Решение от 15 апреля 2026 г. АС Курской области

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КУРСКОЙ ОБЛАСТИ

<...>

http://www.kursk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А35-4323/2025
15 апреля 2026 года
г. Курск

Резолютивная часть решения объявлена 01 апреля 2026 года.

Арбитражный суд Курской области в составе судьи Кочетовой И.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Звягиной А.С., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению

акционерного общества «Российский концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» в лице филиала «Курская атомная станция»

к обществу с ограниченной ответственностью «Техноатом»

о взыскании убытков в размере 4 766 228 руб. 50 коп., а также расходов по оплате государственной пошлины в размере 167 987 руб. 00 коп.,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Федеральное государственное унитарное предприятие «Объединенный экологотехнологический и научно-исследовательский центр по обезвреживанию РАО и охране окружающей среды»,

при участии представителей:

от истца: ФИО1 по доверенности от 25.12.2025;

от ответчика: ФИО2 по доверенности от 23.05.2024;

от третьего лица: не явился, извещен надлежащим образом,

УСТАНОВИЛ:

Акционерное общество «Российский концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» в лице филиала «Курская атомная станция» обратилось в Арбитражный суд Курской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Техноатом» о взыскании убытков в размере 4 766 228 руб. 50 коп., а также расходов по оплате государственной пошлины в размере 167 987 руб. 00 коп.

Определением суда от 17.06.2025 исковое заявление принято судом к производству по общим правилам искового производства.

Определением от 15.10.2025 суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Федеральное государственное унитарное предприятие «Объединенный экологотехнологический и научно-исследовательский центр по обезвреживанию РАО и охране окружающей среды».

Определением от 09.12.2025 суд назначил дело к судебному разбирательству.

В обоснование исковых требований истец ссылался на то, что ненадлежащее исполнение ответчиком принятых на себя обязательств по сопровождению захоронения радиоактивных отходов (далее – РАО), выраженное в непредставлении необходимой документации для передачи РАО на хранение, изготовлении паспортов РАО, не соответствующих действующему законодательству, нарушении герметичности контейнеров, привели к увеличению срока промежуточного хранения РАО на площадке ФГУП «Предприятие по обращению с радиоактивным отходами «РосРАО» и, как следствие, возникновению убытков в виде дополнительных расходов на оплату таких услуг.

Ответчик возражал против удовлетворения исковых требований, ссылаясь на осведомленность истца о прекращении срока действия договора с ФГУП «ФЭО» в 2021 году и необходимость заблаговременного принятия мер для предотвращения возникновения убытков. Наряду с указанным, Общество также отметило, что при приемке услуг, оказанных в рамках договора №9/67936-Д от 18.10.2018, Заказчик возражений относительно их качества и объема не заявил, что подтверждается актом приема-передачи №1 от 20.12.2018. Согласно позиции ответчика, причиной добровольного устранения ООО «Техноатом» отдельных замечаний, поступающих после подписания акта приема-передачи, послужило то, что Заказчик отразил сведения о ненадлежащем оказании услуг в информационной системе «Расчет рейтинга деловой репутации поставщиков». В целях исключения негативных последствий для деловой репутации Общество было вынуждено за свой счет устранять замечания для последующего исключения соответствующей информации в указанной информационной системе. Также ответчик отметил, что, вопреки ссылкам истца, в договоре оказания услуг №9/67936-Д от 18.10.2018 отсутствуют условия, устанавливающие обязанность Исполнителя изготовить все документы (помимо паспортов), необходимые для передачи РАО на хранение. Кроме того, ответчик обратил внимание на истечение гарантийного срока на предъявление возражений относительно качества оказанных услуг, а также срока исковой давности по требованиям о взыскании убытков, вызванных недостатками оказанных услуг.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, в ходе рассмотрения дела письменного мнения не представило. Представитель третьего лица в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

Суд, руководствуясь статьями 121-123, 156, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), рассмотрел дело в отсутствие представителя третьего лица, извещенного надлежащим образом о дате и времени судебного заседания.

Изучив материалы дела, заслушав представителей сторон, арбитражный суд установил следующее.

18.10.2018 между обществом с ограниченной ответственностью «Техноатом» (далее – Исполнитель) и акционерным обществом «Концерн Росэнергоатом» в лице филиала «Курская атомная станция» (далее – Заказчик) был заключен договор возмездного оказания услуг №9/67936-Д от 18.10.2018, по условиям которого Исполнитель принял на себя обязанность по заданию Заказчика оказать следующие услуги: «Оказание услуг по очистке, фрагментации и сортировке отработавшего технологического оборудования, загрязненного радиоактивными веществами (среднеактивными), с целью приведения его к категории низкоактивных РАО и очень низкоактивных в соответствии с требованиями СПАС-03 на энергоблоках № 2-4 Курской АЭС».

Наименование, начальный и конечный срок оказания отдельных этапов услуг по договору, состав услуг и требования к услугам определяются Календарным планом (Приложение №2), Техническим заданием (Приложение №1), составляющими неотъемлемую часть настоящего договора (пункт 1.3 договора).

