить в таможенный орган доказательства законности ввоза на территорию ЕАЭС товара иностранного происхождения.

Таким образом, заключила Таможня, из установленных в рамках таможенной проверки сведений следует вывод об отсутствии информации о таможенном декларировании товаров, принадлежащих предпринимателю. В связи с чем, на основании п.п. 25 п. 1 ст. 2 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (ТК ЕАЭС) товары, являющиеся предметом таможенной проверки, незаконно перемещены на территорию ЕАЭС.

Между тем, судом установлено, что приведенная в оспариваемом решении информация противоречит фактическим обстоятельствам дела, поскольку заявителем в ответ на требование № 1 были предоставлены товарные накладные, подтверждающие покупку товара у поставщика - ИП ФИО2 за наличный расчет в декабре 2020 г. на внутреннем рынке Российской Федерации, а также сведения о таможенном оформлении иностранных товаров со ссылками на номера таможенных деклараций, которые были предоставлены предпринимателю поставщиком в момент отгрузки товаров в 2020 г.

Приведенный в оспариваемом решении вывод таможенного органа противоречит фактическим обстоятельствам дела, поскольку предприниматель представил сведения, подтверждающие помещение товаров под таможенную процедуру, а именно номера таможенных деклараций, по которым было произведено таможенное декларирование товара в таможенных органах Казахстана и Киргизии, что не оспаривается Таможней (ч. 3.1 ст. 69 АПК РФ) и подтверждается материалами дела (т. 1, л.д. 48-70, 94-96).

В оспариваемом решении не указано ни время, ни место, ни способ перемещения, ни кем совершено перемещение, ни иные свидетельства и признаки, доказывающие факт нарушения закона при ввозе товаров.

Кроме того, отсутствуют в решении и ссылки на правовые акты, которые свидетельствовали бы о факте нарушения заявителем таможенных правил и подтверждались бы возбуждением дела об административном правонарушении в области таможенного дела, предусмотренным главой 16 КоАП РФ.

В отношении товаров иностранного происхождения, перечисленных в товарных накладных, которые были ввезены на таможенную территорию ЕАЭС, по информации предпринимателя было произведено таможенное декларирование в таможенных органах стран ЕАЭС – Казахстана и Киргизии.

Предприниматель сообщил таможенному органу, что не осуществляет внешнеэкономическую деятельность, не являясь ни импортером, ни перевозчиком, а осуществляет деятельность, связанную с приобретением товаров на внутреннем рынке Российской Федерации.

Согласно сведениям о таможенном оформлении иностранных товаров, которые были сообщены заявителю в момент отгрузки в 2020 г. ФИО2, в отношении товаров иностранного происхождения, перечисленных товарных накладных, которые были ввезены на таможенную территорию ЕАЭС, было произведено таможенное декларирование в таможенных органах Казахстана и Киргизии.

Суд считает, что таким образом предприниматель подтвердил законность и добросовестность осуществляемой им деятельности, законно приобретал на внутреннем рынке товары.

Одновременно суд учитывает, что невзирая на бремя распределения доказывания по такой категории дел, таможенным органом не было предпринято мер по проверке сведений о таможенном оформлении в таможенных органах Казахстана и Киргизии изъятых товаров.

В соответствии с Договором о Евразийском экономическом союзе от 29.05.2014, перечень представляемой в процессе взаимодействия в электронной форме информации определяется Договором или международными договорами в рамках Союза.

Согласно ст. 366 ТК ЕАЭС в целях формирования информационных ресурсов таможенных органов последние ведут сбор и обработку сведений о товарах, перемещаемых через таможенную границу Союза, и лицах, их перемещающих. Информационные ресурсы таможенных органов формируются на базе документов и сведений, представляемых при совершении таможенных операций, и имеют ограниченный доступ.

В соответствии со ст. 368 ТК ЕАЭС таможенные органы в целях выполнения возложенных на них задач и осуществления функций взаимодействуют между собой, а также с государственными органами, иными органами и организациями государств-членов и Комиссией в соответствии с Кодексом, Договором о Союзе, международными договорами в рамках Союза и (или) законодательством государств-членов.

