Определение № 305-ЭС26-5428(3) по делу № А40-78218/2025

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

№ 305-ЭС26-5428(3)

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва 2 ноября 2026 г.

Резолютивная часть определения объявлена 19 октября 2026 г.

Определение изготовлено в полном объеме 2 ноября 2026 г.

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда

Российской Федерации в составе: председательствующего судьи Борисовой Е.Е., судей Самуйлова С.В. и Шилохвоста О.Ю. – рассмотрела в судебном заседании кассационную жалобу Оруджова Эльбруса Магеррам оглы на решение Арбитражного суда города Москвы от 23.09.2025, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.12.2025 и постановление Арбитражного суда Московского округа от 21.04.2026 по делу № А40-78218/2025 о банкротстве Оруджова Магеррама Гусен оглы.

В заседании приняли участие Оруджов Э.М., а также представители:

• Оруджова Э.М. – Миняйлов А.А., - акционерного общества Банк "Развитие-Столица" (далее - банк) – Кобницкий А.А. Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Самуйлова С.В., вынесшего определение от 23.09.2026 о передаче кассационной жалобы вместе с делом для рассмотрения в судебном заседании, а также объяснения представителей лиц, участвующих в деле, судебная коллегия

установила:

как следует из обжалованных судебных актов и материалов дела, 04.05.2023 Оруджов М.Г. и банк заключили договор о предоставлении кредита: банк обязался предоставить Оруджову М.Г. 7,5 млн руб. на капитальный ремонт квартиры; Оруджов М.Г. – возвратить полученную денежную сумму до 20.04.2043 и уплатить проценты по ставке 14 процентов годовых в сроки, установленные приложенным к договору графиком. Погашение кредита предусматривалось внесением заёмщиком аннуитетных платежей по 93 303,79 руб. до 20 числа каждого месяца.

При несоблюдении сроков уплаты платежей однократно более чем на 9 календарных дней или суммарной продолжительностью 30 календарных дней за последние 180 календарных дней ставка основных процентов могла быть однократно (разово) увеличена банком на 5 процентов годовых к действующей ставке со дня, следующего за датой очередного платежа, предусмотренного графиком (пункты 1.1, 1.2, 1.4, 2.3, 3.1 договора и приложение № 2 к нему).

При неисполнении заемщиком любого из своих обязательств по договору банк имел право в одностороннем порядке немедленно объявить сумму основного долга срочной к платежу с обязательством заемщика погасить в течение 30 дней основной долг и проценты (право на акселерацию долга). В случае неисполнения этого требования банк имел право обратить взыскание на предмет залога (пункты 4.3 и 4.4 договора).

Стороны согласовали различные варианты уведомления банком заёмщика о своих требованиях (пункты 1.4, 4.4, 8.10 договора).

В случае нахождения в трудной жизненной ситуации заёмщик имел право однократно в течение действия договора потребовать у банка изменить условия договора и приостановить исполнение обязательств заёмщика на срок до шести месяцев (пункт 1.3 договора, статьи 6.1-1, 6.1-2 Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ "О потребительском кредите", далее – Закон о потребительском кредите).

Исполнение обязательств Оруджова М.Г. обеспечивалось залогом его квартиры (пункты 6.1 и 6.2 договора, договор залога от 04.05.2023).

Сумма кредита 16.08.2023 предоставлена Оруджову М.Г., после чего он ежемесячно в установленные договором сроки исполнял свои обязательства вплоть до декабря 2024 года включительно. 26.12.2024 Оруджов М.Г. в связи с признанием его инвалидом второй группы обратился в банк с заявлением о приостановлении исполнения своих обязательств по кредитному договору с 1 января по 1 июля 2025 г. и продлении конечного срока исполнения обязательств.

Банк 27.12.2024 сообщил Оруджову М.Г. письмом, что его заявление удовлетворено: срок кредитного договора продлён на шесть месяцев с приостановлением исполнения кредитных обязательств с 1 января по 1 июля 2025 г. Банк выдал заёмщику новый график погашения долга и процентов с обязанностью внесения первого платежа с 21.07.2025.

