Постановление Верховный Суд РФ

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 49-УДП26-27-Кб

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНЫ Е

г. Москва 14 октября 2 Сi2 6 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской

Федерации в составе:

председательствующего Червоткина А.С.,

судей Кочиной И.Г., Ермолаевой Т.А.,

с участием:

прокурора Телешевой-Курицкой Н.А.,

реабилитированного З.

адвоката Смагина О.В.,

при секретаре Горюновой А.Е.,

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1 по кассационному представлению

заместителя Генерального прокурора Российской Федерации

Пономарева Ю.А. на кассационное
постановление Шестого кассационного

суда общей юрисдикции от 27 февраля 2026 года.

Заслушав доклад судьи Кочиной И.Г., выступление прокурора

Телешевой-Курицкой Н.А., поддержавшей кассационное представление,

ФИО1, уголовное преследование в отношении которого

прекращено, и адвоката Смагина О.В., возражавших против удовлетворения

представления, судебная коллегия

установила:

в соответствии с приговором мирового судьи судебного участка <...>по Октябрьскому району г. Уфы Республики Башкортостан от 26 декабря 2024 года ФИО1, родившийся <...>, несудимый,

осужден по ч.1 ст.230.2 УК РФ к штрафу 800 000 рублей с лишением права заниматься профессиональной деятельностью по обучению в области физической культуры и спорта на один год.

Апелляционным постановлением Октябрьского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 3 сентября 2025 года приговор изменен:

на основании п.«а» ч.1 ст.78 УК РФ и п.З ч.1 ст.24 УП К РФ ФИО1 освобожден от назначенного наказания в с$язи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности

В остальной части приговор оставлен без изменения.

ФИО1 как специалист в области физической культуры и спорта был осужден за использование в отношении спортсменов запрещенных в спорте субстанций.

Кассационным постановлением Шестого кассационного суда общей юрисдикции (далее КСОЮ) от 27 февраля 2026 года приговор и апелляционное постановление в отношении ФИО1 отменены, уголовное дело прекращено на основании п.1 ч.1 ст.27 УПК РФ за непричастностью его к совершению преступления. На основании п.4 ч.2 ст. 133 УПК РФ за ФИО1 признано право на реабилитацию.

В кассационном представлении заместитель Генерального прокурора РФ Пономарев Ю.А. выражает несогласие с апелляционным и кассационным постановлениями.

В обоснование представления указывает, что, исследовав доказательства, представленные сторонами, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о наличии в действиях ФИО1 криминообразующих признаков преступления, предусмотренного ч.1 ст. 230.2 УК РФ, в то время как кассационный суд общей юрисдикции, дав собственную оценку тем же собранным по делу доказательствам, установил, что объективных данных о приобретении и использовании им мельдония не имеется.

Вместе с тем по смыслу ст.401.1 УПК РФ и ч.1 ст.401.15 УПК РФ переоценка кассационной инстанцией собранных по делу доказательств

относительно фактических обстоятельств дела недопустима, а установление

федеральным законодателем процедурных правил, в том числе ограничивающих предмет судебного разбирательства в кассационном порядке лишь проверкой законности оспариваемых судебных решений, направлено на исключение возможности превращения кассационной процедуры в ординарную судебную инстанцию и злоупотребления участниками судопроизводства процессуальными правами (Определение Конституционного Суда РФ от 27.06.2023 № 1721-0).

Автор представления указывает, что суды первой и апелляционной инстанций на основании исследованных доказательств достоверно установили факт введения в организм спортсменов запрещенных препаратов, о чем показали 10 хоккеистов, в том числе 7 потерпевших, и приводит их показания в обоснование данного довода.

Так, У. показал, что несколько раз в тренировочные и игровые дни принимал неизвестные биологически активные добавки (далее БАДы), жидкости, таблетки, которые готовил к употреблению и выдавал ФИО1. Самостоятельно препараты, в том числе мельдоний, он не принимал.

Из показаний Ш. следует, что ФИО1 принуждал его к употреблению большого количества БАДов в твердом, жидком виде и путем инъекций, состав которых не сообщал, а в игровые дни увеличивал : порции вдвое, сам он препараты не принимал.

Г<...>сообщил, что ФИО1 давал различные таблетки, напитки и делал уколы, в обычный тренировочный день по 8-10 таблеток и 1-2 инъекции. На вопросы о составе препаратов ФИО1 «отшучивался», иногда сообщал, что это витамины для быстрого восстановления.