Взаимодействие таможенных органов осуществляется путем обмена информацией, реализуемого в соответствии с Договором о Союзе в рамках общих процессов Союза; обмена информацией на регулярной основе в электронной форме в соответствии со ст. 370 Кодекса, а также в иных случаях, установленных Кодексом и (или) международными договорами в рамках Союза.

Согласно ст. 305 Федерального закона от 03.08.2018 № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», лицо, указанное в п/п 11 или 17 п. 1 ст. 2 Кодекса Союза, имеет право на доступ к имеющейся у таможенных органов информации о выпуске товаров.

В соответствии с п.п. 17 п. 1 ст. 2 ТК ЕАЭС, лицо государства-члена – юридическое лицо, организация, не являющаяся юридическим лицом, созданные в соответствии с законодательством государств-членов, а также физическое лицо, имеющее постоянное место жительства в государстве-члене, в том числе индивидуальный предприниматель, зарегистрированный в соответствии с законодательством государства-члена.

Если таможенный орган не обладает сведениями о выпуске товаров, то обращение заявителя, предусмотренное частью 7 настоящей статьи, направляется в таможенный орган, в регионе деятельности которого осуществлен выпуск товаров.

В соответствии со ст. 356 ТК ЕАЭС, таможенные органы одного государства-члена передают полученную ими информацию, в том числе предварительную информацию, государственным органам своего государства, если такая информация необходима указанным органам для выполнения задач и осуществления функций, возложенных на них законодательством этого государства-члена, в порядке и с соблюдением требований законодательства такого государства-члена по защите государственной, коммерческой, налоговой, банковской и иной охраняемой законодательством этого государства-члена тайны (секретов) либо другой конфиденциальной информации, а в отношении информации, полученной в соответствии с главой 49 Кодекса, - также требований ст. 375 Кодекса.

Таким образом, приведенными нормами действующего законодательства в области таможенного дела, заявитель представил суду сведения, подтверждающие наличие у таможенного органа доказательств (сведений о таможенном оформлении/декларировании товаров), от предоставления которых таможенный орган уклонился.

В соответствии со ст. 370 ТК ЕАЭС таможенные органы на регулярной основе обмениваются сведениями из деклараций на товары, таможенных документов, указанных в п. 4 ст. 52 и абз. 2 п. 4 ст. 277 Кодекса, предварительных решений о классификации товаров, в том числе сведениями, изменяющими (дополняющими) сведения в таких таможенных документах, содержащимися в информационных ресурсах таможенных органов и не относящимися к сведениям, составляющим государственную тайну (государственные секреты).

Таким образом, у таможенного органа могли иметься доказательства о ввозе товара.

24.04.2025 предприниматель, не имея доступа к информационным системам по импорту товаров, направил в ФТС России обращение с просьбой сообщить сведения о таможенном оформлении товаров по имевшимся у проверяемого лица номерам таможенных деклараций.

В ответ на данное обращение ФТС России в письме от 20.05.2025 № 23- 25/31180 проинформировала заявителя, что Московской таможней по результатам выездной таможенной проверки с учетом проведенного анализа полученных документов и сведений, в том числе представленных предпринимателем сведений о декларировании товаров в 19 ДТ, информации, имеющейся в распоряжении таможенных органов, не установлено фактов помещения проверяемых товаров под таможенную процедуру. Сведения о товарах, полученные в ходе таможенного досмотра, не позволяют идентифицировать товары со сведениями, указанными в ДТ, номера о которых представлены предпринимателем.

Указано также, что по вопросам таможенного декларирования товаров в Республике Казахстан и Киргизской Республики заявитель вправе обратиться в таможенные органы упомянутых государств.

То есть, с одной стороны, ФТС России сообщила, что проверка по 19 таможенным декларациям, представленным предпринимателем, проведена, однако изъятые у заявителя товары якобы не идентифицированы с товарами, оформленными по 19 таможенным декларациям.

Следовательно, Московской таможней в ходе проверки была получена информация о том, какие фактически товары были оформлены по 19 ДТ, сообщенных заявителем в ответ на требование таможенного органа. Но при этом, заявителю было отказано в получении указанных сведений с предложением обратиться в таможенные органы иностранных государств.

