Постановление от 16 октября 2020 г. 17 ААС (Семнадцатый арбитражный апелляционный суд)

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-8172/2020-ГК
г. Пермь
16 октября 2020 года
Дело №А60-38899/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 13 октября 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 16 октября 2020 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего О.В. Лесковец,

судей Н.П. Григорьевой, И.О. Муталлиевой при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Кожевниковой М.А.

при неявке лиц, участвующих в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещенных надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу истца, общества с ограниченной ответственностью «Приоритет ПРОФ», на решение Арбитражного суда Свердловской области от 16.06.2020

по делу № А60-38899/2019

по иску общества с ограниченной ответственностью «Приоритет ПРОФ» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Авангард» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании 1916571 руб. 57 коп.,

по встречному иску общества с ограниченной ответственностью «Авангард»

к обществу с ограниченной ответственностью «Приоритет ПРОФ»

о взыскании 2559763 руб. 11 коп.,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Приоритет ПРОФ» (далее –истец) обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «Авангард» (далее – ответчик) 1916561 руб. 57 коп., в том числе: 1742337 руб. 79 коп. задолженности по оплате услуг, оказанных по договору №ОЗПП/2019 от 29.03.2019 о предоставлении труда работников и 174233 руб. 78 коп. неустойки, начисленной за период с 20.06.2019 по 05.03.2020 на основании п. 6.2 договора (с учетом уточнения требований в порядке ст. 49 АПК РФ). Кроме того, помимо расходов по уплате госпошлины истец настаивал на взыскании с ответчика 252000 руб. в возмещение расходов на оплату услуг представителя.

Ответчиком заявлен встречный иск о взыскании с истца 2496912 руб. 25 коп. убытков (с учетом уточнения требований в порядке ст. 49 АПК РФ).

Решением суда от 16.06.2020 первоначальные исковые требования удовлетворены частично: с ответчика в пользу истца взыскано 1190308 руб. 90 коп., в том числе: 1082099 руб. долга, 108209 руб. 90 коп. неустойки, а также 108500 руб. в возмещение расходов на оплату услуг представителя. В удовлетворении остальной части первоначальных исковых требований отказано.

Встречные исковые требования удовлетворены частично: с истца в пользу ответчика взыскано 2000000 руб. убытков. В удовлетворении остальной части встречных исковых требований отказано.

Судом произведен зачет первоначальных и встречных исковых требований, в результате которого с общества «Приоритет ПРОФ» в пользу общества «Авангард» взыскано 701191 руб. 10 коп.

ООО «Приоритет ПРОФ» с принятым решением не согласно, обжалует его в апелляционном порядке, просит отменить, первоначальный иск удовлетворить в полном объеме, а во встречном иске отказать полностью.

Истец указывает, что им представлены надлежащие и достаточные доказательства оказания услуг на сумму 1764950 руб. 80 коп. по договору №ОЗПП/2019 от 29.03.2019 (далее – договор) о предоставлении труда работников.

Обращает внимание на противоречие п. 2.1.15 и 4.6 договора в части того, кто должен составлять табели учета рабочего времени, на необходимость учета данных системы СКУД, согласно которым на территорию проходили все работники, указанные в табеле учета фактически отработанного времени в редакции истца.

Не согласен с принятым судом расчетом ответчика, который, по мнению ООО «Приоритет ПРОФ», не учитывает положения п. 4.4 договора, предусматривающего, что стоимость работы персонала исполнителя в ночное время (с 22.00 до 06.00), а также работа в выходные и праздничные дни увеличивается на 1,2% договорной цены. Помимо этого, указывает, что из общего количества отработанных часов ответчиком исключен обеденный перерыв длительностью 1 час, в то время как договором продолжительность обеденного перерыва не согласована.

Обращает внимание на то, что персонал выведен с территории заказчика после осуществления трудовых функций в рамках последнего трудового дня 31.05.2019.

Не согласен с позицией ответчика в отношении учета ряда работников в системе СКУД после 21.05.2019 как работников иных организаций, считает, что в отношении работников ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 ответчиком не представлены какие-либо доказательства, подтверждающие выполнение работ не в интересах ООО «Авангард», а других подрядчиков. Учитывая, что на данных работников были оформлены временные пропуска на основании заявления ООО «Авангард», контрольно-пропускной режим АО «АНПЗ ВНК» не позволяет проходить посторонним лицам, то указанные работники могли пройти на территорию выполнения работ только в интересах ответчика.

Истец не согласен с решением суда в части взыскания с него убытков, отмечая, что в акте приема-передачи от 01.05.2019 часть имущества относится к потребляемым вещам.

Возражает против взыскания стоимости инструментальных ящиков, поскольку считает ее завышенной, а первичные документы, представленные ответчиком, считает не позволяющими идентифицировать данное имущество.

Отмечает, что ООО «Приоритет ПРОФ» представлены сведения интернет-магазинов стоимости ящиков, однако судом первой инстанции оценка представленным доказательствам не дана, а также не приведены мотивы расчета ущерба в размере 1920000 руб.

Помимо этого, указывает на отсутствие в договоре обязанности по возврату имущества, переданного заказчиком во исполнение обязанности, установленной п. 2.1.6 договора.