Оруджов М.Г. 27.12.2024 умер. 28.01.2025 нотариус открыл наследственное дело в отношении имущества умершего Оруджова М.Г. и в тот же день Оруджов Э.М. заявил нотариусу о том, что он принял по всем основаниям наследования наследство, оставшееся после смерти своего отца – Оруджова М.Г. Прочие наследники отказались от причитающейся им доли наследства.

Банк 18.02.2025 был извещен нотариусом об открытии наследственного дела. 01.04.2025 в суд поступило заявление банка о признании Оруджова М.Г. банкротом. По расчетам банка на 28.03.2025 задолженность перед ним составила 7 676 142,70 руб. (основной долг – 7 391 308,16 руб.; проценты за пользование кредитом – 284 834,54 руб.). Расчет произведен без учета льготного периода, поскольку эту льготу банк распространял только на заёмщика. Наследники долг не погашали, поэтому на основании пункта 4.4 договора банк объявил просроченной всю сумму кредита с 21.03.2025.

Оруджов Э.М. возражал против требований банка, настаивая на том, что как наследник он отвечал по обязательствам наследодателя на условиях договоренностей последнего с банком. При таком подходе задолженности не было и, как следствие, не было оснований для банкротства конкурсной массы должника. 18.04.2025 Арбитражный суд города Москвы принял заявление банка и возбудил дело о банкротстве Оруджова М.Г. В тот же день в банк поступило обращение Оруджова Э.М., где он обязался исполнять обязательства по кредитному договору на условиях, согласованных Оруджовым М.Г. с банком, и просил предоставить информацию о кредитных обязательствах Оруджова М.Г., в том числе график, по которому он как наследник должен осуществлять платежи, и порядок исполнения им кредитных обязательств.

Впоследствии Оруджов Э.М. 09.07.2025 дублировал свое обращение к банку, а затем исполнил обязательства своего отца исходя из известных ему договоренностей Оруджова М.Г. и банка, то есть с учётом льготного периода.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 23.09.2025 и дополнительным решением от 29.01.2026 заявление банка признано обоснованным: Оруджов М.Г. признан банкротом, применены правила о банкротстве умершего гражданина, введена реализация имущества, в третью очередь реестра требований кредиторов включено требование в размере 7 589 617,91 руб. (основной долг – 7 391 308,16 руб., проценты за пользование кредитом - 198 309,75 руб.) как обеспеченное залогом квартиры должника.

Решение оставлено без изменения постановлениями Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.12.2025 и Арбитражного суда Московского округа от 21.04.2026.

Суды исходили из наличия долга, рассчитанного по первоначальным условиям кредитного договора. Этот долг превысил 500 000 руб. и просрочка составила более трех месяцев. Суды сочли, что льгота неприменима к наследнику, так как её предоставление связано с личностью заёмщика.

Суды руководствовались пунктами 1, 4 статьи 223.1, пунктом 3 статьи 213.6, пунктом 1 статьи 213.10-1 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), пунктом 41 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 № 40 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29 мая 2024 года № 107-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации".

В кассационной жалобе Оруджов Э.М. просил отменить обжалованные судебные акты и прекратить производство по делу, так как суды, по его мнению, нарушили пункт 2 статьи 33 Закона о банкротстве. Вывод о несостоятельности Оруджова М.Г. (его конкурсной массы) неправомерен, поскольку просроченной задолженности не было.

Доводы заявителя сводились к тому, что заёмщик не просрочил погашение кредита, поскольку платежи осуществлены в сроки, согласованные сторонами договора. С учетом условий о льготном периоде срок следующего платежа – 21.07.2025. Банк заявил о банкротстве уже в апреле 2025 г. при том, что задолженности как таковой не имелось. Банк в одностороннем порядке без уведомления наследника заемщика прекратил льготный период, аннулировал график платежей от 27.12.2025, а затем, руководствуясь первоначальными условиями договора, констатировал наличие долга.