Таким образом, у заявителя отсутствовала возможность проявить предусмотренную законом должную осмотрительность и получить у таможенного органа сведения о ввозе товара.

Поскольку в оспариваемом решении не отражено, какие товары были фактически оформлены по 19 ДТ, сведения о которых предоставил предприниматель, суд находит, что последний был неосновательно ограничен в праве на получение якобы имеющегося у таможенного органа информации (доказательств) несоответствия (расхождений) сведений об изъятьях товаров с его информацией по 19 ДТ.

В этой связи суд приходит к выводу, что в оспариваемом решении не указано, в чем конкретно расходятся (не соответствуют) сведения из представленных проверяемым лицом 19 таможенных деклараций с характеристиками изъятых у заявителя товаров. Каким образом должностные лица Таможни проводили проверку, сверку, каким образом они сопоставляли сведения об изъятых у заявителя товарах со сведениями, содержащимися в таможенных декларациях, оформленных в таможенных органах Казахстана и Киргизии, учитывая, что эти сведения были известны Московской таможне.

Таким образом, в правовом положении заявителя была создана правовая неопределенность.

Как указал таможенный орган, по товарам, помещенным под таможенную процедуру «выпуск для внутреннего потребления» на территории Республик. .Казахстан и Киргизии по ДТ №№: 41714106/100319/0003195, 41762107/070919/0003799, 41762107/030820/0002503, 41762107/130919/0003919, 41762107/080120/0000142, 41762107/130919/0003918, 41762107/070919/0003800, 41762107/130919/0003924, 39855403/260819/0006676, 39855302/170820/0029988, 39855302/200820/0030613, 39855302/050820/0027978, 39855403/240119/0000636, 39855403/170119/0000348, 39855403/240120/0000613, 39855403/240119/0000664, 39855307/120819/0013925, 39855301/100919/0065562, 41714101/221020/0006314, представленным предпринимателем, статистические формы учета перемещения товаров в рамках взаимной торговли со странами ЕАЭС в таможенные органы Российской Федерации не представлялись.

В соответствии п. 5 постановления Правительства Российской Федерации от 19.06.2020 № 891 «О порядке ведения статистики взаимной торговли товарами Российской Федерации с государствами - членами Евразийского экономического союза и признании утратившим силу постановления Правительства Российской Федерации от 07.12.2015 № 1329», российское лицо, которое заключило сделку или от имени (по поручению) которого заключена сделка, в соответствии с которой товары ввозятся в Российскую Федерацию с территорий государств - членов Союза или вывозятся из Российской Федерации на территории государств - членов Союза, либо при отсутствии такой сделки российское лицо, которое имело на момент получения (при ввозе) или отгрузки (при вывозе) товаров право владения, пользования и (или) распоряжения товарами (далее - заявитель), обязано своевременно представлять в таможенный орган содержащую достоверные сведения статистическую форму, заполненную в личном кабинете участника внешнеэкономической деятельности, размещенном на официальном сайте Федеральной таможенной службы в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», независимо от стоимости товаров, количества и вида транспорта, которым они перевозятся.

Согласно п. 16 постановления № 891 непредставление или несвоевременное представление в таможенный орган статистической формы либо представление статистической формы, содержащей недостоверные сведения, влечет за собой ответственность, предусмотренную законодательством Российской Федерации об административных правонарушениях.

Таким образом, статистическая форма учета перемещения товаров – это отчет российского лица о произведенном им ввозе или вывозе товаров из/в государства-члены ЕАЭС, содержащий информацию о совершенной сделке с резидентом страны ЕАЭС.

В то же время товар, согласно п. 16 постановления № 891 может быть ввезен на территорию Российской Федерации с территорий государств - членов ЕАЭС (Казахстан, Киргизия) и без подачи (представления) статистической формы учета перемещения товаров.

Перед ввозом в Российскую Федерацию, иностранный товар изначально может быть ввезен на территорию любой из стран-участников ЕАЭС (например, в Казахстан или Киргизию). Далее в отношении этих товаров может быть произведено его таможенное декларирование (таможенное оформление) и они помещаются под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления.

