Постановление от 12 ноября 2020 г. ФАС ВВО (ФАС Волго-Вятского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Нижний Новгород

Дело № А43-7105/2013

12 ноября 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 05.11.2020.

Постановление в полном объеме изготовлено 12.11.2020.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Елисеевой Е.В.,

судей Кузнецовой Л.В., Ногтевой В.А.

при участии представителя

общества с ограниченной ответственностью «Компания «ВИД»:

ФИО1 по доверенности от 03.02.2020

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

арбитражного управляющего ФИО2

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 24.12.2019 и

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2020

по делу № А43-7105/2013

по заявлению конкурсного управляющего

ФИО3

об истребовании у арбитражного управляющего

ФИО2

документации и имущества должника –

закрытого акционерного общества

«Нижегородский экспедиционный отряд

подводно-технических и аварийно-спасательных работ»

(ИНН: <***>, ОГРН: <***>),

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, – ФИО4,

Инспекция Федеральной налоговой службы

по Нижегородскому району города Нижнего Новгорода,

и у с т а н о в и л :

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Нижегородский экспедиционный отряд подводно-технических и аварийно-спасательных работ» (далее – ЗАО «Нижегородподводстрой», Общество; должник) в Арбитражный суд Нижегородской области обратился конкурсный управляющий ФИО3 с заявлением об истребовании у арбитражного управляющего ФИО2, ранее исполнявшего обязанности конкурсного управляющего должника, документации и имущества Общества.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО4 и Инспекция Федеральной налоговой службы по Нижегородскому району города Нижнего Новгорода (далее – Инспекция).

Суд первой инстанции определением от 23.11.2018, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2019, удовлетворил требование конкурсного управляющего.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа постановлением от 29.07.2019 отменил определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда в части истребования у арбитражного управляющего ФИО2 и обязании его передать конкурсному управляющего ЗАО «Нижегородподводстрой» ФИО3 список дебиторов должника с указанием ИНН, адресов, суммы задолженности, основания возникновения задолженности, и направил обособленный спор в отмененной части на новое рассмотрение в Арбитражный суд Нижегородской области.

При новом рассмотрении суд первой инстанции определением от 24.12.2019, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2020, отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего

ФИО3 об истребовании у арбитражного управляющего ФИО5 и обязании его передать ФИО3 список дебиторов ЗАО «Нижегородподводстрой» с указанием ИНН, адресов, суммы задолженности, основания возникновения задолженности. Суды, руководствуясь статьями 2, 24, 32, 126, 129 и 131 Федерального закона от 26.10.2002

№ 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьями 64, 65 и 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 23, 24, 76 и 80 Налогового кодекса Российской Федерации, статьями 2, 3, 6, 7, 11, 13 и 14 Федерального закона Российской Федерации от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон о бухгалтерском учете) и пунктом 47 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пришли к выводу об отсутствии оснований для истребования документации в отсутствие доказательств ее наличия у ФИО2

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, арбитражный управляющий ФИО2 обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит изменить мотивировочную часть определения от 24.12.2019, не отменяя судебный акт, исключив:

– абзац двадцатый на странице 8: «На основании вышеизложенного суд приходит к выводу о том, что бывшим руководителем ЗАО «Нижегородподводстрой» обязанность по передаче документации должника конкурсному управляющему ФИО2 была исполнена»;

– в абзаце третьем на странице 14 следующий текст: «… представляя бухгалтерскую отчетность ЗАО «Нижегородподводстрой» за 2015 и 2016 годы, конкурсный управляющий ФИО2 указал значение дебиторской задолженности третьих лиц перед ЗАО «Нижегородподводстрой» на 31.12.2014 идентичное размеру дебиторской задолженности третьих лиц перед ЗАО «Нижегородподводстрой», указанным в бухгалтерской отчетности по электронным каналам связи генеральным директором ЗАО «Нижегородподводстрой» ФИО4»;

– в абзаце седьмом на странице 15 и в абзаце первом на странице 15 следующий вывод: «… суд считает, что ФИО2 было известно о наличии указанных правоотношений, а, соответственно, факт оказания ЗАО «Нижегородподводстрой» услуг по сдаче в аренду ООО «Меттехнологии» указанного имущества подлежал отражению в налоговой и бухгалтерской отчетности ЗАО «Нижегородподводстрой» за 2014 и 2015 года»;

– абзац второй на странице 18: «На дату вынесения настоящего судебного акта, опись вложения, в которой указаны наименования документов, указанных в акте приема-передачи документов от 02.02.2018 не были предоставлены арбитражным управляющим в материалы дела»;

– абзац пятый на странице 18: «Таким образом, в материалах дела отсутствуют достоверные доказательства передачи арбитражным управляющим ФИО2 конкурсному управляющему ЗАО «Нижегородподводстрой» ФИО3 документации должника, поименованной в акте приема-передачи документов от 02.02.2018».