Потерпевший П. пояснил, что ФИО1 вьдавал витамины на всю команду, раскладывал в одноразовые стаканчики 3-4 вида та э леток, которые необходимо было запить водой или сладким напитком - изотоником, также внутримышечно вводил препараты, об их составе не сообщал.

Ш<...> показал, что полностью доверял ФИО1, выполнял все его рекомендации, в том числе употреблял выданные им БАДы, получал от него инъекции препаратов. Также он видел, как персонал команды получал от ФИО1 витамины и употреблял разведенные им напитки, в связи с чем не поверил в версию о том, что мельдоний попал в организм членов команды в результате действий третьих лиц.

Потерпевшие К. и Р., дали аналогичные показания о тЬм, что ФИО1 до взятия первых допинг-проб ежедневно в больших количествах давал спортсменам препараты в таблетках, капсулах и растворах, название и содержание которых намеренно скрывал, а также делал им уколы, которые врач команды не назначал, и принуждал их к этому, угрожая негативными последствиями, в частности в виде недопущения до

игр.

Указанные обстоятельства, по мнению автора, имеют существенное значение для оценки субъективной стороны инкриминированного ФИО1 деяния, поскольку свидетельствуют не только о его фактическом контроле над поступлением в организм спортсменов различных препаратов и веществ, но и о намеренном сокрытии сведений об их составе.

Отмечает, что врач молодежного хоккейного клуба (далее МХК) <...> Т. и массажист команды И. подтвердили, что после начала работы ФИО1 в качестве менеджера по физической подготовке в тренировочном процессе спортсменов существенно увеличился объем применяемых БАДов, спортивного питания, внутримышечных инъекций и иных восстановительных процедур, при этом ФИО1 самостоятельно выдавал спортсменам большое количество таблеток, капсул, порошков и напитков, не сообщая их наименования и состав, а также осуществлял инъекции вне контроля врача команды. Попытки спортсменов выяснить состав принимаемых препаратов пресекались, а отказ от их приема влек негативную реакцию со стороны ФИО1 и угрозы ограничением участия в тренировочном и игровом процессах.

Работники РАА <...>И<...> Ю., а также привлечённые ассоциацией специалисты Ш. и Ш. сообщали, что в ходе проверок взяты пробы у спортсменов МХК<...> у 7 выявлен мельдоний в концентрации, превышающей максимально допустимую, что повлекло их дисквалификацию.

При этом хоккеисты Ш., К.А. К. отмечали, что после результатов первых допинг-проб ФИО1 резко изменил выдачу препаратов и значительно сократил их количество.

Свидетели М. и С. (поставщик клубу бутилированной воды), К. и П. (реализовавшие клубу БАДы и спортивные препараты), а также Я. и Д. (организовавшие питание спортсменов в кафе клуба) отрицали намеренное использование ими мельдония.

О контроле за потреблением хоккеистами любых препаратов в пределах своей компетенции заявлял врач команды Т. который в силу положения ФИО1 не мог воспрепятствовать ему вводить в организм спортсменов неизвестные вещества, о чем он в служебной записке сообщал руководству АНО ХК <...>

В представлении указывается, что РАА <...> и следствие были лишены возможности исследовать спортивное питание и БАДы, поскольку они были изъяты у ФИО1 в рамках «служебной проверки», проводившейся в АНО ХК <...>.

Согласно акту служебного расследования от 08.11.2023 г. остатки БАДов, изъятые 14.04.2023 г. у ФИО1, направлялись на исследование

в ООО <...> по результатам которого в одной из капсул

витаминно-минерального комплекса <...> обнаружено содержание запрещенной субстанции - мельдония.

В ходе этого же служебного расследования установлено, что ФИО1 являлся материально ответственным лицом за приобретение спортивного питания и БАДов для нужд команды.

Как следует из материалов дела: авансовых отчетов и финансовых документов АНО<...>, именно ФИО1 осуществлял 1 ноября и 1 декабря 2022 года, 2 января и 3 февраля 2023 года закупки БАДов, в том числе комплекса <...>, а в последующем как подотчетное лицо 2 ноября и 2 декабря 2022 года, 9 января и 6 февраля 2023 года возмещал затраты за счет средств организации.

Указание в вышеупомянутом акте на то, что в последующих исследованиях мельдоний не обнаружен в иных образцах данного комплекса не исключает первоначально установленное наличие запрещенной субстанции в одной из исследованных капсул и объективно подтверждает возможность ее поступления в организм спортсменов через препараты, находившиеся в ведении ФИО1.