В соответствии с подразделом 2.3 Технического задания (Приложение №1) в состав оказываемых услуг входят следующие работы:

– транспортировка отработавших корпусов подвесок из мест временного хранения к местам выполнения работ;

– сортировка отработавших корпусов подвесок по категориям САО, НАО, ОНРАО. Очистка отработавших корпусов подвесок от поверхностного загрязнения с целью перевода их в МРАО более низкой категории путём фрагментации и очистки до категории НАО, ОНРАО. Фрагментация ТРО в виде очищенных от поверхностного загрязнения отработавших корпусов подвесок до размеров контейнеров, предназначенных для захоронения РАО согласно «Временного перечня контейнеров для захоронения радиоактивных отходов для использования организациями отрасли при оценке обязательств в области ЗСЖЦ за 2017 год», утв. Госкорпорацией «Росатом»;

– классификация и сортировка МРАО по классам МРАО Кондиционирование МРАО;

– приведение МРАО к критериям приемлемости в соответствии с требованиями НП-093-14. «Критерии приемлемости радиоактивных отходов для захоронения», а также требованиям критериев приемлемости ППЗРО для захоронения упаковок РАО 3 и 4 классов. Паспортизация МРАО;

– в согласованные с Заказчиком сроки предоставить необходимое количество порожних сертифицированных транспортных контейнеров, предназначенных для загрузки удаляемых с АЭС в рамках данного ТЗ МРАО;

– загрузка отработавших корпусов подвесок производится после очистки и фрагментации в сертифицированные транспортные контейнеры Исполнителя;

– погрузка и удаление МРАО производится после фрагментации с территории промплощадки Курской АЭС;

– по технологии, используемой Исполнителем, выполнить кондиционирование металлических МРАО. Переработанные МРАО к возврату заказчику не подлежат;

– обеспечить хранение кондиционированных МРАО до передачи во ФГУП «Национальный оператор» сроком до 2021 года (согласно письма ФГУП «Национальный оператор» от 21.02.2018 №319-411/864).

В подразделе 3.2 Технического задания (Приложение №1) стороны закрепили, что в объем выполняемых Исполнителем услуг, в том числе, входит учет и контроль образовавшихся РАО и оформление учетных документов (актов на РАО).

Судом установлено, что 15.03.2019 акционерное общество «Концерн Росэнергоатом» обратилось к ООО «Техноатом» и Федеральному государственному унитарному предприятию «Объединенный эколого-технологический и научно-исследовательский центр по обезвреживанию РАО и охране окружающей среды» (далее – ФГУП «Предприятие по обращению с радиоактивным отходами «РосРАО») с просьбой о предоставлении информации о подтверждении готовности к передаче кондиционированных РАО в 2020 году в ФГУП «НО РАО» и направлении карт контроля технологического процесса, паспортов кондиционированных ТРО, справок подтверждения соответствия РАО критериям приемлемости для их захоронения.

Ответным письмом от 16.04.2019 Общество уведомило о том, что радиоактивные отходы, являющиеся предметом договора № 9/67936-Д, будут приведены в соответствие с установленными критериями приемлемости и подготовлены к передаче на захоронение в срок до 15.02.2020.

В дальнейшем в целях инициирования процедуры передачи РАО на захоронение в ФГУП «НО РАО» истец неоднократно направлял Исполнителю официальные запросы о предоставлении полного пакета документов, необходимого для передачи РАО на захоронение.

Между тем, как следует из искового заявления, запрашиваемые документы, необходимые для передачи РАО в 2020 году, со стороны ООО «Техноатом» представлены не были. При этом отсутствие надлежащего комплекта документации препятствовало истцу передать радиоактивные отходы национальному оператору.

Полный комплект документов, необходимый для передачи радиоактивных отходов ФГУП «НО РАО», был получен Заказчиком от ответчика только в 2024 году.

Указанные обстоятельства, по мнению истца, явились причиной возникновения у собственника РАО убытков, обусловленных невозможностью передачи радиоактивных отходов национальному оператору ранее 2024 года и выраженных в виде расходов, понесенных АО «Концерн Росэнергоатом» в связи с необходимостью промежуточного хранения контейнеров с РАО.

Так, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы по делу №А40-84953/2024 от 28.10.2024 с акционерного общества «Концерн Росэнергоатом» в пользу ФГУП «Предприятие по обращению с радиоактивным отходами «РосРАО» было взыскано неосновательное обогащение в размере 4 719 630 руб. 50 коп., а также расходы по оплате госпошлины в размере 46 598 руб.

Данная сумма представляет собой стоимость услуг по временному хранению РАО, оказанных ФГУП «Предприятие по обращению с радиоактивным отходами «РосРАО» за период с момента окончания договорных правоотношений по временному хранению переданных радиоактивных отходов по дату их фактического вывоза.

Ссылаясь на то, что возникновение указанных убытков обусловлено неисполнением ООО «Техноатом» обязанности по своевременному представлению полного пакета документов, необходимого для передачи РАО национальному оператору, акционерное общество «Концерн Росэнергоатом» в лице филиала «Курская атомная станция» обратилось в Арбитражный суд Курской области с настоящим исковым заявлением.

Оценив представленные документальные доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, арбитражный суд полагает исковые требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим кодексом.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Возможность обращения в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением вытекает из статей 11 и 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем возмещения убытков.

