Апелляционное определение № 33-4993/2026 от 13 мая 2026 г.
Итог · из резолютивной части
Читать резолютивную часть целикомрешение Свердловского районного суда г. Перми от 06.03.2026 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения. Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в соответствии с главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в кассационном порядке в течение трех месяцев в Седьмой кассационный…
Реквизиты
Текст акта
УИД 59RS0007-01-2025-005341-28
Дело № 33-4993/2026
номер дела в суде первой инстанции 2-145/2026
Судья Колычева О.В.
Мотивированное
апелляционное определение составлено 13.05.2026
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Пермь 13.05.2026
Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе
председательствующего судьи Баранова Г.А.,
судей Лепихиной Н.В., Кияшко В.А.,
при ведении протокола секретарем судебного заседания Нефедьевой А.Ф.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о взыскании материального ущерба, причиненные в результате ДТП,
по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Свердловского районного суда г.Перми от 06.03.2026.
Заслушав доклад судьи Баранова Г.А., изучив материалы дела, судебная коллегия
установила:
ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о взыскании ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия (далее –ДТП).
В обоснование требований указал, что 25.03.2025 произошло ДТП по вине третьего лица - ФИО3, в результате чего транспортному средству истца AUDI Q7 г/н ** причинены многочисленные повреждения, тем самым истцу причинен ущерб.
Страховое возмещение, выплаченное АО «Зетта Страхование», составило 400 000 руб.
Выплаченной страховщиком суммы оказалось недостаточным для восстановительного ремонта транспортного средства.
По заключению ООО «НПО «Лаборатория технических экспертиз и оценки» стоимость восстановительного ремонта составляет 2 519 300 руб, стоимость экспертного заключения составила 12 000 руб. В момент ДТП автомобилем ответчика управлял ФИО3 - работник ИП ФИО2
Просил взыскать с ответчика ущерб в размере 2 131 300 руб., судебные расходы.
Протокольным определением суда от 12.01.2026 ФИО3 привлечен в качестве соответчика.
Решением Свердловского районного суда г. Перми от 06.03.2026 исковые требования ФИО1 удовлетворены частично, постановлено взыскать в пользу ФИО1 с ФИО2 материальный ущерб в сумме 1 111 100 руб., судебные расходы по оплате досудебной экспертизы 6 255, 60 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 24 142 руб. В остальной части заявленных требований отказано, также отказано в удовлетворении исковых требований к ФИО3
ФИО2 обратился с апелляционной жалобой на указанное решение суда, в которой просит решение суда отменить, принять по делу новое решение о взыскании ущерба с ФИО3 В обоснование указывает, что ответчик ФИО3 как виновник ДТП, должен нести ответственность по возмещению ущерба. Считает, что суд нарушил нормы процессуального права, не оценил доказательства, представленные представителем истца. Полагает, что ФИО3 в момент ДТП не осуществлял трудовые функции, взял автомобиль для использования в личных целях.
Возражений относительно доводов апелляционной жалобы не поступило.
Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены надлежащим образом, в том числе путем размещения соответствующей информации на сайте Пермского краевого суда www.oblsud.perm.sudrf.ru, в заседание суда апелляционной инстанции не явились.
С учетом изложенного, руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила рассмотреть дело при данной явке.
Проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в соответствии с положениями части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела и исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему выводу.
Судом первой инстанции установлено, что 25.03.2025 в 17-00 час. по адресу **** произошло ДТП с участием транспортных средств ДЭУ НЕКСИА государственный номер ** под управлением ФИО3, AUDI Q7 ** под управлением ФИО1, ГАЗ 3302, государственный номер ** под управлением Ч.
Из материалов по факту ДТП КУСП 15236 следует, что ФИО3 при перестроении допустил столкновение с транспортным средством AUDI Q7 ** под управлением ФИО1, ГАЗ 3302, государственный номер ** под управлением Ч.
Постановлением по делу об административном правонарушении № 18810059240008966606 от 25.03.2025 г. ФИО3 признан виновным в совершении правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в связи с нарушением пункта 8.4 Правил дорожного движения.
Из материалов дела следует, что собственником транспортного средства AUDI Q7 государственный регистрационный номер ** является ФИО1 ( л.д.93)
ИП ФИО2 принадлежат на праве собственности следующие транспортные средства: Mercedes Benz GLK 220 CDI, грз **, ДЭУ Нексиа, грз **, Опель корса, грз **, ФИО4 111730, грз **, ДЭУ Нексия грз **, RENAULT SYMOL гр.з **, что подтверждается ответом на запрос суда ГИБДД по Пермскому краю (т. 2 л.д. 2-3)
В результате ДТП транспортное средство истца получило механические повреждения.
Обязательная гражданская ответственность в отношении автомобиля AUDI Q7 ** была застрахована в установленном порядке на момент ДТП.
Истец обратился в свою страховую компанию «Зетта страхование» с заявлением о прямом возмещении убытков.
Согласно акта о страховом случае, размер страхового возмещения составил 400 000 руб., заключено соглашение об урегулировании страхового случая от 10.04.2025, указанная сумма выплачена истцу по платежному поручению № 63769 от 11.04.2025 г. в размере 400 000 руб. (л.д.93-106 т. 1)
Для определения суммы ущерба истец обратился в ООО «НПО «Лаборатория технических экспертиз», согласно экспертного заключения № 16/25 от 12.05.2025, расчетная среднерыночная стоимость восстановительного ремонта составляет 2 519 300 руб. За оказанные услуги по оценке истцом произведена оплата в размере 12 000 руб., что подтверждается квитанцией, договором № б/н от 12.05.2025 (л.д.19-48 т. 1)
В целях определения действительной стоимости восстановления автомобиля AUDI Q7 государственный регистрационный номер ** судом на основании ходатайства представителя ответчика ФИО2 назначена судебная экспертиза, производство которой поручено эксперту ИП К1. (л.д. 92-93)
Согласно экспертному заключению ИП К1. ** рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля AUDI Q7 государственный регистрационный номер ** на дату исследования составляет 1511 100, 00 руб. без учета износа, с учетом износа 1106700, 00 руб. (л.д.102-128 т. 2)
На согласившись с заключение экспертизы, представителем истца представлена рецензия на заключение эксперта ООО НПО «Лаборатория технических экспертиз и оценки» № 033/23, согласно которой выводы эксперты были сделаны на основании актов осмотра транспортного средства истца, эксперт применил ремонтное воздействие на капот, ремонт с отступлением от рекомендаций завода производителя влечёт снижение срока службы. (л.д. 238-245)
Допрошенный в судебном заседании эксперт К1., составивший экспертное заключение, пояснил, что в отношении автомобиля истца технологии ремонта алюминиевых деталей разные в России, данные детали ремонтируются, капот машины не является несущей конструкцией, оригинальные документы по ремонту от АУДИ не видел, но технологии ремонта данных повреждений имеются. Проведенное исследование капота и кронштейна крепления бампера переднего показали, что отсутствуют трещины, разрывы метала, на кронштейне имеется деформация, данные детали подлежат ремонту. Имеются технологии ремонта, размещенные в открытом доступе. Технология ремонта алюминиевых деталей развита в стране и позволяет отремонтировать детали.
Допрошенный в судебном заседании по ходатайству истца специалист А. суду пояснил, что лично транспортное средство не осматривал, все согласно актов об осмотре. Капот транспортного средства истца подлежит замене, а не ремонту, так как пострадало ребро жёсткости.
Заявленное истцом ходатайство о назначении повторной экспертизы оставлено судом без удовлетворения.
Как следует из выписки Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, ФИО2 является индивидуальным предпринимателем (л.д. 10-13 т. 1)
Из представленного ответчиком ФИО2 копии трудового договора № 13 от 01.09.2024 заключённого между ФИО2 и ФИО5, последний принят на работу слесарем, работа по трудовому договору является основной. Пунктом 4 установлено рабочее время с 8.30 до 15.00 ч. Также представлена должностная инструкция.
Согласно сведениям ОСФР по Пермскому краю, ФИО5 осуществлял трудовую деятельность в ИП «Моров С.П» в период с сентября 2024 по июль 2025г. Период работы с 2024 по 2025 годы, отражены в индивидуальном лицевом счете СФР, свидетельствует о том, что истец работала у ИП ФИО2 (л.д.204 т. 2).
Руководствуясь статьями 15, 1068, 1072, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 15, 56, 67 Трудового кодекса Российской Федерации, пунктами 1.2, 1.3, 8.4 Правил дорожного движения Российской Федерации, пунктом 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 № 31, суд первой инстанции пришел к выводам о том, что
-
за основу решения при определении размера, причиненного истцу, следует принять экспертное заключение ИП К1. № 5-11-2025;
-
лицом, виновным в ДТП, является ФИО5;
-
владельцем транспортного средства ДЭУ НЕКСИА государственный номер ** является ФИО2;
-
оснований считать, что ФИО3 неправомерно завладел транспортным средством, принадлежащем ФИО2, не имеется, равно как и не имеется сведений об использовании автомобиля ФИО3 в личных целях, следовательно, обязанность по возмещению ущерба необходимо возложить на ответчика ФИО2,
в связи с чем взыскал с ответчика ФИО2 в пользу истца ущерб, причиненный в результате ДТП.
На основании статей 88, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика ФИО2 взысканы понесенные истцом расходы по оплате досудебной экспертизы, а также по оплате государственной пошлины.
Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, полагая их мотивированными, основанными на правильно установленных обстоятельствах дела, верном толковании норм процессуального права.
Доводы апелляционной жалобы о необходимости возмещения ущерба, причиненного ДТП, ФИО3, подлежат отклонению.
В соответствии с пунктом 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник имущества вправе, оставаясь собственником, передавать другим лицам права владения имуществом.
Согласно разъяснениям пунктов 19 и 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).
В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Исходя из приведенных выше положений статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1, законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда, в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления либо в силу иного законного основания.
Допуск к управлению транспортным средством иного лица сам по себе не свидетельствует о том, что такое лицо становится законным владельцем источника повышенной опасности.
Вопрос о том, кто является законным владельцем источника повышенной опасности в момент причинения вреда, должен разрешаться судом на основании представленных суду доказательств, виды которых перечислены в статье 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Как следует из материалов дела, ответчик ФИО2 является работодателем ФИО3, который осуществлял трудовые функции в п.Сылве, после чего, возвращаясь в г.Пермь, ФИО3 совершил ДТП. Факт наличия трудовых отношений между ФИО2 и ФИО3 на момент ДТП не оспаривался в ходе рассмотрения дела.
При этом, в соответствии с пунктами 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.
Как следует из разъяснений, изложенных в пункте первом Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.
Требование о добросовестности как в материальных, так и в процессуальных правоотношениях не допускает противоречивого поведения стороны, произвольного отказа от заявлений, утверждений и иного проявления воли, выраженного в поведении, на которые другая сторона, третьи лица, а также суд вправе были полагаться (общеправовой принцип «эстоппель»).
Из пояснений ФИО3 в совокупности с представленными им документами – скриншотами переписок в рабочей группе ИП ФИО2, Правил использования служебного автомобиля, требований к кандидатам на должность слесаря, сантехника по обслуживанию тепловых пунктов, копии трудового договора, регламента компенсации ГСМ (т.2, л.д.196-239) следует, что ФИО3 был трудоустроен у ИП ФИО2 с установлением ему режима рабочего времени с 09.00 час. до 17.00 час.
Из заключения специалиста № 08-52/40 от 29.08.2025 следует, что в трудовом договоре № 13 от 01.09.2024 подписи выполнены одним лицом, но не ФИО3, а каким-то другим лицом с подражанием его подписи (л.д.156-179 т. 1), указанное заключение ответчиком в ходе рассмотрения дела не оспорено, оригинал трудового договора не представлен.
Из вышеуказанных представленных ФИО3 документов также следует, что автомобили сотрудники ИП ФИО2 используют в течение рабочего времени, после чего оставляют в месте проживания вечером, сообщая работодателю сведения о пробеге авто за день и фотографируя его состояние, на следующий день с утра также делают аналогичные фотографии, далее вновь используют транспортное средство в течение рабочего времени.
В ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции каких-либо доказательств, опровергающих указанные доводы и документы, не представлено, в том числе, обратного не следует из акта служебного расследования от 27.03.2025, объяснений К2., П., З., постановления о ДТП, имеющихся в материалах дела, и продублированных ответчиком в качестве приложений к апелляционной жалобе в оригиналах.
В силу этого, ссылки ответчика на установление ФИО3 режима рабочего времени с 8.30 час. до 15.00 час., равно как и на неправомерное использование ФИО3 транспортного средства Дэу Нексия, государственный регистрационный знак ** за пределами рабочего времени, подлежат отклонению ввиду того, что указанное поведение стороны является недобросовестным (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Следовательно, именно на ФИО2, то есть как на работодателя и владельца источника повышенной опасности в силу закона возлагается обязанность по возмещению причиненного истцу ущерба, причиненного его работником при исполнении трудовых обязанностей, а потому доводы апелляционной жалобы в данной части своего подтверждения не нашли.
Таким образом, доводы апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции не дал оценки представленным доказательствам, сводятся к несогласию с выводами суда.
Изучение материалов дела показывает, что судом все юридически значимые обстоятельства установлены верно и в полном объеме, представленным сторонами доказательствам дана верная правовая оценка, а выводы суда основаны на приведенном выше правовом регулировании спорных правоотношений, и установленных судом обстоятельствах.
Других доводов, свидетельствующих о неправильности вынесенного судом первой инстанции решения, в апелляционной жалобе не содержится, соответствующих доказательств к жалобе не приложено, а суд апелляционной инстанции в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе.
Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены решения суда первой инстанции, судом не допущено.
Руководствуясь статьями 199, 328 – 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда
Резолютивная часть
определила:
решение Свердловского районного суда г. Перми от 06.03.2026 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.
Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в соответствии с главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в кассационном порядке в течение трех месяцев в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции (город Челябинск) через суд первой инстанции.
Председательствующий
Судьи