Согласно показаниям специалиста Б. легкорастворимый в воде мельдоний в зависимости от дозировки может приобретаться в любой аптечной сети без рецепта врача.

Таким образом, по мнению автора кассационного представления, собранные по делу и проанализированные судом первой инстанции доказательства подтверждают, что Загретдинов использовал в отношении спортсменов субстанции, запрещённые для использования в спорте, и опровергают его версию о непричастности к содеянному.

Суд апелляционной инстанции, согласившись с выводами о виновности ФИО1, сократил период инкриминированного деяния, указан на его окончание 23 февраля 2023 года вопреки наличию в деле объективных сведений о том, что датой окончания являлся факт обнаружения 25 марта 2023 года работниками <...> в биологических пробах У.Г. и Ш.запрещенных к применению веществ.

В свою очередь Шестой КСОЮ посчитал ошибочными вывода судов первой и апелляционной инстанций о виновности ФИО1, сделанные на основании совокупности всех собранных по делу доказательств, однако при этом, как усматривается из протокола судебного заседания от 27 февраля 2026 года, без непосредственного исследования каких-либо материалов уголовного дела пришел к выводу о непричастности ФИО1 к содеянному.

Прекращая дело в связи с непричастностью ФИО1, но признав наличие события преступления, судья Шестого КСОЮ указал в постановлении, что оснований для возвращения дела прокурору для установления лица, подлежащего привлечению к ответственности не

имеется, поскольку со времени совершения данного преступления,

относящегося к категории небольшой тяжести прошло два года и предусмотренные п.«а» ч.1 ст.78 УК РФ сроки давности истекли.

Вместе с тем, положения ч.З ст.306 УПК РФ, не предусматривая изъятий относительно истечения сроков давности уголовного преследования, обязывают суд в случае вынесения оправдательного приговора, постановления или определения о прекращении уголовного преследования по основанию, предусмотренному п.1 ч.1 ст.27 УПК РФ (непричастность подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления), а также в иных случаях, когда лицо, подлежащее привлечению в качестве обвиняемого, не установлено, направить руководителю следственного органа или начальнику органа дознания уголовное дело для производства предварительного расследования и установления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

Таким образом, по мнению автора представления, решениз суда кассационной инстанции является незаконным не только по сути в связи с необоснованной реабилитацией ФИО1, но и по форме, поскольку исключает возможность проведения по уголовному делу дополнительного расследования в целях установления других лиц, причастных к использованию в отношении спортсменов запрещенных веществ.

Положения ст. 401.6 УПК РФ позволяют пересмотреть в кассационном порядке вступившие в законную силу судебные решения, если в ходе судебного разбирательства допущены повлиявшие на исход дела нарушения закона, исказившие саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия.

Именно такие допущенные судами апелляционной и кассационной инстанций нарушения, в результате которых не достигнуты цели уголовного судопроизводства и нарушены права молодых спортсменов, являются фундаментальными и не могут быть устранены без отмены решений судов апелляционной и кассационной инстанций.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 401.1 - 401.4, 401.6, 401.10 - 401.15 УПК РФ, автор представления просит апелляционное постановление Октябрьского районного суда г.Уфы Республики Башкортостан от 3 сентября 2025 года и кассационное постановление Шестого КСОЮ от 27 февраля 2026 года по делу ФИО1 отменить, уголовное дело передать на новое апелляционное рассмотрение.

Заслушав участников процесса, изучив доводы кассационного представления и возражения на него, проверив уголовное дело, судебная коллегия приходит к следующему.

Шестой КСОЮ, проверив уголовное дело, счел, что выводы суда о достаточности доказательств виновности ФИО1 в совершении

преступления, не основаны на материалах уголовного дел)а, что

приведенными в приговоре доказательствами его причастность к совершению преступления не подтверждается.

С такой оценкой обвинительного приговора соглашается судебная коллегия, поскольку содержащиеся в нем выводы сделаны по результатам оценки доказательств, правила которой нарушены.

Согласно ст. 88 УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

Данные требования закона не соблюдены по настоящему уголовному делу.

Так, судом 1 инстанции установлено, что ФИО1, яЬляясь менеджером по физической подготовке хоккеистов ХК <...> системно использовал в отношении них мельдоний, запрещенный с 1 января 2016 года Всемирным антидопинговым агентством для использования спортсменами, включенный в перечень субстанций, запрещенных для использования в спорте Постановлением Правительства РФ от 28 марта 2017 года № 339 «Об утверждении перечня субстанций и (или) методов, запрещенных для использования в спорте, для целей статей 230.1 и 2312 УК РФ».