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствие со статьей 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Из анализа указанных норм права следует, что для удовлетворения исковых требований о возмещении убытков необходимо установить совокупность следующих обстоятельств: наличие убытков, противоправность действий (бездействия) причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным действием (бездействием) и наступлением вредных последствий, вину причинителя и размер убытков.

Отсутствие одного из названных условий влечет за собой отказ суда в удовлетворении требования о возмещении убытков.

Бремя доказывания причинно-следственной связи между возникшим вредом (убытками) и действиями причинителя вреда лежит на истце, который должен доказать наличие перечисленных условий для возмещения вреда.

Обращаясь с настоящим исковым заявлением о взыскании реального ущерба, понесенного АО «Концерн Росэнергоатом» в связи с увеличением срока промежуточного хранения контейнеров с РАО на площадке ФГУП «Предприятие по обращению с радиоактивным отходами «РосРАО», истец ссылался на ненадлежащее исполнение ответчиком принятых на себя обязательств, а именно: несвоевременное представление полного пакета документов, необходимого для передачи радиоактивных отходов национальному оператору (ФГУП «НО РАО»), и нарушение технологических требований к подготовке отходов к передаче.

Ответчик, в свою очередь, возражая против доводов истца о ненадлежащем качестве оказанных услуг, обратил внимание на наличие между сторонами подписанного без замечаний и возражений акта приема-передачи от 20.12.2018. По мнению Общества, указанный акт подтверждает соответствие оказанных услуг условиям договора №9/67936-д от 18.10.2018.

Также ООО «Техноатом» полагало, что возражения истца относительно качества оказанных услуг заявлены за пределами двухгодичного гарантийного срока (пункт 2 статьи 724 ГК РФ) и специального срока исковой давности (1 год), установленного пунктом 1 статьи 725 ГК РФ.

Оценив доводы сторон в совокупности с представленными в материалы дела документальными доказательствами по правилам статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Согласно статье 781 ГК РФ заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Из положений статей 779, 781 ГК РФ следует, что обязательственное правоотношение по договору оказания услуг состоит из двух основных встречных обязательств, определяющих тип этого договора: обязательства исполнителя по заданию заказчика оказать услуги надлежащего качества и обязательства заказчика уплатить обусловленную договором цену (статья 328 ГК РФ).

В статье 783 ГК РФ предусмотрено, что общие положения о подряде (статьи 702 - 729) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит статьям 779 - 782 данного кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

Пунктом 2 статьи 724 ГК РФ закреплено, что в случае, когда на результат работы не установлен гарантийный срок, требования, связанные с недостатками результата работы, могут быть предъявлены заказчиком при условии, что они были обнаружены в разумный срок, но в пределах двух лет со дня передачи результата работы, если иные сроки не установлены законом, договором или обычаями делового оборота.

Если иное не предусмотрено договором подряда, гарантийный срок (пункт 1 статьи 722 ГК РФ) начинает течь с момента, когда результат выполненной работы был принят или должен был быть принят заказчиком (пункт 5 статьи 724 ГК РФ).

Как отмечено ранее, 18.10.2018 между обществом с ограниченной ответственностью «Техноатом» (далее – Исполнитель) и акционерным обществом «Концерн Росэнергоатом» в лице филиала «Курская атомная станция» (далее – Заказчик) был заключен договор возмездного оказания услуг №9/67936-Д от 18.10.2018, по условиям которого Исполнитель принял на себя обязанность по заданию Заказчика оказать следующие услуги: «Оказание услуг но очистке, фрагментации и сортировке отработавшего технологического оборудования, загрязненного радиоактивными веществами (среднеактивными), с целью приведения его к категории низкоактивных РАО и очень низкоактивных в соответствии с требованиями СПАС-03 на энергоблоках № 2-4 Курской АЭС».

Срок оказания услуг был установлен сторонами: с даты заключения договора по 20.12.2018 (пункт 1.5 договора).

Представленным в материалы дела актом сдачи-приемки оказанных услуг №1 от 20.12.2018 (т.д. 1, л.д. 150) подтверждается, что, действительно, услуги (по очистке, фрагментации и сортировке отработавшего технологического оборудования, загрязненного радиоактивными веществами (среднеактивными), с целью приведения его к категории низкоактивных РАО и очень низкоактивных в соответствии с требованиями СПАС-03 на энергоблоках №2-4 Курской АЭС) были приняты Заказчиком без замечаний и возражений.

Между тем, суд полагает, что, вопреки доводам ответчика, указанный акт сдачи-приемки не может быть признан достаточным доказательством передачи комплекта документации, равно как и не может служить основанием для исчисления гарантийного срока в отношении обязательств по предоставлению комплекта документов, предусмотренных условиями договора №9/67936-Д от 18.10.2018, ввиду следующего.

По условиям пункта 4.2 договора передача документации, оформленной в установленном в настоящем договоре порядке, осуществляется сопроводительными документами Исполнителя.

Таким образом, надлежащим доказательством факта передачи Заказчику документации, предусмотренной условиями настоящего договора (в т.ч. паспортов РАО), выступает исключительно сопроводительная документация, оформленная и представленная Исполнителем в установленном порядке.