Утверждает, что имущество, переданное по акту от 01.05.2019, ООО «Приоритет ПРОФ» не только возвратило ООО «Авангард», но и сам ответчик вывез это имущество с территории АНПЗ, в связи с чем полагает, что ответчиком не доказан необходимый состав для возложения на истца ответственности в виде взыскания стоимости имущества при случайной гибели или повреждении, принимая во внимание отказ истца от способа защиты, предусмотренного ст. 301 ГК РФ.

Не согласен истец и со взысканием убытков в виде штрафа в размере 80000 руб., настаивая на том, что комиссия по результатам проверки соблюдения требований безопасности пришла к выводу, что причиной нарушения стал недостаточный контроль подрядной организацией ООО «Авангард» при ведении работ на высоте.

Ответчик против удовлетворения апелляционной жалобы возражает, представил отзыв от 14.09.2020, считает доводы жалобы направленными на переоценку верно установленных судом первой инстанции обстоятельств дела, оснований для отмены решения суда не усматривает.

Определением суда от 12.10.2020 произведена замена судьи Кощеевой М.Н. на судью Григорьеву Н.П.

Арбитражный суд апелляционной инстанции счел возможным на основании ст. 123, 156 (ч. 1, 3), 266 (ч. 1) АПК РФ рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие не явившихся представителей истца и ответчика, надлежащим образом извещенных о судебном процессе.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст. 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между истцом (исполнителем) и ответчиком (заказчиком) заключен договор от 29.03.2019 о предоставлении труда работников для выполнения определенных их трудовыми договорами трудовых функций в интересах, под управлением и контролем заказчика.

По условиям п. 1.2 договора количество работников, направляемых к заказчику, срок, на который они направляются, и место работы согласовываются сторонами в заявке, в которой указывается должность (специальность) работников, наличие опыта работы, навыки и умения в определенной сфере, обеспеченность необходимыми лицензиями, аттестатами, разрешениями (допусками).

Заказчик обязан обеспечить работников, направленных исполнителем, за свой счет необходимыми материалами, средствами и орудиями труда, помещением, надлежащими условиями для выполнения трудовых функций, спецодеждой и средствами индивидуальной защиты (п. 2.1.6 договора), а исполнитель принял на себя обязанность обеспечить бережное отношение к имуществу заказчика (п. 2.3.6 договора).

Согласно п. 4.1 договора оплата за направляемый персонал производится в размере и порядке, определенном в Протоколе согласования договорной цены (Приложении № 2 к договору) и самим договором.

Цена фактически оказанного объема услуг определяется в актах оказания услуг по предоставлению труда работников, подписываемых обеими сторонами.

Данные акты составляются ежемесячно не позднее пятого числа месяца следующего за отчетным на основании Табеля учета фактически отработанного времени с учетом цен, установленных Протоколом договорной цены, и иными положениями, согласованными сторонами, в приложениях к договору, направляются исполнителем заказчику, который обязуется возвратить подписанный уполномоченными лицами экземпляр акта не позднее пяти дней с даты его получения, либо в тот же срок представить письменные возражения. В противном случае, акт считается принятым и подписанным сторонами в редакции исполнителя.

В соответствии с п. 4.2 договора оплата услуг заказчиком осуществляется ежемесячно в срок до 20-го числа месяца следующего за отчетным на основании выставленного исполнителем акта об оказании услуг за месяц. Исполнитель обязан выставить счет-фактуру одновременно с актом оказанных услуг.

Как предусмотрено п. 4.6 договора, табели учета фактически отработанного времени составляются уполномоченным представителем исполнителя ежемесячно не позднее пятого числа и представляются заказчику на согласование. Заказчик обязуется возвратить согласованный уполномоченными лицами экземпляр табеля учета фактически отработанного времени не позднее трех дней с даты его получения, либо в тот же срок представить письменные возражения. В противном случае, табель считается принятым и подписанным сторонами в редакции исполнителя.

При этом в соответствии с условиями договора заказчик осуществляет учет рабочего времени направленных работников с учетом обеденного перерыва и данных системы контроля и управления доступа (п. 2.1.15 договора, далее также – система контроля доступа).

Пунктом 7.2 договора предусмотрено, что в случае отказа любой из сторон от дельнейшего исполнения договора, при условии, что такой отказ не связан с претензиями по поводу существенного нарушения стороной ее обязательств, договор может быть расторгнут путем письменного направления уведомления другой стороне за 15 календарных дней до даты его расторжения.

Исполнитель уведомил заказчика об отказе от исполнения договора письмом № 39 от 14.05.2019, договор расторгнут по инициативе исполнителя с 31.05.2019.

Истец утверждает, что исполнил принятые на себя обязательства по договору, а также направил в установленный договором срок акт об оказании услуг, табель, счет на оплату и счет-фактуру на сумму 1893470 руб. 40 коп., однако ООО «Авангард» оплату не произвел.

ООО «Приоритет ПРОФ» неоднократно обращалось в адрес ответчика с требованиями погасить задолженность (письма исх. № 39 от 14.05.2019, № 54 от 17.06.2019, № 59 от 26.06.2019), в том числе в неоспариваемой сумме 1156443 руб. 60 коп., но удовлетворения требований со стороны ответчика не последовало.

Табели учета рабочего времени поступили заказчику от исполнителя 13.06.2019. 14.06.2019 ответчик, не согласившись с объемом оказанных услуг, направил истцу письмо №339 от 14.06.2019.