Как полагает заявитель, суд первой инстанции фактически переоценил имеющиеся в материалах дела доказательства, уже получившие противоположную оценку суда кассационной инстанции. Вывод о том, что конкурный управляющий представил бухгалтерскую отчетность Общества за 2015 и 2016 года с разными значениями дебиторской задолженности третьих лиц перед должником на 31.12.2014 идентичные размеру дебиторской задолженности третьих лиц, указанному в бухгалтерской отчетности, переданной по электронным каналам связи генеральным директором ФИО4, противоречит материалам дела и выводам суда кассационной инстанции. Суд первой инстанции рассмотрел спор без документов, истребованных определением от 03.12.2019 у закрытого акционерного общества «ЦЭК» (далее – ЗАО «ЦЭК») и общества с ограниченной ответственностью «Компания «Тензор» (далее – ООО «Компания «Тензор»), что является процессуальным нарушением.

По мнению арбитражного управляющего, вывод о его осведомленности об арендных правоотношениях с обществом с ограниченной ответственностью «Меттехнологии» (далее – ООО «Меттехнологии») противоречит материалам дела и основан на бездоказательных заявлениях кредитора – общества с ограниченной ответственностью «Компания «ВИД» (далее – Компания), единственным участником которого является ФИО4

Заявитель оспаривает вывод о том, что на дату вынесения определения опись вложения, в которой указаны наименования документов, поименованных в акте приема-передачи документов от 02.02.2018, не была представлена ФИО2 в материалы дела. Так, копия описи вложения в ценное отправление имеется в материалах дела, оригинал неоднократно обозревался судами при первичном рассмотрении обособленного спора. В материалы дела также представлена копия постановления о производстве выемки следователя Следственного отдела Нижегородского Линейного Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации на транспорте от 08.05.2019, согласно которому следственными органами изъяты оригинал чека Почты России, опись вложения в ценное отправления, отчет об отслеживании почтовых отправлений, акт приема-передачи документов от 02.02.2018. ФИО2 обращает внимание суда округа на то, что в один временной промежуток рассматривались заявление об истребовании документов и три жалобы. Заявитель убежден, что опись вложения в посылку и копию постановления следственных органов представлялись им в материалы дела. Данные доказательства ФИО2 повторно направил в суд апелляционной инстанции с ходатайством о приобщении к материалам дела через систему «Мой арбитр», однако в удовлетворении ходатайства было отказано. Отказ в приобщении доказательств, как считает заявитель, нарушает его право на судебную защиту и процессуальные нормы.

ФИО2 настаивает на том, что вывод об отсутствии достоверных доказательств передачи ФИО2 конкурсному управляющему ФИО3 документации должника, поименованной в акте приема-передачи от 02.02.2018, противоречит письменным доказательствам, имеющимся в материалах дела, а также заявлениям представителя действующего конкурсного управляющего.

В заседании суда округа 30.09.2020 объявлен перерыв до 09 часов 45 минут 07.10.2020, затем заседание откладывалось до 11 часов 30 минут 05.11.2020 (определение от 07.10.2020).

Определением от 05.11.2020 судья Прыткова В.В. ввиду ее болезни заменена на судью Елисееву Е.В. на основании статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; рассмотрение кассационной жалобы после замены судьи начато с начала.

Представитель Компании в заседании окружного суда возражал относительно доводов кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность обжалованных судебных актов проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах указанных в кассационной жалобе доводов.

По общему правилу арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность судебных актов, принятых арбитражными судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы. Независимо от доводов, содержащихся в кассационной жалобе, суд кассационной инстанции проверяет, не нарушены ли судами нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебных актов (части 1 и 2 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Как следует из материалов дела, Арбитражный суд Нижегородской области решением от 16.04.2014 признал должника несостоятельным (банкротом) и открыл в отношении его имущества конкурсное производство, утвердив конкурсным управляющим ФИО2

Определением от 27.12.2017 ФИО2 освобожден от исполнения возложенных на него обязанностей, новым конкурсным управляющим утвержден ФИО3

Неисполнение ФИО2 обязанности по передаче новому конкурсному управляющему должника имущества и документации Общества послужило основанием для обращения ФИО3 с настоящим заявлением на основании пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве.

Исследовав материалы дела, изучив доводы, изложенные в кассационной жалобе, заслушав представителя Компании, суд кассационной инстанции принял постановление на основании следующего.

В силу пункта 2 статьи 126 руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

На основании пункта 1 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий осуществляет полномочия руководителя должника.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Доказательства в суд представляются лицами, участвующими в деле (статьи 65 и 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению в их совокупности, исходя при этом из их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи.

Проанализировав в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, суды первой и апелляционной инстанций установили, что бывший руководитель должника ФИО4 исполнил обязанность по передаче бывшему конкурсному управляющему должника ФИО2 бухгалтерской и иной документации Общества; в ходе рассмотрения судом обособленного спора ФИО2 передал ФИО3 сведения о дебиторской задолженности ЗАО «Нижегородподводстрой». В то же время суды пришли к выводу, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие нахождение у бывшего конкурсного управляющего ФИО2 истребуемых ФИО3 документов, в том числе в обобщенном виде, в связи с чем суды отказали конкурсному управляющему должника в удовлетворении заявления.

Предметом кассационного обжалования явилось несогласие ФИО2 с рядом утверждений и выводов, изложенных в мотивировочной части определении суда первой инстанции.

Возражения ФИО2 относительно вывода, изложенного в абзаце двадцатом на странице 8 определения следующего содержания: «На основании вышеизложенного суд приходит к выводу о том, что бывшим руководителем ЗАО «Нижегородподводстрой» обязанность по передаче документации должника конкурсному управляющему ФИО2 была исполнена», основанные на том, что суд первой инстанции необоснованно переоценил представленные в материалы дела доказательства, которые получили иную оценку суда кассационной инстанции, не могут быть приняты судом округа ввиду следующего.

Оценка доказательств и установление фактических обстоятельств является прерогативой судов первой и апелляционной инстанций, суд кассационной инстанции в силу статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации таких полномочий лишен, в связи с чем довод ФИО2 основан на неверном толковании норм процессуального права.

Суды первой и апелляционной инстанций, проанализировав пояснения бывшего руководителя должника ФИО4, который указал на факт передачи

ФИО2 документации, и арбитражного управляющего ФИО2, настаивающего на обратном, а также, приняв во внимание, что в период исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника ФИО2 в суд с заявлением об истребовании у ФИО4 спорной документации или о привлечении его к субсидиарной ответственности в связи с неисполнением обязанности по передаче документации должника не обращался, пришли к выводу о том, что бывший руководитель должника в полном объеме исполнил названную обязанность. Суды учли, что Арбитражным судом Нижегородской области вынесено определение от 05.02.2015 об истребовании у бывшего руководителя Общества ФИО4 имущества и документации должника, однако, доказательств совершения ФИО2 каких-либо действий по получению от ФИО4 документов, в том числе путем обращения в Федеральную службу судебных приставов в целях принудительного исполнения судебного акта, с заявлением о привлечении ФИО4 к административной ответственности, в материалы дела не представлено. Кроме того, ФИО2 передал ФИО3 документы, относящиеся к финансово-хозяйственной деятельности должника в количестве 34 единиц, которые датированы периодом с 2008 по 2013 годы, то есть до возбуждения в отношении Общества процедуры несостоятельности (банкротства). Источник появления у него указанных документов ФИО2 не раскрыл.

Аргумент ФИО2 о необходимости исключения из мотивировочной части определения вывода, изложенного в абзаце третьем на странице 14 («… представляя бухгалтерскую отчетность ЗАО «Нижегородподводстрой» за 2015 и 2016 годы, конкурсный управляющий ФИО2 указал значение дебиторской задолженности третьих лиц перед ЗАО «Нижегородподводстрой» на 31.12.2014 идентичное размеру дебиторской задолженности третьих лиц перед ЗАО «Нижегородподводстрой», указанным в бухгалтерской отчетности по электронным каналам связи генеральным директором ЗАО «Нижегородподводстрой» ФИО4»), основанный на том, что указанный вывод противоречит материалам дела, подлежит отклонению ввиду следующего.

Обязанность конкурсного управляющего надлежащим образом вести бухгалтерскую и налоговую отчетность должника и порядок ее оформления и сдачи установлен, в том числе, статьями 2, 3, 6, 7, 11 и 13 Закона о бухучете, а также статьями 23, 24 и 80 Налогового кодекса Российской Федерации.

ФИО2 настаивал на том, что сдавал бухгалтерскую отчетность ЗАО «Нижегородподводстрой» с показателями «0» и иной бухгалтерской задолженностью. Кроме того, ФИО2 представил доказательства фальсификации его подписи на доверенности на получение ключа подписи и сертификата ключа подписи в Удостоверяющем центре ЗАО «ЦЭК» от 23.04.2015, заявлении об изготовлении Сертификата ключа проверки электронной подписи от 23.04.2015, заявлении об аннулировании (отзыве) сертификата ключа электронной подписи от 14.05.2015, доверенности на получение ключа подписи и сертификата ключа подписи в Удостоверяющем центре ЗАО «ЦЭК» от 14.05.2015, на заявлении об изготовлении Сертификата ключа проверки электронной подписи от 14.05.2014, а именно Экспертное исследование по исследованию подписей и почерка № 180119-ИПМС-3325 от 21.01.2019 изготовленное обществом с ограниченной ответственностью «Лаборатория Судебных экспертиз», экспертом ФИО6, из которого следует, что подписи от имени ФИО7 на указанных документах изготовлены не ФИО2, а иным лицом. Арбитражный управляющий также представил в материалы дела письмо ООО «Компания «Тензор», которое подтвердило, что в период с 27.03.2015 по 30.03.2018 абонент ЗАО «Нижегородподводстрой» формировал и направлял в адрес Инспекции налоговую и бухгалтерскую отчетность, а также направлял в Управление Пенсионного фонда по Сормовскому району города Нижнего Новгорода расчеты по страховым взносам, а также формы 4-ФСС в адрес Фонда социального страхования. Кроме того, по запросу суда ФИО2 подтвердил факт сдачи им отчетности должника путем представления в материалы дела переданной отчетности, в частности, налоговых деклараций по налогу на добавленную стоимость, на прибыль организаций, налоговые расчеты по авансовому платежу по налогу на имущество организаций за 2015 год, уведомление о переходе на упрощенную систему налогообложения, сведения о среднесписочной численности сотрудников должника за 2015 год, а также запросы на предоставление справок о состоянии расчетов по налогам, сборам, пеням и штрафам от 10.04.2015, 07.09.2017 и 22.11.2017, а также запрос на предоставление выписки операций по расчетам с бюджетом за 2016 год и квитанции о приеме указанной отчетности Инспекцией.

Из сведений, представленных в материалы дела Инспекцией, следует, что бухгалтерская и налоговая отчетность должника представлялась в электронном виде по ТКС через операторов ЗАО «ЦЭК» и ООО «Компания «Тензор». При этом за один отчетный период налоговая отчетность может быть представлена однократно, то есть повторный прием отчетности по одному налогу в отношении одного юридического лица невозможен и представила уведомления об отказе в принятии бухгалтерской (финансовой) отчетности (первичный) за 2015 год, в частности, об отказе в принятии деклараций по налогу на прибыль организаций за 2015 год, на добавленную стоимость за 1 – 3 кварталы 2015 года, а также корректировочных деклараций по налогу на добавленную стоимость за 2 – 4 кварталы 2015 года, а также ряд иных документов. За 2016 год отчетность должника принята Инспекцией без замечаний. Кроме того, Инспекция разъяснила, что бухгалтерская отчетность за 2014 – 2017 годы подавалась в электронном виде по ТКС в следующем порядке:

– за 2014 год через оператора связи ЗАО «ЦЭК», подписант ФИО4 – генеральный директор

– за 2015 год через оператора связи ЗАО «ЦЭК», подписант ФИО2 – конкурсный управляющий

– за 2016 год через оператора связи ЗАО «ЦЭК», подписант ФИО2 – конкурсный управляющий

–за 2017 год через оператора связи ООО «Компания «Тензор», подписант ФИО2 – конкурсный управляющий

– уточненная бухгалтерская отчетность за 2017 год через оператора связи ООО «Компания «Тензор», подписант ФИО3 – конкурсный управляющий.

Инспекция также представила бухгалтерскую отчетность за 2014 – 2016 года, из которой следует, что дебиторская задолженность на 31.12.2014 составляет 33 735 000 рублей, на 31.12.2013 – 33 306 000 рублей, на 31.12.2012 – 33 120 000 рублей.

Из отчетности, переданной ФИО2 за 2015 год, следует, что дебиторская задолженность на 31.12.2015 составляет 37 325 000 рублей, на 31.12.2014 – 33 735 000 рублей, на 31.12.2013 – 33 306 000 рублей; из отчетности за 2016 год: дебиторская задолженность на 31.12.2016 составляет 42 465 000 рублей, на 31.12.2015 – 37 325 000 рублей, на 31.12.2014 – 33 735 000 рублей.

Таким образом, возражения ФИО2 о том, что вывод суда первой инстанции относительно соответствия размеров дебиторской задолженности, представляемой им в период исполнения им обязанностей конкурсного управляющего и бывшим руководителем должника, не могут быть приняты судом округа, как противоречащие материалам дела. Кроме того, суд округа соглашается с позицией суда первой инстанции о том, что ФИО2, настаивая на фальсификации бухгалтерских данных, переданных в налоговый орган, и электронной цифровой подписи (далее – ЭЦП), в то же время более чем за три года исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника не предпринимал никаких юридических значимых мер по проверке переданной в налоговый орган отчетности, а также по обращению в компетентные органы по факту фальсификации ЭЦП. Так, ФИО2 заявил о фальсификации документов и ЭЦП только после получения им от нового конкурсного управляющего должника ФИО3 требования о передаче документации и имущества должника.

Довод ФИО2 относительно неправомерности вывода судов о том, что ему было известно о правоотношениях между должником и ООО «Меттехнологии», также подлежит отклонению, как противоречащий материалам дела. Факт осведомленности ФИО2 установлен судами на основании анализа совокупности доказательств, в частности, на установленном факте роста дебиторской задолженности в ходе процедуры конкурсного производства (когда должник, по пояснениями ФИО2, не вел финансово-хозяйственной деятельности), подтвержденном налоговой отчетностью должника за 2014 – 2016 годы, в это же время Обществу производилось начисление налогов на добавленную стоимость и прибыль. Кроме того, в ходе исполнения ФИО2 обязанностей конкурсного управляющего должника им проведена инвентаризация имущества Общества, в частности, плавсредств, которые являлись предметом спорных договоров аренды; данное имущество принято им в ведение.

Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что ФИО2, как лицо, ведущее процедуру конкурсного производства в отношении должника и его имущества и исполняющее обязанности руководителя Общества, должно было быть осведомлено о наличии заключенных и не расторгнутых договоров аренды имущества должника, и правомерно отказали ему в удовлетворении заявления об исключении спорного вывода из мотивировочной части определения.

Возражения заявителя кассационной жалобы относительно неправомерности выводов судов об отсутствии в материалах дела на дату объявления резолютивной части определения суда первой инстанции (17.12.2019) описи вложения, в которой указаны наименования документов, указанных в акте приема-передачи документов от 02.02.2018, а также об отсутствии доказательств передачи ФИО3 документации должника, поименованной в указанном акте, не могут быть приняты окружном судом, поскольку противоречат материалам дела.

Так, в обоснование своей позиции ФИО2 ссылается на отчет об отслеживании почтового отправления с почтовым идентификатором 16000219011317, уведомление об отправке почтового отправления с тем же идентификатором. Суды на основании представленных ФИО2 документов пришли к выводу о том, что последний направил ФИО3 почтовое отправление общим весом 10 килограмм 735 грамм. Как следует из пояснений ФИО3, которые ФИО2 не опровергнуты, указанные документы конкурсным управляющим получены, однако внутри отправления находились разрозненные документы в большом количестве, без какой-либо систематизации или описи, в связи с чем конкурсный управляющий должника счел разумным возвратить документы ФИО2 и его представителю. Последний подтвердил получение посылки.

Таким образом, приняв во внимание подтвержденный факт возврата спорных документов ФИО2, уклонение последнего от предоставления описи вложения в названное отправление, суды пришли к обоснованным выводам о том, что документы должника, поименованные в акте приема-передачи документов от 02.02.2018, фактически ФИО3 не передавались.

При этом суд апелляционной инстанции, вопреки позиции ФИО2, правомерно отказал ему в удовлетворении ходатайства о приобщении к материалам дела новых доказательств, поскольку счел недоказанным факт невозможности представления спорных документов в суд первой инстанции.

Основания для иного вывода у суда округа отсутствуют.

Обжалуемые судебные акты соответствуют нормам материального права, а содержащиеся в них выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Оснований для их отмены в оспариваемой части по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены судебных актов, судом округа не выявлено.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины с кассационной жалобы не рассматривался, поскольку, согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, при подаче кассационной жалобы по данной категории дел государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

Резолютивная часть

П О С Т А Н О В И Л :

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 24.12.2019 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2020 по делу № А43-7105/2013 оставить без изменения, кассационную жалобу арбитражного управляющего ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

Е.В. Елисеева

Судьи

Л.В. Кузнецова

В.А. Ногтева