При этом акт сдачи-приемки оказанных услуг отражает лишь факт принятия Заказчиком комплекса услуг в общем смысле – очистки, фрагментации и сортировке отработавшего технологического оборудования, загрязненного радиоактивными веществами – и подтверждает исполнение ООО «Техноатом» соответствующих им обязательств. Акт от 20.12.2018 не содержит сведений о фактической передаче документации, предусмотренной условиями договора от 18.10.2018, и, как следствие, не может служить доказательством исполнения Исполнителем обязательства по предоставлению соответствующих документов в понимании условий пункта 4.2 договора.

Ввиду изложенного, представленный в материалы дела акт сдачи-приемки не может рассматриваться в качестве основания для исчисления гарантийного срока в отношении обязательств Исполнителя по передаче документации.

Доказательств передачи паспортов на РАО в порядке, предусмотренном пунктом 4.2 договора, на дату приемки услуг (20.12.2018), материалы дела также не содержат (статья 65 АПК РФ).

Напротив, из представленных в материалы дела доказательств судом установлено, что по договору №005/10-2019 от 16.10.2019 (т.2 л.д. 10) срок окончания работ, в том числе по паспортизации был установлен до 25.02.2020.

Дополнительным соглашением от 12.02.2019 (т.2 л.д.16) стороны договора №005/10-2019 от 16.10.2019 продлили срок окончания работ до 25.05.2020. Дополнительным соглашением от 29.11.2020 (т.2 л.д. 17) стороны договора №005/10-2019 от 16.10.2019 повторно продлили сроки окончания работ до 31.12.2021.

При этом Акты выполненных работ датированы 19.03.2021 и 31.12.2021 соответственно (т.7 л.д. 18-19). Ответчиком была оплачена последняя часть работ платежным поручением от 29.03.2021 (т.7 л.д. 22).

Таким образом, с учетом представленных документальных доказательств, паспорта на контейнеры с РАО, о готовности которых в 2018 году утверждал ответчик, фактически могли быть изготовлены не ранее декабря 2021 года.

Представленные ООО «Техноатом» в порядке статьи 89 АПК РФ пояснения заместителя директора по развитию филиала «Приволжский территориальный округ» ФГУП «ФЭО» ФИО3 относительно готовности паспортов в 2019 году, не могут быть признаны судом надлежащим доказательством по делу, поскольку лицо, предоставившее указанные пояснения, об уголовной ответственности за дачу ложных показаний и отказ от дачи показаний, предусмотренной статьей 307 УК РФ, не предупреждалось. Доказательств, свидетельствующих об обратном, материалы дела не содержат (статья 65 АПК РФ).

Кроме того, арбитражный суд учитывает, что ответчиком не представлена должностная инструкция, подтверждающая полномочия заместителя директора по развитию филиала «Приволжский территориальный округ» ФГУП «ФЭО» ФИО3 В отсутствие указанного акта установить круг должностных обязанностей данного лица и определить, входит ли в его компетенцию проверка готовности паспортов на РАО, суду не представляется возможным.

Также арбитражный суд отмечает, что объективная оценка соответствия изготовленных паспортов требованиям, установленным действующим законодательством, осуществляется исключительно национальным оператором, которому передаются РАО на захоронение (ФГУП «НО РАО»), а не лицом, изготовившим либо оформившим такие документы.

При таких обстоятельствах, представленные ООО «Техноатом» пояснения заместителя директора по развитию филиала «Приволжский территориальный округ» ФГУП «ФЭО» ФИО3 об обстоятельствах исполнения обязательств по подготовке и передаче паспортов на РАО в рамках спорного договора, не отвечают критериям допустимости и достоверности доказательств.

Утверждения представителя ООО «Техноатом» о том, что сведения об уменьшении удельной активности радионуклидов в упаковках РАО, отраженные в справках о перерасчете активности от 09.09.2024 и 12.08.2024, подтверждают факт изготовления паспортов в 2019 году, а не в иной период времени, признаются судом несостоятельными по причине того, что значения удельной активности радионуклидов, подлежащие фиксации в паспорте, вносятся непосредственно организацией, изготавливающей соответствующую документацию.

Поскольку данные сведения формируются самим Исполнителем без привлечения сторонних организаций, то они не могут рассматриваться в качестве объективного и безусловного доказательства, позволяющего с достаточной точностью установить дату изготовления паспорта. Отсутствие независимой проверки указанных показателей исключает возможность использования представленных ответчиком справок о перерасчете активности в качестве надлежащего подтверждения изменений параметров удельной активности радионуклидов в РАО в течение определенного периода времени.

Наряду с указанным, арбитражный суд принимает во внимание, что из представленной в материалы дела переписки сторон усматривается, что 15.03.2019 акционерное общество «Концерн Росэнергоатом» направило в адрес Исполнителя запрос о необходимости направления паспортов на каждую передаваемую упаковку кондиционированных твердых радиоактивных отходов, справок подтверждения РАО критериям приемлемости для захоронения в ППЗРО г. Новоуральск (т.д. 1, л.д. 36).

Отвечая на указанный запрос, общество с ограниченной ответственностью «Техноатом» сообщило о том, что радиоактивные отходы, переданные по договору №9/67936-Д от 18.10.2018, будут приведены к критериям приемлемости в срок до 15.02.2020 (т.д. 1, л.д. 37).