Согласно п. 6.2 договора за просрочку внесения платежей по договору заказчик оплачивает исполнителю штрафную неустойку в размере 0,1 % в сутки, но не более 10% от суммы неоплаченного или не полностью оплаченного платежа за каждый день просрочки. Расторжение или односторонний отказ от договора не освобождает заказчика от оплаты штрафной неустойки после расторжения или одностороннего отказа от договора.

В связи с просрочкой оплаты истцом начислена и предъявлена ко взысканию договорная неустойка за период с 20.06.2019 по 05.03.2020 в сумме 174223 руб. 78 коп.

Для защиты своих прав в суде истец обратился за юридической помощью, заключив договор №А-29-ИП/2019 от 01.07.2019 на оказание юридических услуг с предпринимателем ФИО6 (в редакции дополнительного соглашения от 02.03.2020). Стоимость юридических услуг составила 252000 руб., заявлена в качестве судебных расходов по делу, подлежащих взысканию с ответчика.

При принятии обжалуемого решения в части первоначального иска суд первой инстанции руководствовался ст. 191, 309, 310, 330, 450.1, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), учел объем услуг, оказанных истцом ответчику, оценил акт об их оказании, табели, счет на оплату, счет-фактуру, ответ на запрос № 221/6150 от 05.11.2019, требования истца удовлетворил в размере 1082099 руб. Данная сумма соответствует контррасчету ответчика.

Суд отметил, что согласно данным системы контроля доступа в период с 01.05.2019 по 31.05.2019 на территорию проходили все работники, указанные в табеле учета фактически отработанного времени в редакции ООО «Приоритет ПРОФ», однако посчитал, что работники ФИО7 (монтажник), ФИО4 (сварщик), ФИО8 (монтажник), ФИО9 (монтажник), ФИО10 (монтажник), ФИО1 (монтажник), ФИО2 (монтажник) на территорию АО «АНПЗ» для выполнения работ для ООО «Авангард» не проходили, что подтверждается данными из системы контроля доступа за период с 01.05.2019 по 31.05.2019, предоставленными АО «АНПЗ ВНК» с ответом на запрос №221/6150 от 05.11.2019.

О том, что данные работники не выполняли работы для ответчика ООО «Авангард» истцу направлено письмо №339 от 14.06.2019 с приложением табеля.

Применив положения договора в отношении неустойки к сумме долга в 1082099 руб., суд взыскал с ответчика в пользу истца неустойку в сумме 108209 руб. 90 коп.

При взыскании судебных расходов по первоначальному иску суд первой инстанции руководствовался ст. 101, 106, 110 АПК РФ, с учетом определения Конституционного Суда Российской Федерации №454-О от 21.12.2004, разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», и исходил из того, что расходы на оплату услуг представителя фактически понесены истцом в общей сумме 252000 руб. (платежные поручения №507 от 03.07.2019, №309 от 19.03.2020), однако, пришел к выводу, что заявленная истцом ко взысканию сумма не соответствует критерию разумности с учетом фактических обстоятельств дела.

Приняв во внимание характер и сложность спора, наличие сложившейся судебной практики, объем доказательственной базы и оказанных представителем услуг, количество подготовленных им документов, суд счел, что в данном случае, разумной и обоснованной суммой за оказание юридических услуг при рассмотрении дела в суде первой инстанции является 175000 руб.

С учетом частичного удовлетворения первоначального иска с ответчика в пользу истца пропорционально удовлетворенным требованиям взыскано 108500 руб. в возмещение расходов по оплате услуг представителя.

ООО «Авангард» в рамках встречного иска заявлено о взыскании с ООО «Приоритет ПРОФ» убытков в виде стоимости переданных товарно-материальных ценностей, а также штрафа.

Требования ответчика основаны на факте передачи истцу во временное пользование для производства работ на АНПЗ товарно-материальных ценностей (далее – ТМЦ, оборудование, имущество) на общую сумму 2479763 руб. 11 коп. по акту приема-передачи от 01.05.2019 (получены представителем истца по доверенности №18 от 26.04.2019).

Ответчик после расторжения договора письмом №363 от 28.06.2019 обратился к истцу с требованием о возврате ТМЦ либо о возмещении их стоимость, которое оставлено истцом без ответа.

Отношения по передаче ТМЦ суд первой инстанции верно квалифицировал как отношения ссуды, применил ст. 607, 689, 696 ГК РФ, отметил, что ООО «Приоритет ПРОФ» не обеспечило сохранность оборудования, счел, что представленными в материалы дела доказательствами подтверждается его утрата, в связи с чем на истце лежит обязанность компенсировать ответчику соответствующие убытки.

Вместе с тем, принял во внимание то, что в акте от 01.05.2019 часть имущества относится к потребляемым вещам, не подлежащим возврату, в связи с чем взыскал с истца только 1920000 руб.

Также ответчик настаивал на взыскании с истца 80000 руб., которые был вынужден оплатить в качестве штрафа в связи с нарушением работником ООО «Приоритет ПРОФ» требований безопасности при проведении работ на высоте.

Нарушение выявлено 05.05.2019 при проверке АО «АНПЗ ВНК», и было установлено, что работник выполнял работы по обтяжке заглушки, находясь на высоте более 1,3 метра, без применения систем безопасности (страховочной привязи), тем самым нарушив Правила по охране труда при работе на высоте.

ООО «Авангард» выдан акт-предписание №21/р от 05.05.2019, постановление №17/р от 05.05.2019, а также предъявлена претензия №255/3784 от 04.07.2019 об оплате штрафа, который ответчик оплатил платежным поручением №843 от 16.10.2019.