В силу п. 2 ст. 134 ТК ЕАЭС, товары, помещенные под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления, приобретают статус товаров Союза, то есть товара, законно ввезенного на территорию ЕАЭС.

Если впоследствии товар Союза, выпущенный для внутреннего потребления, перемещается из страны-участника ЕАЭС в Российскую Федерацию, должна быть подана статистическая форма учета перемещения товаров.

При таком ввозе (перемещении) в Российскую Федерацию, товар уже имеет статус законно ввезенного, то есть товара Союза (как выпущенного для внутреннего потребления), а именно: в отношении данного товара уже уплачены таможенные платежи, являющиеся обязательным условием выпуска товара в соответствии с таможенной процедурой «выпуск для внутреннего потребления».

Таким образом, перемещение (ввоз) в Российскую Федерацию товара, имеющего статус «товара Союза» (то есть выпущенного для внутреннего потребления путем его таможенного декларирования в стране ЕАЭС Казахстан/Киргизия), без подачи-представления статистической формы учета перемещения товаров, может указывать исключительно на признаки административного правонарушения по ст. 19.7.13 КоАП РФ, но никак не является доказательством и обоснованием его незаконного перемещения на таможенную территорию ЕАЭС.

При этом, как это утверждает таможенный орган, заявитель не является лицом, ответственным представлять в таможенный орган статистическую форму учета перемещения товаров, согласно законодательства о таможенном регулировании в Российской Федерации и п. 5 Правил ведения статистики взаимной торговли товарами Российской Федерации с государствами - членами Евразийского экономического союза, утв. постановлением № 891.

Вместе с тем, таможенным органом не указано, каким образом вывод о непредставлении статистических форм учета перемещения товаров может соотноситься и доказывать факт их незаконного ввоза на таможенную территорию ЕАЭС.

С учетом закрепленной в ч. 5 ст. 10 ГК РФ презумпции добросовестности участников гражданских правоотношений и разумности их действий, таможенным органом не было представлено доказательств того, что у предпринимателя имелись основания полагать, что приобретенный им товар не прошел таможенное оформление и считается ввезенным на территорию ЕАЭС незаконно.

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции», отказ стороны от фактического участия в состязательном процессе, в том числе непредставление или несвоевременное представление отзыва на исковое заявление, доказательств, уклонение стороны от участия в экспертизе, неявка в судебное заседание, а также сообщение суду и участникам процесса заведомо ложных сведений об обстоятельствах дела в силу ч. 2 ст. 9 АПК РФ может влечь для стороны неблагоприятные последствия, заключающиеся, например, в отнесении на лицо судебных расходов (ч. 5 ст. 65 АПК РФ), в рассмотрении дела по имеющимся в деле доказательствам (ч. 4 ст. 131 АПК РФ), оставлении искового заявления без рассмотрения (п. 9 ч. 1 ст. 148 АПК РФ), появлении у другой стороны спора возможности пересмотра судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам (п. 1 ч. 2 ст. 311 АПК РФ).

Обязанность доказывания законности оспариваемого ненормативного правового акта возложено на орган, такой акт принявший (ст. 200 АПК РФ).

Между тем, таможенный орган отказался представить запрошенные в соответствии и со ст. 66 АПК РФ доказательства (сведения о таможенном декларировании/оформлении товаров) и имея доступ к доказательствам в виде сведений о таможенном оформлении товаров, ввел в заблуждение, сообщив об их отсутствии.

Положениями ст. 311 ТК ЕАЭС установлено, что объектами таможенного контроля являются товары, находящиеся на таможенной территории ЕАЭС, - при наличии у таможенных органов информации о том, что такие товары были ввезены на таможенную территорию ЕАЭС и (или) находятся на таможенной территории ЕАЭС в нарушение международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования.

С 24.05.2024 в адрес заявителя не поступила информация о нарушении им действующего законодательства, в связи с которым его товар был изъят и незаконно удерживается по настоящее время.