При таких обстоятельствах, с учетом отсутствия в материалах дела доказательств передачи предусмотренной договором документации Заказчику на дату подписания акта приема-передачи от 20.12.2018, суд приходит к выводу о недопустимости расширения действия гарантийного срока, начавшего течение в отношении оказанных по договору услуг (очистки, фрагментации и сортировки оборудования), на иные сопутствующие обязательства Исполнителя, в том числе, на обязательство по паспортизации РАО.

Ввиду изложенного, доводы Общества о предъявлении истцом возражений относительно качества оказанных услуг за пределами гарантийного срока, судом отклоняются как несостоятельные.

При установлении подлежащего применению срока исковой давности, арбитражный суд руководствуется следующим.

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Общий срок исковой давности, в соответствии с пунктом 1 статьи 196, пунктом 1 статьи 200 ГК РФ, составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Пунктом 1 статьи 197 ГК РФ установлено, что для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

Аргументируя необходимость применения специального срока исковой давности (1 год), установленного пунктом 1 статьи 725 ГК РФ, общество с ограниченной ответственностью «Техноатом» ссылалось на то, что требования АО «Концерн Росэнергоатом» основаны на доводах о ненадлежащем оказании ООО «Техноатом» принятых на себя обязательств по оказанию услуг, предусмотренных договором №9/67936-Д от 18.10.2018.

Между тем, ответчиком не учтено, что в силу статьи 783 ГК РФ общие положения о подряде (статьи 702 - 729) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит статьям 779 - 782 ГК РФ, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

В отличие от договоров подряда, по которым на подрядчике лежит обязанность сдать заказчику результат работ, выраженный в создании или трансформации вещи (объекта), в правоотношениях по возмездному оказанию услуг законом не установлена такая обязанность исполнителя. При возмездном оказании услуг заказчика интересует именно деятельность исполнителя как процесс.

Из условий договора №9/67936-Д от 18.10.2018 усматривается, что предмет сделки охватывает оказание услуг по очистке, фрагментации и сортировке технологического оборудования, загрязненного радиоактивными веществами, т.е. деятельность, не предполагающую передачу овеществленного результата. Обязательства по подготовке и передаче комплекта документов носят обеспечивающих характер по отношению к основному обязательству.

С учетом изложенного, принимая во внимание положения статьи 783 ГК РФ, а также специфику предмета договора №9/67936-Д от 18.10.2018, суд приходит к выводу о необходимости применения общего срока исковой давности (3 года). Противоположные доводы ответчика судом отклоняются как необоснованные.

Одновременно с указанным, арбитражный суд учитывает, что течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга (статья 203 ГК РФ).

В пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что к действиям, свидетельствующим о признании долга, в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда следует, что в случае признания ответчиком долга срок исковой давности прерывается и начинает течь заново, поскольку истец, добросовестно полагаясь на такое признание, вправе, не обращаясь в суд, ожидать исполнения ответчиком своих обязанностей.

В силу этого действия ответчика по признанию долга должны быть ясными и недвусмысленными. Молчание ответчика или его бездействие не могут считаться признанием долга.

Установление факта признания остальной части долга или отсутствия такого признания относится к исследованию и оценке доказательств, а также к установлению фактических обстоятельств дела (часть 2 статьи 65 АПК РФ).

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд установил следующее.

28.10.2022 Заказчик направил в адрес ООО «Техноатом» запрос о предоставлении документации на партии РАО с целью оформления заявок на передачу радиоактивных отходов Курской АЭС на захоронение (т.д. 2, л.д. 70).

В ответ на указанный запрос Исполнитель 03.11.2022 направил в адрес АО «Концерн Росэнергоатом» паспорта на упаковку (партию) твердых радиоактивных отходов, находящихся на хранении (50 контейнеров) (т.д. 1, л.д. 127, т.д. 2, л.д. 71).

26.07.2023 АО «Концерн Росэнергоатом» направило в адрес ответчика письмо №9/Ф06/122183 с требованием представить информацию о состоянии контейнеров, условиях их хранения, а также комплект документов, необходимый для передачи РАО на захоронение в 2024 году, включая: копии сертификатов соответствия на контейнеры; копию справки о подтверждении соответствия РАО критериям приемлемости; карту контроля технологического процесса для подтверждения критериям приемлемости РАО для захоронения; акты входного контроля параметров РАО; акты результатов взвешивания упаковок РАО; программу обеспечения качества (ПОК), действующую на момент выполнения работ и ее актуализированную версию (т.д. 2, л.д. 114).

Ответным письмом от 15.08.2023 №23-08-011 (т.д. 2, л.д. 117) общество с ограниченной ответственностью «Техноатом» подтвердило наличие обязательств по устранению выявленных замечаний в отношении контейнеров. Одновременно с указанным Исполнитель также сообщил о том, что, ввиду необходимости устранения выявленных замечаний по контейнерам и существенных финансовых ресурсов, устранение всех выявленных недостатков будет реализовано в 2024 году до момента передачи РАО на захоронение ФГУП «НО РАО».

22.08.2023 АО «Концерн Росэнергоатом» направило в адрес Исполнителя на согласование план мероприятий по передаче РАО на захоронение (в рамках обязательств по договору №9/67936-Д от 18.10.2018) (письмо от 22.08.2023 №9/Ф06/138459, т.д. 2 л.д. 119).