В данной части ответчик со ссылкой на п. 2.3.5 договора, предусматривающего, что исполнитель обязался обеспечить соблюдение направляемыми работниками требований охраны труда, технологических инструкций, правил эксплуатации оборудования, правил внутреннего трудового распорядка, указывал, что именно ООО «Приоритет ПРОФ» должен возместить понесенные убытки.

Суд первой инстанции счел доводы ответчика в этой части обоснованными и взыскал 80000 руб. с истца в пользу ответчика в качестве убытков (ст. 15, 393 ГК РФ).

Таким образом, встречный иск удовлетворен судом первой инстанции в общей сумме 2000000 руб.

В порядке ч. 5 ст. 170 АПК РФ суд произвел зачет требований по первоначальному и встречному искам, определив сумму ко взысканию с ООО «Приоритет ПРОФ» в пользу ООО «Авангард» в размере 701191 руб. 10 коп.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, апелляционная коллегия приходит к следующим выводам.

В отношении первоначального иска спорным является вопрос об объеме оказанных услуг, подлежащем оплате ответчиком.

И истцом, и ответчиком представлены табели учета рабочего времени за спорный период (май 2019 года).

Суд первой инстанции, принимая обжалуемое решение, фактически согласился с позицией ответчика, взыскав сумму, соответствующую его контррасчету.

Суд апелляционной инстанции считает, что в отношении определения объема оказанных услуг необходимо исходить из следующего.

Договором предусмотрен учет рабочего времени направленных работников с учетом обеденного перерыва и данных системы контроля доступа.

Услуги по предоставлению персонала осуществлялись на объекте, снабженном соответствующей системой, доказательств того, что услуги оказывались, а работники направлялись на иные объекты либо объекты, не снабженные такой системой, в материалах дела не имеется (ст. 9, 65 АПК РФ).

В рассматриваемом случае, данные системы контроля доступа, расположенной на входе на территорию АО «АНПЗ ВНК» подтверждают время, которое работники ООО «Приоритет ПРОФ» находились на объекте.

При этом на ООО «Авангард» как на заказчике в силу п. 2.1.16 договора лежит обязанность сообщить исполнителю о нарушении направленным работником трудовой дисциплины. Невыход работника на работу и отсутствие на работе без уважительных причин согласно Трудовому кодексу Российской Федерации (далее – ТК РФ) является нарушением работником трудовой дисциплины.

Доказательств того, что в период действия договора заказчиком уведомлял общество «Приоритет ПРОФ» о нарушении направленными им работниками трудовой дисциплины, связанной с невыходом на работу, об их отсутствии в месте выполнения работ, ответчиком не представлено.

При отсутствии таких доказательств, при наличии заявок, которыми согласовано прибытие работников истца на объект и фиксации факта входа и выхода на объект в системе СКУД, невозможно сделать вывод о том, что кто-либо из направляемых истцом работников не осуществлял трудовую функцию, следовательно, услуги не оказывались.

Кроме того, в силу п. 2.1.12 Заказчик обязан письменно сообщать исполнителю о любых изменениях, касающихся условий работы работников.

Договором предусмотрена возможность замены работника (п. 2.1.18, 2.2.1 договора) в случае его несоответствия условиям заказчика указанным в сформированной заявке.

Доказательств наличия таких замен, обращений заказчика к исполнителю об этом, ответчиком не представлено, соответственно, в отсутствие таких доказательств суд апелляционной инстанции исходит из того, что все направляемые исполнителем работники соответствовали потребностям заказчика.

Следует отметить, что фактически работы производились работниками истца под контролем заказчика, который обязан был обеспечить необходимые условия труда, соблюдать трудовое законодательство (п. 2.1.5-2.1.10 договора).

В основу учета рабочего времени направляемых работников заказчиком, составления табелей заказчиком, в силу п. 2.1.5, 2.3.3 договора положены данные системы контроля доступа.

В отсутствии иной независимой фиксации прибытия и убытия предоставленного истцом персонала, суд апелляционной инстанции считает, что именно данные из системы контроля доступа АО «АНПЗ ВНК» являются доказательствами нахождения работников истца на объекте и времени пребывания.

В рассматриваемом случае, истец фактически ограничен в опровержении доказательств, представленных со стороны ответчика, в отношении контроля доступа работников на объект, их пребывания там и осуществления контроля, поскольку в отличие от ООО «Авангард» в отношениях с АО «АНПЗ ВНК» не состоит.

Соответственно, суд апелляционной инстанции критически относится к письму №339 от 14.06.2019, направленному ответчиком истцу уже за пределами действия договора, и к утверждению ответчика о том, что не все работники, направленные истцом в распоряжение заказчика, выполняли работы для последнего.

Из п. 2.1.15 договора следует, что в табель учета рабочего времени заказчиком не включается время на прохождение первичного и вводного инструктажа и получения личного пропуска для прохождения на объект выполнения работ.

Заказчик из времени, которое работники фактически находились на объекте, для целей учета в табеле исключает 1 час на обед и 30 мин на подготовку/окончание работ.

В отношении перерыва на обед суд апелляционной инстанции исходит из того, что в соответствии с ч. 1 ст. 108 ТК РФ в течение рабочего дня (смены) работнику должен быть предоставлен перерыв для отдыха и питания продолжительностью не более двух часов и не менее 30 минут.