Кроме того, суд учитывает, что по результатам проверки 18.04.2025 было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием состава преступления в действиях предпринимателя.

Согласно оспариваемого решения, у ряда товаров сведения о стране их происхождения установлены не были: у товара № 1 весом 166,320 кг., у товара № 2 весом 203,280, у товара № 4 весом 140,120 кг., у товара № 5 весом 576,840 кг., у товара № 6 весом 374,690 кг. у товара № 9 весом 296,370 кг., у товара № 10 весом 175,420 кг., у товара № 11 весом 355,315 кг., у товара № 12 весом 401,265 кг., у товара № 16 весом 26 560 кг., у товара № 17 весом 2,975 кг., у товара № 18 весом 3 575 кг., у товара № 19 весом 1 534 кг., у товара № 20 весом 0,633 кг., у товара № 21 весом 1 077 кг., в то время как только 6 товаров из 21 идентифицированы как товары иностранного происхождения, а именно: у товара № 3 весом 114,300 кг. установлена страна происхождения Румыния, у товара № 7 весом 298,310 кг., у товара № 8 весом 462,340 кг., у товара № 1 весом 4,580 кг., у товара № 14 весом 5,025 кг. - Китай, у товара № 15 весом 1368,220 кг. установлена страна происхождения - Румыния.

Таким образом, проверка была проведена в отношении товаров, страна происхождения которых не установлена, однако по всем товарам противоречиво сделан вывод как об иностранных.

В силу ч. 1 ст. 51 ТК ЕАЭС объектом обложения пошлинами, налогами являются товары, перемещаемые через таможенную границу ЕАЭС.

В соответствии с п. 25 ч. 1 ст. 2 ТК ЕАЭС незаконным перемещением товаров через таможенную границу Союза признается перемещение товаров через таможенную границу Союза вне мест, через которые в соответствии со статьей 10 названного Кодекса должно или может осуществляться перемещение товаров через таможенную границу Союза, или вне времени работы таможенных органов, находящихся в этих местах, либо с сокрытием от таможенного контроля, либо с недостоверным таможенным декларированием или недекларированием товаров, либо с использованием документов, содержащих недостоверные сведения о товарах, и (или) с использованием поддельных либо относящихся к другим товарам средств идентификации.

Само по себе отсутствие у предпринимателя (покупателя) оригиналов документов, подтверждающих таможенное оформление товара, равно как и отсутствие у Таможни конкретных доказательств незаконного ввоза этих товаров, не может подтверждать незаконность ввоза товаров на таможенную территорию ЕАЭС, и тем более, осведомленность покупателя о таком нарушении.

Суд считает, что таким образом таможенный орган руководствовался исключительно наличием всего лишь наличием на 6 из 21 товаров маркировки об иностранном происхождении товара, и не принял во внимание иные фактические обстоятельства настоящего дела.

Согласно п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (постановление Пленума № 49), солидарная обязанность по уплате таможенных платежей возлагается на лиц, участвующих в незаконном перемещении товаров, при условии, что они знали или должны были знать о незаконности такого перемещения, а при ввозе товаров на таможенную территорию Союза – также на лиц, которые приобрели в собственность или во владение незаконно ввезенные товары, если в момент приобретения они знали или должны были знать о незаконности ввоза товаров на таможенную территорию Союза.

Само по себе заключение физическим или юридическим лицом сделки с участником внешнеторгового оборота, допустившим незаконное перемещение товара (незаконный ввоз товара на территорию Союза), не является основанием для возложения на такое лицо солидарной обязанности по уплате таможенных платежей. Судам необходимо давать оценку достаточности доказательств, представленных таможенным органом в подтверждение того, что участие лица, на которое возлагается солидарная обязанность по уплате таможенных платежей, в незаконном перемещении (ввозе) товаров носило умышленный характер, либо доказательства того, что привлекаемое лицо знало или должно было знать о незаконном перемещении (ввозе) товаров, проявив ту степень осмотрительности, какая от него требовалась по характеру исполняемого обязательства и условиям оборота, а также доказательств, представленных таким лицом в опровержение доводов таможенного органа.