23.08.2023 ответчик утвердил и направил Заказчику согласованный план мероприятий, закрепляющий помимо прочего обязанность ООО «Техноатом» по перетариванию РАО и подготовке необходимого комплекта документов в срок до 30.04.2024 (письмо от 23.08.2023 №23-8-015 - т.д. 2, л.д. 120, план - т.д. 2, л.д. 184).

Письмом от 08.02.2024 №24-02-011 (т.д. 2, л.д. 147) Исполнитель уведомил Заказчика о ходе выполнения работ, предусмотренных планом мероприятий, и сообщил о ведении переговоров на сдачу контейнеров в текущем виде ФГУП «НО РАО».

В письме от 18.06.2024 №24-06-019 (т.д. 2, л.д. 149) общество с ограниченной ответственностью «Техноатом» дополнительно подтвердило свои обязательства, уведомив Заказчика о том, что готовые документы на захоронение будут направлены в срок до 24.08.2024. Также Исполнитель сообщил о том, что перетаривание контейнеров будет производиться непосредственно перед рейсами и идти в соответствии с графиком передачи ФГУП «НО РАО» с августа 2024 по октябрь 2024 года.

Анализ вышеуказанной деловой переписки сторон, а также последовавших за ней фактических действий ответчика, позволяет сделать однозначный вывод о том, что ООО «Техноатом» с августа 2023 года по август 2024 года совершались действия, свидетельствующие о признании претензий истца о ненадлежащем исполнении договорных обязательств, и направленные на их исполнение, что в силу положений статьи 203 ГК РФ влечет прерывание течения срока исковой давности на данный период.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание дату обращения с настоящим исковым заявлением (30.05.2025), а также учитывая совершение ответчиком действий по устранению недостатков, суд приходит к выводу о том, что срок исковой давности, вопреки доводам ответчика, истцом не пропущен.

Из обстоятельств дела следует, что в период с 07.11.2022 по 09.11.2022 акционерное общество «Концерн Росэнергоатом» провело внеплановую проверку выполнения условий хранения и технического состояния упаковок РАО Курской АЭС в Нижегородском отделении филиала «Приволжский территориальный округ» ФГУП «ФЭО». По результатам указанной проверки истец выявил 12 дефектных (вспученных) контейнеров, причиной деформации которых послужило наличие воды внутри упаковок. Сведения о выявленных нарушениях отражены в пункте 2.1.2 акта проверки №9/Ф06/979-акт от 07.02.2023.

Кроме того, в период с 05.04.2023 по 11.04.2023 акционерным обществом «Концерн Росэнергоатом» была проведена проверка выполнения требований ПОК ТЕХНОАТОМ 1-2016 в ООО «Техноатом», в том числе, в части оказания услуг по договору №9/67936-Д от 18.10.2018.

В ходе данного контрольного мероприятия Заказчиком было установлено отсутствие документов, подтверждающих приведение ТРО к критериям приемлемости и необходимых для передачи контейнеров в ФНУП «НО РАО», а именно:

– заполненных в электронном виде в формате.xls паспортов на каждую передаваемую организацией упаковку РАО;

– копий заполненных заводских паспортов на каждый передаваемый организацией контейнер (упаковочный комплект) с РАО;

– карт контроля технологического процесса для подтверждения критериев приемлемости РАО для захоронения;

– копий сертификатов соответствия на каждый передаваемый организацией тип контейнера (упаковочного комплекта) с РАО;

– копий справок о подтверждении соответствия РАО критериям приемлемости.

Результаты проверки отражены в акте от 05.05.2023 №9/020103/558-акт.

Оспаривая результаты проверок, общество с ограниченной ответственностью «Техноатом» обратило внимание на односторонний порядок составления актов проверки, без предварительного уведомления представителя ответчика. Ввиду указанного, Исполнитель полагал, что представленные истцом акты проверок не могут служить доказательством изложенных в них обстоятельств.

Согласно статье 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

АО «Концерн Росэнергоатом» в ходе судебного разбирательства факт не уведомления общества с ограниченной ответственностью «Техноатом» о проведении в отношении него проверочных мероприятий не оспаривало. Документальных доказательств, подтверждающих надлежащее уведомление ответчика, не представило (статья 65 АПК РФ).

Исходя из вышеизложенного, с учетом того, что ответчик не был уведомлен о проведении осмотров, не участвовал в составлении актов проверки, не имел возможности давать пояснения, следить за ходом осмотра, суд соглашается с доводами ответчика о том, что представленные в материалы дела акты проверки не могут доказывать изложенные в них обстоятельства.

Вместе с тем, суд принимает во внимание, что, несмотря на последующее оспаривание ООО «Техноатом» выявленных в ходе проверок недостатков, Общество предпринимало меры по устранению указанных нарушений.

Тем самым, совершение ответчиком конклюдентных действий свидетельствует о фактическом признании Исполнителем обоснованности замечаний, зафиксированных в вышеуказанных актах проверок.