Данная норма носит императивный характер, то есть обязательна для исполнения работодателем вне зависимости от режима рабочего времени, установленного в организации, продолжительности рабочего дня (смены) и т.д.

По общему правилу время перерыва для отдыха и питания не включается в рабочее время и не оплачивается, поэтому работник вправе использовать его по своему усмотрению.

На работах, где по условиям производства (работы) предоставление перерыва для отдыха и питания невозможно (т.е. они не могут предоставляться с освобождением от работы), работодатель обязан обеспечить работнику возможность отдыха и приема пищи в рабочее время (ч. 3 ст. 108 ТК РФ).

Следовательно, часть рабочего времени, отмеченного истцом как работодателем в табеле учета рабочего времени, не является временем оказания услуг, ответчик исключает ее правомерно.

Если контроль фактически отработанного времени на объекте отнесен договором к сфере ответственности заказчика, то определение продолжительности перерыва на обед, в отсутствие указания в договоре между истцом и ответчиком, определяется на основании трудовых договоров работников истца и ООО «Приоритет ПРОФ».

Представленные в материалы дела трудовые договоры (т. 1 л.д. 86-120) содержат условие о том, что режим рабочего времени работника устанавливается в соответствии с Правилами внутреннего трудового распорядка ООО «Приоритет ПРОФ» и трудовым законодательством.

Поскольку правила внутреннего трудового распорядка истцом не представлены (ст. 9, 65 АПК РФ), оснований для вывода о том, что продолжительность обеденного перерыва была менее или более 1 часа, не имеется.

Доказательств того, что ответчик производит учет рабочего времени дифференцированно для разных работников, также в деле не имеется.

Во всех случаях обеденный перерыв определен заказчиком в 1 час, при том, что данных об обращениях истца к ответчику по вопросам изменения продолжительности обеденного перерыва для целей учета в табелях – в материалах дела не имеется.

Ответчик в силу п. 2.1.7 договора обязан обеспечить работников, направляемых истцом 11 часовым рабочим днем с учетом перерыва на обед, что им и было сделано.

Что касается исключения ответчиком из фактического времени нахождения на объекте 30 мин на подготовку/окончание работ, то в данном случае условиями договора на ООО «Авангард» возложена обязанность по обеспечению направляемых работников 11 часовым рабочим днем, при этом в табель учета рабочего времени не включается время на прохождение первичного и вводного инструктажа и получение личного пропуска на объект выполнения работ.

Трудовым законодательством полный рабочий день включает время выполнения подготовительных и вспомогательных работ, а у работников, выполняющих работу при помощи машин и механизмов, также время выполнения ремонтных работ текущего характера и работ по технической эксплуатации оборудования. В указанное время может включаться время выполнения работ, производимых вне рабочего места с целью обеспечения основных трудовых функций.

То, что заказчик в составе времени на подготовку/окончание работ учитывает именного время на прохождение первичного и вводного инструктажа, из материалов дела не следует.

Положением о порядке организации пропускного и внутри объектового режимов в административных зданиях и на объектах АО «НПЗ ВНК» (т. 4, далее – Положение) предусмотрено оформление как разовых, так и временных личных пропусков, не требующих ежедневного переоформления.

То, что в данном случае имело место оформление пропусков по п. 4.1.22.1 Положения (т. 4 л.д. 21) – в связи с выполнением кратковременных работ и заданий, решения производственных вопросов, из представленных доказательств также не следует.

В ином случае времени на оформление пропусков каждый день не требовалось.

При таких обстоятельствах, апелляционная коллегия сочла, что исключение со стороны заказчика из состава времени оказания услуг, подлежащего оплате, 30 мин. на подготовку/окончание работ неправомерно.

Протоколом согласования договорной цены к договору истец и ответчик предусмотрели дифференцированную оплату человеко-часа в зависимости от профессии направляемого работника истца.

Стоимость работы персонала исполнителя в ночное время (с 22-00 до 06-00), а также в выходные и праздничные дни увеличивается на 1,2% договорной цены (п. 4.4 договора), на что обоснованно указывает истец и не учитывает ответчик в своих расчетах.

В период оказания услуг работники истца осуществляли работы на объекте в нерабочие праздничные дни 09-12.05.2019, а также в ночное время, соответственно, расчет истца (сводная таблица с данными системы контроля доступа), учитывающий данное обстоятельство, принимается судом апелляционной инстанции.

В то же время количество часов для расчета суд берет из табеля ответчика, также основанного на данных системы контроля доступа с прибавлением 30 мин., которые ООО «Авангард» необоснованно исключает из времени оказания услуг, подлежащего оплате.

По расчету суда апелляционной инстанции задолженность ответчика по договору составляет 1707306 руб. 99 коп., соответственно, неустойка на данную сумму за период с 20.06.2019 по 05.03.2020 составит 170730 руб. 70 коп.

В расчетах суд апелляционной инстанции учитывает 31.05.2019 как день оказания услуг истцом, поскольку работники истца находились на объекте 10-11 часов, а то, что услуги фактически в этот день не оказывались, направление письма истцом об отказе от договора не подтверждает.

В ином случае, АО «НПЗ ВНК» работники истца не были бы допущены на объект как не являющиеся работниками подрядной (субподрядной) организации.