Кроме того, согласно п. 28 постановления Пленума № 49, оспаривание уведомления о не уплаченных в установленный срок суммах таможенных платежей, решений (действий), принятых (совершенных) таможенными органами при взыскании таможенных пошлин и налогов в соответствии с положениями главы 12 Закона о таможенном регулировании, возможно в том числе по мотиву неправомерности начисления таможенных платежей. В этом случае суд дает оценку законности решения таможенного органа, во исполнение которого направлено соответствующее уведомление, приняты решения о взыскании задолженности и совершены действия по их исполнению.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в Постановлении от 14.05.1999 № 8-П, ответственность за таможенное оформление и уплату таможенных платежей может быть возложена на лиц, которые не являются участниками таможенных отношений и которые приобрели товары в ходе оборота на территории Российской Федерации, только в случае доказанности факта, что они знали или должны были знать о незаконности ввоза товаров в момент их приобретения. Лица, которые не знали и не должны были знать о незаконности перемещения товара через таможенную границу Таможенного союза, не могут рассматриваться как обязанные по уплате таможенных платежей (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 24.11.2016 № 2519-0).

Таким образом, ответственность за таможенное оформление и уплату таможенных платежей может быть возложена на лиц, которые не являются участниками таможенных отношений и которые приобрели товары в ходе оборота на территории Российской Федерации, только в случае доказанности факта, что они знали или должны были знать о незаконности ввоза товаров или транспортных средств в момент их приобретения.

Выяснение того, являлось ли конкретное лицо на момент приобретения товара осведомленным о незаконном ввозе товара на территорию Российской Федерации, проявившим (или нет) необходимую степень заботливости и осмотрительности и может ли данное лицо быть привлечено к солидарной ответственности, связано с исследованием фактических обстоятельств.

Оспариваемое же решение в принципе является бездоказательным. Выводы о нарушении предпринимателем таможенного законодательства сделана на основании объективного вменения. Данных об участии предпринимателя в перемещении товара через таможенную границу ЕАЭС таможенным органом не представлено.

Результаты анализа сведений о таможенном оформлении товаров, которые таможенный орган представил 25.02.2026, подтверждают факты таможенного оформления (декларирования) товаров, изъятых у предпринимателя, что опровергает выводы Таможни о якобы незаконности и ввоза и свидетельствует о том, что основой выводов таможенного органа явились недостоверные сведения.

Ссылки Таможни на судебную практику не принимаются, поскольку приведенные в отзыве дела основаны на иных фактических обстоятельствах.

В силу ч. 2 ст. 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

Поскольку соответствующие основания судом установлены, заявление подлежит удовлетворению.

В целях восстановления законности и нарушенных прав общества суд также считает необходимым в порядке ст. 201 АПК РФ возложить на таможенный орган обязанность по устранению нарушения прав и законных интересов заявителя.

По правилам ст. 110 АПК РФ уплаченная заявителем при обращении в суд государственная пошлина подлежит взысканию в пользу общества с ответчика.

На основании ст. ст. 4, 67, 68, 71, 110, 123, 156, 167- 170, 176, 198-201 АПК РФ, суд

Резолютивная часть

РЕШИЛ:

Признать незаконным и отменить Решение Московской таможни по результатам таможенного контроля от 11.12.2024 № 10013000/229/111224/Т000773/001.

Признать незаконным и отменить решение Московской таможни, оформленное Уведомлением о не уплаченных в установленный срок суммах таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, процентов и пеней от 13.12.2024 № 10013000/У2024/0044439.

Обязать Московскую таможню устранить нарушение прав и законных интересов ИП ФИО3 (ОГРНИП <***>) в течение тридцати дней с даты вступления в законную силу решения в установленном законе порядке.

Проверено на соответствие действующему законодательству.

Взыскать с Московской таможни (ОГРН: <***>) в пользу ИП ФИО3 (ОГРНИП <***>) расходы по оплате госпошлины в размере 10 000 (десять тысяч) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия (изготовления в полном объеме) в Девятый арбитражный апелляционный суд.

СУДЬЯ: Е.А. Ваганова