Доводы ответчика о том, что безвозмездное устранение Исполнителем выявленных нарушений обусловлено не признанием наличия недостатков в оказанных услугах, а внесением Заказчиком сведений о ненадлежащем оказании услуг ООО «Техноатом» в информационную систему «Расчет рейтинга деловой репутации поставщиков», и как следствие, необходимостью исключения негативных последствий для деловой репутации Общества, суд признает несостоятельными.

В частности, положениями подраздела 9.1 Технического задания (Приложение №1 к договору №9/67936-Д от 18.10.2018 установлено, что в случаях, когда услуга выполнена с отступлением от условий договора, ухудшающим конечный результат, Заказчик по своему усмотрению может потребовать от Исполнителя услуг обязательного устранения недостатков в установленный Заказчиком срок за счет собственных средств Исполнителя.

Следовательно, действия ответчика по безвозмездному устранению выявленных истцом недостатков соответствуют предусмотренному договором механизму урегулирования последствий ненадлежащего оказания услуг, в связи с чем, не могут быть истолкованы как предпринятые с целью сохранения деловой репутации.

Оценивая доводы ответчика относительно соответствия качества услуг по кондиционированию РАО, оказанных обществом с ограниченной ответственностью «Техноатом», законодательно установленным требованиям в соответствующей области, арбитражный суд отмечает следующее.

В целях установления требований к обеспечению безопасности при сборе, переработке, хранении и кондиционировании твердых радиоактивных отходов на ядерных установках, радиационных источниках, в пунктах хранения ядерных материалов и радиоактивных веществ, пунктах хранения (хранилищах) радиоактивных отходов Приказом Ростехнадзора от 25.06.2015 №243 утверждены федеральные нормы и правила в области использования атомной энергии «Сбор, переработка, хранение и кондиционирование твердых радиоактивных отходов. Требования безопасности» (вместе с НП-020-15) (далее – Приказ №243).

Пунктом 56 Приказа №243 закреплено, что контейнер должен сохранять целостность в течение ожидаемого периода хранения до захоронения и предотвращать распространение радионуклидов и (или) ионизирующего излучения в окружающую среду из упаковки РАО.

Аналогичные правила установлены в Приказе Ростехнадхора от 15.12.2014 №572 «Об утверждении федеральных норм и правил в области использования атомной энергии «Критерии приемлемости радиоактивных отходов для захоронения» (вместе с НП-093-14) (далее – Приказ №572).

В соответствии с пунктом 35 Приказа №572 упаковки РАО всех классов при обращении с ними при нормальной эксплуатации ПЗРО должны сохранять целостность и ограничивать выход ионизирующего излучения и радиоактивного содержимого пределами, установленными в соответствии с требованиями настоящих федеральных норм и правил.

Механические характеристики упаковок РАО должны обеспечивать проведение транспортно-технологических операций, в том числе укладку в штабель, если это предусмотрено транспортно-технологической схемой ПЗРО (пункт 37 Приказа №572).

Вышеуказанные положения законодательства закрепляют императивное требование о необходимости сохранения целостности контейнера (до момента захоронения) в целях предотвращения распада радионуклидов и ионизирующего излучения в окружающую среду.

При этом понятие «целостность», вопреки доводам ответчика, включает в себя как герметичность (способность объекта не допускать проникновение внутрь или выход наружу нежелательных веществ), так и сохранение первоначальных конструктивных и эксплуатационных параметров контейнера, необходимых для обеспечения его транспортировки и укладки, а также поддержания стабильного состояния содержимого РАО и исключения процессов, способных спровоцировать деформацию (в т.ч. вспучивание) контейнера.

С учетом указанного, принимая во внимание необходимость организации и обеспечения безопасного и экономически эффективного обращения с радиоактивными отходами, суд приходит к выводу о том, что вспучивание контейнера является его существенным недостатком при кондиционировании РАО и подлежит исправлению, независимо от нарушения герметичности.

В отношении иных доводов общества с ограниченной ответственностью «Техноатом», суд отмечает следующее.

В силу пункта 1.3 договора наименование, начальный и конечный срок оказания отдельных этапов услуг по договору, состав услуг и требования к услугам определяются Календарным планом (Приложение №2), Техническим заданием (Приложение №1), составляющими неотъемлемую часть настоящего договора.

Согласно подразделу 3.2 (Выполнение работ) раздела 3 (Описание услуг) Технического задания (Приложение №1) в состав работ входит, в том числе: подготовка и оформление приемо-сдаточных документов на партию МРАО и документов в рамках системы государственного учета и контроля (СГУК) РВ и РАО; размещение удаленных с поверхности МРАО радиоактивных веществ в контейнерах, паспортизация и оформление актов на партию (партии) РАО.

Таким образом, вопреки доводам ответчика, договор оказания услуг №9/67936-Д от 18.10.2018, помимо изготовления паспортов на партии РАО, предусматривал и обязанность Исполнителя по подготовке и оформлению приемо-сдаточных документов на каждую партию радиоактивных отходов. Данная обязанность прямо закреплена в Техническом задании (Приложение №1 к договору) и входит в объем оказываемых услуг.