Достоверных, документально подтвержденных доказательств того, что 31.05.2019 работники, учтенные истцом в расчетах, находились на объекте в рамках отношений ООО «Аванград» с иными организациями, а не с истцом, в деле не имеется.

Обязанность заказчика оплатить фактически оказанные услуги соответствует ст. 779, 781 ГК РФ.

Помимо изложенного в отношении учета работников истца системой контроля доступа суд апелляционной инстанции находит обоснованными доводы апелляционной жалобы.

В отношении работников ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 ответчиком не представлены какие-либо доказательства, подтверждающие выполнение работ не в интересах ООО «Авангард», а других подрядчиков.

Учитывая, что на данных работников были оформлены временные пропуска на основании заявления ООО «Авангард», контрольно-пропускной режим АО «АНПЗ ВНК» не позволяет проходить посторонним лицам на территорию, то указанные работники могли пройти только в интересах ООО «Авангард» для выполнения работ.

Заслуживают внимания и доводы истца о том, что в случае с иными работниками, которые сдали временные пропуска и в интересах ООО «Авангард» на объекте не находились, переоформлены пропуска на новых подрядчиков.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции в части первоначального иска подлежит изменению (п. 1 ч. 1 ст. 270 АПК РФ), апелляционная жалоба удовлетворению в данной части. С ООО «Авангард» в пользу ООО «Приоритет ПРОФ» подлежит взысканию 1878037 руб. 69 коп., в том числе: 1707306 руб. 99 коп. долга, 170730 руб. 70 коп. неустойки, начисленной за период с 20.06.2019 по 05.03.2020.

Поскольку первоначальный иск удовлетворен частично судебные расходы взыскиваются с ответчика в пользу истца пропорционально удовлетворенным требованиям, при этом суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции в отношении взыскания расходов на оплату услуг представителя – разумной суммой труда квалифицированного специалиста по оказанию юридических услуг является сумма в 175000 руб., к которой и применяется пропорция (ст. 110 АПК РФ).

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию 171482 руб. 41 коп. в возмещение расходов на оплату услуг представителя и 31519 руб. 45 коп. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины по первоначальному иску.

Апелляционная коллегия учитывает, что в процессе рассмотрения дела истец уточнил (уменьшил) заявленные требования (т. 5 л.д. 45-47), однако вопрос о возврате излишне уплаченной госпошлины по платежному поручению № 508 от 03.07.2019 судом первой инстанции не решен. Истцу следует возвратить из федерального бюджета 1248 руб. излишне уплаченной государственной пошлины.

В отношении доводов жалобы о частичном удовлетворении встречного иска суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Факт передачи ТМЦ ответчиком истцу по акту от 01.05.2019 сторонами спора не оспаривается.

Данным актом не предусмотрена плата за пользование имуществом, доказательств внесения такой платы не представлено, равно как и наличия иного встречного представления.

В соответствии с п. 2 ст. 1, п. 4 ст. 421 ГК РФ физические и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (п. 1 ст. 432 ГК РФ).

По договору безвозмездного пользования (ссуды) одна сторона (ссудодатель) обязуется передать или передает вещь в безвозмездное временное пользование другой стороне (ссудополучателю), а последняя обязуется вернуть ту же вещь в том состоянии, в каком она ее получила, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

К договору безвозмездного пользования соответственно применяются правила, предусмотренные ст.607, п.1 и абз. первым п. 2 ст. 610, п. 1 и 3 ст. 615, п. 2 ст. 621, п. 1 и 3 ст. 623 ГК РФ (п. п. 1, 2 ст. 689 ГК РФ).

В договоре аренды должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить имущество, подлежащее передаче арендатору в качестве объекта аренды (п. 3 ст. 607 ГК РФ).

Акт от 01.05.2019 позволяет индивидуализировать имущество.

Кроме того, если арендуемая вещь в договоре аренды не индивидуализирована должным образом, однако договор фактически исполнялся сторонами (например, вещь была передана арендатору и при этом спор о ненадлежащем исполнении обязанности арендодателя по передаче объекта аренды между сторонами отсутствовал), стороны не вправе оспаривать этот договор по основанию, связанному с ненадлежащим описанием объекта аренды, в том числе ссылаться на его незаключенность или недействительность.

Соответствующее разъяснение практики применения норм материального права приведены в п. 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 № 73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды».

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции счел, что судом первой инстанции отношения сторон, возникшие из акта, верно квалифицированы как договор ссуды.

Согласно ст. 695 ГК РФ ссудополучатель обязан поддерживать вещь, полученную в безвозмездное пользование, в исправном состоянии, включая осуществление текущего и капитального ремонта, и нести все расходы на ее содержание, если иное не предусмотрено договором безвозмездного пользования.

Применительно к отношениям по договору безвозмездного пользования ст. 696 ГК РФ определяются условия, при которых ссудополучатель несет риск случайной гибели или случайного повреждения вещи, а именно: в случае, если вещь погибла или была испорчена в связи с тем, что использовалась не в соответствии с договором и назначением вещи или была передана третьему лицу без согласия ссудодателя; в случае если с учетом фактических обстоятельств ссудополучатель мог предотвратить ее гибель или порчу, пожертвовав своей вещью, но предпочел сохранить свою вещь.

В силу положений п. 1 и 3 ст. 401 ГК РФ ссудополучатель отвечает за утрату вещи либо при наличии вины, либо при наличии оснований, при которых риск случайной гибели закон возлагает на него.