Заявитель полагал, что если руководствоваться первоначальными условиями договора, то и в этом случае на 01.04.2025 просрочка погашения кредита не допущена. Банком не соблюдена обязательная процедура досрочного истребования кредита, предусматривающая уведомление об этом заемщика и предоставление ему срока на погашение долга. Кроме того, банк необоснованно увеличил ставку по кредиту с 14 до 19 процентов годовых с 22.03.2025.

По мнению заявителя, у банка не было основания требовать банкротства заёмщика. Требования банка подлежали удовлетворению наследником заёмщика или за счет заложенного имущества, которого было достаточно для погашения всей задолженности.

Банк в отзыве настаивал на отсутствии оснований для предоставления наследнику заёмщика льготы и просил судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании представители заявителя и банка поддержали доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзыве на неё соответственно.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы судебная коллегия пришла к следующим выводам.

Из пункта 4 статьи 421, пунктов 1 и 2 статьи 819 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статей 3, 5 Закона о потребительском кредите следует, что кредитная организация может предоставить заёмщику денежные средства на цели, не связанные с осуществлением предпринимательской деятельности, а заёмщик должен в установленный срок возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею. Условия такого кредита регулируются договором потребительского кредита.

В соответствии частями 9, 14 статьи 5 Закона о потребительском кредите индивидуальные условия договора потребительского кредита помимо прочего включают в себя условия о сроке действия договора и сроке возврата кредита; количестве, размере и периодичности (сроках) платежей заёмщика; способе обмена информацией между кредитором и заёмщиком. Изменение условий договора осуществляется с соблюдением требований, установленных Законом о потребительском кредите.

Нарушение заёмщиком сроков возврата основной суммы долга или уплаты процентов по договору потребительского кредита общей продолжительностью более чем 60 календарных дней в течение последних 180-ти календарных дней даёт право кредитору потребовать досрочного возврата оставшейся суммы кредита вместе с причитающимися процентами. Кредитор должен уведомить об этом требовании заемщика установленным договором способом и установить разумный срок возврата оставшейся суммы кредита (части 1 и 2 статьи 14 Закона о потребительском кредите).

Согласно частям 1, 2 статьи 6.1-1 Закона о потребительском кредите при установлении заемщику, кредит которому предоставлен не для предпринимательских нужд и обеспечен ипотекой, I или II группы инвалидности, он вправе рассчитывать на предоставление ему льготного периода исполнения обязательств при соблюдении прочих условий, предусмотренных этим же законом.

Льготный период ("кредитные каникулы") позволяет заёмщику на определённый срок либо полностью приостановить платежи, либо уменьшить их размер без опасения применения к нему или лицам, предоставившим обеспечение его обязательств, санкций или расторжения договора, но не освобождает его по окончании льготного периода от исполнения своих кредитных обязательств (части 15, 18, 19, 20, 20.1 статьи 6.1-1 Закона о потребительском кредите).

В случае соответствия требований заемщика закону кредитор должен сообщить об изменении условий кредитного договора, направив ему уведомление и уточненный график платежей. С даты начала льготного периода условия кредитного договора считаются изменёнными на время льготного периода (части 9, 14 статьи 6.1-1 Закона о потребительском кредите).

Как следует из статьи 1112, пункта 1 статьи 1175 ГК РФ, пунктов 14, 15, 59, 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 "О судебной практике по делам о наследовании (далее – постановление № 9), имущественные обязанности, имевшиеся у наследодателя на день открытия наследства, в том числе его долги, по общему правилу входят в состав его наследства. Наследники отвечают по этим долгам в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества. Смерть должника не влечет досрочное исполнение его обязательств наследниками. Наследник должника по кредитному договору, принявший наследство, становится должником. Со дня открытия наследства он несет обязанности по возврату денежной суммы, полученной наследодателем, и уплате процентов на неё в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

При исполнении обязательства стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию (пункт 3 статьи 307 ГК РФ).

В данном случае условия договора предусматривали погашение кредита с учётом льготного периода, что отражено, помимо прочего, и в новом графике платежей. Следовательно, именно этими условиями руководствовался Оруджов Э.М. при внесении очередных платежей в счет погашения кредитных обязательств. Если иной информацией о кредитных обязательствах Оруджов Э.М. не располагал и не мог располагать, то соблюдение им этих условий является надлежащим исполнением кредитных обязательств.

Довод банка о том, что льготный период не наступил, несостоятелен, поскольку он сам предоставил такой период и уведомил об этом заемщика.

В то же время как закон, так и условия договора от 04.05.2023 (пункт 1.3) связывают предоставление заёмщику льготного периода по исполнению кредитных обязательств с его инвалидностью, то есть особыми обстоятельствами, объективно и непредсказуемо не позволяющими именно ему своевременно исполнить свои обязательства. Эти обстоятельства неразрывно связанны исключительно с личностью Оруджова М.Г. В связи с этим судебная коллегия согласилась с выводами судов об отсутствии оснований для автоматического распространения льготы, предоставленной заёмщику, на его правопреемников (наследников), если они сами не имели права на аналогичную льготу.

Однако, о прекращении действия льготы заёмщик или его наследник должны быть извещены.

В потребительском кредитовании банк, в отличие от заёмщика и его наследников, является профессиональным участником рынка кредитования.

Поступая разумно, осмотрительно и добросовестно, он должен проявлять активность в придании определённости в правоотношениях сторон. В частности, зная о наличии у Оруджева М.Г. наследника (в данном случае судами установлено, что банк получил уведомление об этом от нотариуса), банк должен был сообщить Оруджову Э.М. об отсутствии у него права на продолжение пользования льготным периодом, об условиях исполнения кредитных обязательств заёмщика без "кредитных каникул" и предоставить ему новый график погашения платежей (пункт 3 статьи 307 ГК РФ). В таком случае Оруджев Э.М. должен был бы погашать кредит на изложенных банком условиях, соответствующих первоначальным договоренностям о кредите с Оруджевым М.Г. Если банк не уведомил наследника о прекращении льготного периода в связи со смертью заемщика и не предоставил ему новый график платежей, то именно банк несет риск наступления последствий такого поведения – признания правомерными действий по исполнению кредитного обязательства на известных наследнику условиях.

Наследники не должны отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие вследствие недобросовестных действий со стороны кредитора, осведомленного о смерти наследодателя (пункт 61 постановления № 9).

Таким образом, для решения вопроса о наличии или отсутствии просрочки исполнения обязательств по кредитному договору и оснований для возбуждения дела о банкротстве Оруджева М.Г. (пункт 2 статьи 213.3 Закона о банкротстве) судам следовало оценить как поведение банка (информирование наследника об условиях кредита), так и поведение Оруджова Э.М. (исполнение кредитных обязательств в зависимости от его осведомленности об условиях этих обязательств).

Ссылка судов только на то, что "кредитные каникулы" в отношении Оруджова Э.М. не действовали, недостаточна, так как не объясняет его информированность об иных условиях кредитного договора и не порочит его поведение.

Судебная коллегия также отмечает, что имущество должника находится в залоге у банка и вполне очевидно, что его достаточно для погашения долга.

Требования банка (единственного кредитора) к умершему заемщику составляет менее 7,4 млн руб., в то время как кадастровая стоимость заложенной квартиры превышает 14,6 млн руб. Убедительных объяснений о том, что таких обстоятельствах требуется возбуждение дела о банкротстве должника, представитель банка в судебном заседании не представил.

В связи с существенным нарушением норм права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов Оруджова Э.М. в сфере экономической деятельности, на основании пункта 1 статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обжалованные судебные акты подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы для исследования и оценки обстоятельств, связанных с исполнением Оруджовым Э.М. унаследованных им кредитных обязательств в зависимости от его осведомленности об условиях кредита.

Руководствуясь статьями 291.11 - 291.14 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

Резолютивная часть

определила:

решение Арбитражного суда города Москвы от 23.09.2025, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.12.2025 и постановление Арбитражного суда Московского округа от 21.04.2026 по делу № А40-78218/2025 отменить, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Определение вступает в законную силу со дня его вынесения.

Председательствующий судья Борисова Е.Е. Судья Самуйлов С.В. Судья Шилохвост О.Ю.