На основании вышеизложенного, принимая во внимание наличие в материалах дела документальных доказательств, подтверждающих факт ненадлежащего оказания услуг ООО «Техноатом», а также необходимость неоднократного согласования АО «Концерн Росэнергоатом» с национальным оператором возможности принятия радиоактивных отходов на захоронение, обусловленное несоответствием представленных сопутствующих документов требованиям действующего законодательства, арбитражный суд приходит к выводу о доказанности истцом наличия причинно-следственной связи между длительностью действий ответчика по устранению недостатков в оформленной документации и увеличением срока хранения РАО на площадке ФГУП «Предприятие по обращению с радиоактивным отходами «РосРАО» за пределами срока действия договора.

В отношении доводов общества с ограниченной ответственностью «Техноатом» о якобы намеренном бездействии истца по вывозу контейнеров, находящихся на хранении ФГУП «Предприятие по обращению с радиоактивным отходами «РосРАО», и непринятии мер по продлению срока действия договора в целях избежания возникновения неосновательного обогащения на стороне собственника радиоактивных отходов, арбитражный суд отмечает следующее.

Как следует из материалов дела, АО «Концерн Росэнергоатом», осуществляя распоряжение находящимся в его ведении имуществом (радиоактивными отходами), поручило ООО «Техноатом» обеспечить хранение кондиционированных МРАО до момента их передачи ФГУП «НО РАО» сроком до 2021 года. Указанное обязательство зафиксировано в подразделе 2.3 (Организация работ) Технического задания к договору.

В свою очередь, между ФГУП «Предприятие по обращению с радиоактивным отходами «РосРАО» (далее – Исполнитель) и обществом с ограниченной ответственностью «Техноатом» (далее – Заказчик) был заключен договор на выполнение работ по обращению с твердыми радиоактивными отходами №008/10-2018 от 07.11.2018.

Акционерное общество «Концерн Росэнергоатом» стороной вышеуказанного договора не являлось, и соответственно не имело доступа к его условиям, включая сведения о сроках хранения РАО у ФГУП «Предприятие по обращению с радиоактивным отходами «РосРАО». Контроль со стороны истца заключался в осмотре контейнеров, которые впоследствии должны были быть переданы на хранение национальному оператору, что было проведено истцом и отражено в Актах проверок.

Доказательства, свидетельствующие об обратном, в материалы дела не представлены.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание неосведомленность собственника РАО о дате истечения срока действия договора №008/10-2018 от 07.11.2018, заключенного ответчиком с третьим лицом, с учетом отсутствия возможности контроля соблюдения сроков хранения и необходимости их продления, арбитражный суд приходит к выводу о том, что неосведомленность АО «Концерн Росэнергоатом» исключает возможность возложения на истца ответственности за непринятие соответствующих мер.

С учетом указанного, доводы Общества о намеренном бездействии истца, отклоняются судом как несостоятельные.

В отношении размера убытков, заявленных к возмещению, арбитражный суд учитывает следующее.

Под реальным ущербом в соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ понимаются расходы, которые кредитор произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества.

Материалами дела подтверждается, что решением Арбитражного суда города Москвы по делу №А40-84953/2024 от 28.10.2024, оставленным без изменения Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2025, с акционерного общества «Концерн Росэнергоатом» в пользу ФГУП «Предприятие по обращению с радиоактивным отходами «РосРАО» было взыскано неосновательное обогащение в размере 4 719 630 руб. 50 коп., а также расходы по госпошлине в размере 46 598 руб.

Вышеуказанная сумма представляет собой стоимость услуг по временному хранению РАО, оказанных ФГУП «Предприятие по обращению с радиоактивным отходами «РосРАО» за период с момента окончания договорных правоотношений по временному хранению переданных радиоактивных отходов по дату их фактического вывоза.

Факт несения расходов в вышеуказанной сумме подтвержден представленным в материалы дела платежным поручением №1901 от 06.02.2025 на сумму 4 719 630 руб. 50 коп.

На основании изложенных обстоятельствах, арбитражный суд приходит к выводу о наличии совокупности следующих критериев: наличие убытков, противоправность действий (бездействия) общества с ограниченной ответственностью «Техноатом», причинно-следственная связь между противоправными действиями (бездействием) ответчика и наступлением вредных последствий для истца, вина причинителя вреда и размер убытков.

Согласно статье 71 АПК РФ, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Оценив представленные в материалы дела доказательства с позиций их относимости, допустимости и достоверности, а также их достаточность и взаимную связь в совокупности в соответствии с положениями статей 67, 68, 71 АПК РФ, суд полагает исковые требования о взыскании убытков в размере 4 766 228 руб. 50 коп. законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Учитывая результат рассмотрения настоящего дела, государственная пошлина за рассмотрение настоящего спора в силу положений ст. 110 АПК РФ относится судом на ответчика.

На основании статей 15, 309, 310, 393, 779 Гражданского кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьями 16, 17, 27, 28, 102, 110, 167-170 и 180 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Резолютивная часть

Р Е Ш И Л :

Исковые требования акционерного общества «Российский концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» (ОГРН <***>, ИНН <***>) удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Техноатом» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу акционерного общества «Российский концерн по производству электрической и тепловой энергии на атомных станциях» в лице филиала «Курская атомная станция» (ОГРН <***>, ИНН <***>) убытки в размере 4 766 228 руб. 50 коп., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 167 987 руб. 00 коп.

Данное решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Курской области в течение месяца после его принятия в апелляционную инстанцию в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в г. Воронеже.

Судья И.В. Кочетова