Императивный характер положений ст. 696 ГК РФ исключает право сторон договора безвозмездного пользования предусмотреть иное распределение рисков случайной гибели или случайного повреждения вещи (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.12.2005 №10678/05).

Применительно к изложенному, суд первой инстанции верно исследовал обстоятельства, связанные с отсутствием ТМЦ у истца.

В данном случае, в том числе и из пояснений свидетелей, следует, что ТМЦ у истца отсутствуют, ООО «Авангард» возвращены не были.

ТМЦ передавались на период производства работ, оснований для того, чтобы они продолжали оставаться в пользовании истца и после прекращения договорных отношений, не имеется.

Ответчик обращался к истцу с требованиями о возврате ТМЦ, однако они не были возращены.

Квалификация стоимости ТМЦ как убытков ответчика в такой ситуации не противоречит ст. 15 ГК РФ, а правовых оснований удержания имущества ссудополучателем при наличии требования ссудодателя о возврате имущества и наступления обстоятельств, с которыми стороны связывали пользование имуществом, не имеется.

При прекращении договора безвозмездного пользования ссудополучатель обязан вернуть ссудодателю полученное по договору имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

Кроме того, как верно отметил суд первой инстанции, исполнитель (истец) по условиям п. 2.3.6 договора обязался обеспечить бережное отношение к имуществу заказчика. Факт предоставления такого имущества связан с исполнением заказчиком требований договора, который прекратил свое действие.

В отношении состава передаваемого имущества ответчик при уточнении требований по встречному иску исключил стоимость расходных материалов (потребляемые вещи – позиции 1, 10, 19, 20, 21, 39, 40, 41, 45, 46, 48, 49, 50, 60), на взыскании их стоимости не настаивал (т. 5 л.д. 33).

Однако общая сумма данных позиций составляет 67635 руб. 86 коп., а не 62850 руб. 86 коп. как указал ответчик.

Суд первой инстанции также исключил часть ТМЦ как потребляемые вещи, однако не указал на конкретные позиции акта, перечислив лишь виды вещей – спецодежда, стропы, шлифовальные круги, щетки, каски, кабели, фильтры, гофротрубки, краска, пакеты, перчатки, очки, рукавицы, ботинки, вилки, розетки, таль.

Потребляемые вещи в процессе использования утрачивают свои потребительские качества полностью или по частям либо преобразуются в другую потребляемую вещь. Для определения факта потребляемости вещи необходимо решить вопрос ее целевого предназначения, то есть может ли вещь утратить свои потребительские качества целиком или частично в процессе работ, переработки или технологического процесса или преобразоваться в иную вещь.

Однако в приведенном судом первой инстанции перечне имеются вещи, которые могут использоваться в течение длительного времени без утраты первоначальных потребительских свойств, в частности тали – грузоподъемные устройства, не являющиеся расходным материалом и не утрачивающие свои свойства в процессе эксплуатации.

В то же время очевидно, что стропы судом первой инстанции (поз. 13, 14, 36, 146-149), верно отнесены к потребляемым вещам.

Они должны были использоваться ответчиком в период производства работ, на их использование распространяются нормы бракировки, Правила по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещении грузов (Приказ Минтруда России от 17.09.2014 № 642н), РД 24-СЗК-01-01 «Стропы грузовые общего назначения на текстильной основе. Требования к устройству и безопасной эксплуатации».

Доказательств того, что с учетом нормативного срока эксплуатации строп они могли использоваться и после завершения работ на объекте, подлежали возврату и не являются при их технических характеристиках расходным материалом – не имеется. При том, что использование бывших в употреблении строп при наличии дефектов и за пределами нормативных сроков запрещено, равно как и их ремонт.

Равным образом расходные материалы к УШМ (шлифовальные круги и щетки), сварочным аппаратам (электроды) и дисковым пилам потребляются в процессе их эксплуатации, возврату по этой причине не подлежали.

Проверив перечень ТМЦ (т. 5 л.д. 108-110), суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что общая стоимость ТМЦ, подлежащая возмещению, превышает 1920000 руб., взысканных судом первой инстанции.

В отношении несогласия апеллянта со стоимостью ТМЦ суд апелляционной инстанции учитывает то, что ответчик представил доказательства приобретения имущества, переданного истцу.

Так, в частности, инструментальные ящики, о стоимости которых приводит возражения истец, приобретены ООО «Авангард» по договору купли-продажи Б/2/19 от 04.03.2019 у предпринимателя ФИО11 Итоговая стоимость 2 ящиков по спецификации к этому договору соответствует их стоимости в акте.

При этом, истец при передаче имущества в пользование возражений по его стоимости не заявлял, приводя соответствующие возражения при рассмотрении дела, ссылается на цены ТМЦ согласно данным продавцов товара в сети интернет.

Из перечня спецификации к договору купли-продажи Б/2/19 от 04.03.2019 подлежат исключению потребляемые вещи, например поз. 24 электроды LB952Uф2.6*350КОВЕLKO (40000 руб.), но даже в таком случае итоговая сумма убытков превышает 1920000 руб.

Вопреки мнению истца, для определения размера убытков суд не обязан назначать судебную экспертизу, определение такого размера возможно из совокупности доказательств. Результаты экспертизы являются лишь одним из доказательств по делу, не имеют для суда заранее установленной силы (ст. 71 АПК РФ).