Так, находясь в здании дворца спорта, ФИО1, не ставя хоккеистов в известность, давал принимать им мельдоний вместе с БАДами и вводил его путем внутримышечных инъекций: в период с 1 октября 2022 года по 23 февраля 2023 года хоккеистам К. и Ш.; в период с 1 октября 2022 года по 23 марта 2023 года П. и Р. с 1 октября 2022 года по 26 марта 2023 года - Ус<...> Г. и Ш.

Во время матчей при отборе проб у указанных спортсменов была выявлена запрещенная субстанция мельдоний.

Как следует из материалов дела ФИО1 последовательно и категорично отрицал факт использования в отношении спортсменов запрещенного мельдония.

Осуждая ФИО1, суд указал, что его вина в совершении преступления подтверждается совокупностью исследованных доказательств.

В обоснование данного вывода суд положил в основу обвинительного приговора следующие показания:

• потерпевших - хоккеистов команды <...> Ш.У. Ш.Г., Р.К.

П<...> о том, что тренер ФИО1 выдавал им спортивное питание,

сообщал, упаковок или ампул с названием препаратов они не видели, иногда пили лекарства, выдаваемые врачом Т. сами мельдоний не употребляли;

• свидетелей - игроков команды К., А. и К., сотрудников команды И.Х. Ц. сотрудника клуба А. которые пояснили, что БАДы и витамины им выдавал ФИО1, который также наряду с Т. ставил уколы;

• свидетеля Т. - врача команды <...> о том, что БАДы и спортивное питание хоккеистам выдавал ФИО1, при этом не всегда препараты были подписаны, не все из них закупались централизованно клубом <...> а также о том, что ФИО1 ставил спортсменам инъекции;

• свидетеля Д. - сотрудника кафе о том, что, находясь в кафе, ФИО1 контролировал прием выдаваемых препаратов, а также со слов Т. - о том, что, что он делал спортсменам уколы и ставил капельницы;

• свидетелей И.Б. Б. - сотрудников клуба <...> о том, что у них в организме был выявлен мельдоний, полагают, что в результате употребления добавок и напитков, приготовленных для хоккеистов;

• свидетеля А.К., которым известно, что у нескольких игроков команды<...> в организме обнаружен мельдоний;

• свидетеля Я. - администратора кафе, обслуживающей команды <...> и <...> которая показала, что на обе команды готовится одинаковая пища, что доступа к раздевалке хоккеистов она не имеет;

• свидетелей П.С., П. - игроков команды <...> спортивного клуба «ХК <...>о том, что им добавки и витамины выдает доктор Х., в их организме мельдоний не обнаружен;

• свидетелей М. и С. о том, что в «ХК <...> вода поставляется в закрытых емкостях;

• свидетелей С.П. Щ.М. Ч.К. Т., Б., Р. - игроков команды <...> о том, что никто из их команды не имел доступа к раздевалке команды <...> и не мог довабить им в питание или воду мельдоний;

• свидетеля К. - поставщика БАДов и спортивного питания в клуб <...> исключившего содержание мельдония в поставляемой им продукции, так как все препараты были сертифицированы и герметично упакованы;

• свидетеля П., представляющей ИП А. о том, что принадлежащий ему магазин занимается реализацией БАДов и спортивного питания;

• свидетелей Ю. и И.Ш. и Ш.

сотрудников РАА <...> о том, что у ряда хоккеистов к}оманды

<...> в организме был выявлен мельдоний в пределах, превышающих допустимые;

• специалиста Б. о том, что мельдоний растворим в воде.

• свидетеля К. - директора клуба <...>, согласно которым от главного тренера хоккейной команды <...>П<...> А врача Т. ему известно, что ФИО1 выдавал хоккеистам большое количество БАДов, что «ХК <...> централизованно закупал БАДы и спортивное питание в ИП К. в том числе для хоккейных команд <...> и <...> Заявки на БАДы для команды <...> формировал ФИО1. Кроме того, с разрешения генерального директора бухгалтерия ежемесячно перечисляла ему на карту 50 000 рублей для закупки БАДов у ИП А. После обнаружения мельдония в пробах спортсменов, которые брали сотрудники РАА <...> провели служебную проверку, которую возглавил Ч.

Таким образом, никто из перечисленных потерпевших и свидетелей не являлся очевидцем того, что ФИО1 давал принимать хоккеистам мельдоний вместе с БАДами или вводил его путем внутримышечных инъекций. Никто из них не показал о таких обстоятельствах со ссылкой на другой источник.

Потерпевшие У. и Г. высказали свои подозрения, что мельдоний в их организм мог попасть через БАДы, которые выдавал Загретдинов или через поставленные им уколы.

Между тем, показания У.и Г. в части предположений не могли быть положены в основу обвинения и использоваться для доказывания поскольку в силу требований ч.2 ст.75 УПК РФ не соответствовали требованиям допустимости.

Иные, приведенные в приговоре доказательства также не указывают на ФИО1 как на лицо, причастное к совершению преступления.

Так, судом исследован акт от 8 ноября 2023 года, составленный по итогам служебного расследования, проведенного комиссией под председательством Ч., согласно которому из числа сотрудников АНО ХК <...> не выявлено лиц, которые бы могли быть причастны к наличию мельдония в организме хоккеистов <...>

Комиссия пришла к выводу о намеренном введении лицами, находящимися вне стен ХК <...>мельдония в питьевую воду или пищевые продукты с целью навредить спортсменам и репутации клуба.

При этом комиссия начала свое расследование 16 марта 2023 года, сразу после обнаружения мельдония в допинг-пробах хоккеиста К.

В ходе расследования 31 марта 2023 года ею осмотрены все

помещения клуба на предмет нахождения в них мельдония. В результате - в

помещениях, среди лекарственных препаратов, медицинских изделий спортивного питания и БАДов, веществ, запрещенных в спорте, в том числе мельдония не обнаружено.

3 апреля 2023 года опрошены хоккеисты, в организме которых обнаружена запрещенная субстанция, и сотрудники команды В.З. и Т. в том числе с привлечением специалиста полиграфолога, их причастности к попаданию мельдония в организм хоккеистов не установлено.

14 апреля 2023 года у Загретдинова изъяты остатки спортивного питания и БАДов, находившихся в подотчете, которые переданы в лабораторию ООО <...>для исследования, где в одной из капсул БАДа обнаружено содержание мельдония.

Для подтверждения результата препарат, в капсуле которого был обнаружен мельдоний, направили для исследования в специализированную лабораторию ФГБОУВО <...> где исследования провел старший научный сотрудник, доктор химических наук и мельдония не обнаружил.

Кроме того, комиссией изучен перечень лекарственных препаратов и БАДов, закупаемых и используемых в ХК <...> (у ИП К. и ИП А , среди которых препараты, содержащие мельдоний не выявлены. Изучены выписки по банковским картам ФИО1 и врача Т. на предмет самостоятельного приобретения ими препаратов, содержащих мельдоний, таких случаев не установлено (т.2 л.д 39-40).

Судом исследованы результаты лабораторного теста анализов, изъятых у ФИО1 препаратов, проведенных как ООО <...> так и ФГБОУВО <...>

В основу обвинительного приговора указанные исследования судом 1 инстанции не положены, однако дана оценка заключению специалиста ФГБОУВО <...> как не исключающему виновности ФИО1 в совершении преступление.

Суд апелляционной инстанции с недоверием отнесся к обоим исследованиям, указав, что объекты для исследования предоставлялись заинтересованным лицом - АНО ХК <...>

При этом суд апелляционной инстанции не указал, почему он показания сотрудников клуба об обстоятельствах выявления мельдония У хоккеистов признал достоверными, а в случае оценки проведенного ими служебного расследования, счел их заинтересованными в результатах.

Поскольку судом не приведены мотивы различного подхода к оценке доказательств, представленных сотрудниками ХК вывод о

их заинтересованности является необоснованным.

В кассационном представлении, указывается на заключение ООО <...> как уличающее ФИО1 в использовании мельдония для хоккеистов и дается оценка заключению специалиста ФГБОУВО <...> как не исключающему выводы первоначального исследования.

Между тем, с данными доводами кассационного предстевления согласиться нельзя.