Представленные в материалы настоящего дела доказательства позволяют определить размер убытков с разумной степенью достоверности, в связи с чем суд первой инстанции обоснованно отказал в проведении по делу судебной экспертизы.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции, принимая во внимание правило о запрете поворота к худшему, суть которого заключается в недопустимости ухудшения положения стороны, подавшей жалобу на судебный акт, в результате обжалования (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.03.2020 №309-ЭС19-21975), считает, что размер убытков в виде стоимости ТМЦ, определенный судом первой инстанции, не нарушает баланс интересов сторон спора.

В этой связи у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для изменения решения в данной части.

В отношении доводов жалобы относительно необоснованного взыскания с истца штрафа в сумме 80000 руб. суд апелляционной инстанции исходит из того, что на ООО «Приоритет ПРОФ» договором возложена обязанность обеспечить соблюдение направляемыми работниками требований охраны труда, технологических инструкций, правил эксплуатации оборудования, правил внутреннего трудового распорядка (п. 2.3.5 договора).

При этом направленные работники состоят в трудовых отношениях с исполнителем, в связи с чем подчиняются Правилам трудового распорядка исполнителя и всем его распоряжениям (п. 3.1 договора).

Никто из работников исполнителя ни в трудовых, ни в гражданско-правовых отношениях в связи с заключением договора с заказчиком не состоит (п. 3.2 договора).

Договором (приложение №3) предусмотрена уплата штрафов за нарушение требований в области промышленной безопасности, охраны труда, охраны окружающей среды работниками исполнителя.

Из акта-предписания от 05.05.2019 в адрес ООО «Авангард» следует, что монтажник ФИО12 выполнял работы по обтяжке заглушки, находясь на высоте более 1,3 метра, без применения систем безопасности (страховочной привязи). Таким образом, нарушение допущено работником истца. Работы в связи с нарушением были приостановлены, работник удален из опасной зоны.

Действительно, в акте-предписании указано на недостаточный контроль ИТР ООО «Авангард», однако непосредственной причиной нарушения явились действия работника истца.

То, что данный работник не прошел необходимых инструктажей, что он был допущен к работам без разъяснений соответствующих требований, не подтверждено.

Более того, рассмотрение замечания проведено с мастером ФИО13, который по представленным ООО «Приоритет ПРОФ» документам также значится в качестве работника истца.

Таким образом, причинно-следственная связь между действиями истца и наступившими убытками имеется, наличие иной прямой и непосредственной причинно-следственной связи между действиями (бездействием) других лиц, в том числе ответчика, и возникшими на стороне ООО «Авангард» убытками не установлено, истцом соответствующих доказательств не представлено (ст. 9, 65 АПК РФ).

Убытки в данной части действительно понесены ответчиком, представлены доказательства уплаты штрафа.

При таких обстоятельствах встречный иск в указанной части был удовлетворен правомерно, в связи с чем оснований для удовлетворения апелляционной жалобы в данной части не имеется.

Поскольку при рассмотрении дела судом первой инстанции ответчик уточнил (увеличил) размер заявленных требований, недоплаченная им в связи с этим государственная пошлина по встречному иску в размере 86 руб. подлежит взысканию в доход федерального бюджета.

При полном или частичном удовлетворении первоначального и встречного исков в резолютивной части решения указывается денежная сумма, подлежащая взысканию в результате зачета (ч. 5 ст. 170 АПК РФ).

В результате зачета первоначальных и встречных требований с ООО «Авангард» в пользу ООО «Приоритет ПРОФ» подлежит взысканию 49520 руб. 10 коп.

Поскольку по доводам апелляционной жалобы истца обжалуемое решение изменено, уплаченные им 3000 руб. государственной пошлины подлежат отнесению на ответчика и взысканию с него в пользу истца.

Руководствуясь ст. 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

Резолютивная часть

ПОСТАНОВИЛ:

Апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Приоритет ПРОФ», на решение Арбитражного суда Свердловской области от 16.06.2020 по делу №А60-38899/2019 удовлетворить частично.

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 16.06.2020 по делу №А60-38899/2019 изменить, изложив резолютивную часть в следующей редакции:

«1. Первоначальный иск удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Авангард» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Приоритет ПРОФ» 1878037 руб. 69 коп., в том числе: 1707306 руб. 99 коп. долга, 170730 руб. 70 коп. неустойки, начисленной за период с 20.06.2019 по 05.03.2020, а также 171482 руб. 41 коп. в возмещение расходов на оплату услуг представителя и 31519 руб. 45 коп. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины по первоначальному иску.

В остальной части в удовлетворении первоначальных исковых требований отказать.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Приоритет ПРОФ» из федерального бюджета 1248 руб. государственной пошлины, излишне уплаченной по платежному поручению №508 от 03.07.2019.

2. Встречные исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Приоритет ПРОФ» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Авангард» 2000000 руб. убытков, а также 28423 руб. 11 коп. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины по встречному иску.

В остальной части в удовлетворении встречных исковых требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Авангард» в доход федерального бюджета 86 руб. государственной пошлины по встречному иску.

3. В результате зачета первоначальных и встречных исковых требований, взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Авангард» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Приоритет ПРОФ» 49520 руб. 10 коп., а также 3046 руб. 94 коп. расходов по уплате государственной пошлины».

В остальной части в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Авангард» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Приоритет ПРОФ» 3000 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

О.В. Лесковец

Судьи

Н.П. Григорьева

И.О. Муталлиева