Из показаний представителей РАА <...> - свидетелей Ю. и И. со ссылкой на соответствующие ответы, следует, что они запрашивали в департаменте здраоохранения г. Москвы информацию о правомочности вышеуказанных юридических лиц на проведение подобных исследование, из чего следует, что ООО <...>имеет лицензию на исследование, предметом которых является лишь биологический материал человека, в то время как испытание медицинских препаратов, в том часле по составу препаратов, возможно только в лабораториях, имеющих в части аккредитации специальное разрешение на возможность проведения экспертизы лекарственных средств, которое выдается Федеральной службой по аккредитации. Получив такой ответ, они обратились в Федеральную службу по аккредитации, которая сообщила, что в реестре аккредитованных лиц отсутствуют сведения в отношении <...> и отсутствует информация, позволяющая дать подобный ответ относительно <...>

Таким образом, учитывая, что в рамках настоящего уголовного дела исследовался не биологический материала человека, а БАДы и спортивное питание, ссылка в кассационном представлении на заключение лаборатории <...> не имеющей разрешения на подобное исследование, не может оцениваться в качестве доказательства причастности ФИО1 к совершению преступления.

В период расследования уголовного дела не предпринималось попыток устранить противоречия между заключениями специалистов, результаты исследования которых заложены в акт служебного расследования ХК <...>, в то время как в суде апелляционной инстанции сторона защиты со ссылкой на письмо руководителя ХК <...> утверждала, что такая возможность имелась, поскольку изъятые у ФИО1 БАДы и спортивное питание не были уничтожены и хранятся в помещении раздевалки хоккейной команды <...>

Доводы кассационного представления об имевшейся у ФИО1 возможности самостоятельного приобретения препаратов мерьдония опровергаются актом служебного расследования, в ходе которого были проверены все препараты, закупленные централизовано для ХК

<...>и дополнительно ФИО1 для команды по товарным чекам, которые были сданы им в бухгалтерию в качестве

стчета за

полученный аванс. Мельдония в них не установлено. Проверена банковская карта ФИО1 с целью установления возможных покупок, за которые он не отчитывался. Таких случаев не выявлено.

Таким образом и иными, приведенными в приговоре доказательствами, причастность ФИО1 к совершению преступления не подтверждается.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что у отсутствует достаточная совокупность доказательств, подтверждающих виновность ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления, поскольку из исследованных судом доказательств следует, что у ФИО1 по месту работы и жительства запрещенные в спорте субстанции не изъяты, экспертиза имевшихся в его служебном кабинете БАДов, спортивного питания при производстве предварительного расследования не производилась, по результатам служебной проверки в изъятых у ФИО1 препаратах мельдоний не обнаружен, а из показаний допрошенных лиц, относящихся к разряду допустимых, следует, что никто из них не являлся ни прямым, ни косвенным свидетелем использования ФИО1 мельдония для спортсменов хоккейной команды <...>

В соответствии с ч.1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Допущенные судом нарушения положений уголовно-процессу;шьного закона об оценке доказательств повлекли за собой несоответствие выводов суда о причастности ФИО1 к совершению преступления установленным фактическим обстоятельствам дела, что привело к его незаконному осуждению, то есть, повлияло на исход дела.

Следуя презумпции невиновности, согласно которой обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, судебная коллегия соглашается с правильностью кассационного решения об отмене состоявшихся в отношении ФИО1 обвинительного приговора и апелляционного постановления, не устранившего допущенные нарушения, и прекращении его уголовного преследования на основании п.1 ч.1 ст.27 УПК РФ за непричастностью к совершению преступления, признании за

ФИО1 права на реабилитацию.

Нарушения порядка рассмотрения уголовного дела Шестым КС)ОЮ не допущено.

В соответствии с положениями ст.4ОПЗ УПК РФ в суде кассационной инстанции не предусмотрено исследование доказательств, в связи с чем судья правомерно проверил уголовное дело по тем доказательствам, которые были исследованы судами первой и апелляционной инстанций.

Вопреки доводам кассационного представления по итогам рассмотрения дела судья Шестого КСОЮ новых фактических обстоятельств не установил. Выявив нарушение требований уголовно-процессуального закона, касающееся оценки доказательств, исправил допущенное нарушение, оценив доказательства в соответствии с установленными правилами, и на основании итогов такой оценки принял решение, соответствующее положениям ст.401.14 УПК РФ.

Отсутствие указания на необходимость направления уголовного дела руководителю следственного органа для установления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого, основанием к отмене кассационного постановления не является, поскольку не препятствует выполнению указанных требований закона в распорядительном порядке после возвращения дела в суд первой инстанции.

В связи с тем, что апелляционное постановление от 3 сентября 2025 года отменено, доводы о его недостатках рассмотрению не подлежат.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.401.14 УДК РФ, судебная коллегия

Резолютивная часть

определила:

кассационное постановление Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 27 февраля 2026 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, кассационное представление заме стителя Генерального прокурора Российской Федерации - без удовлетворение.

Председательствующий-

Судьи: