Постановление от 24 апреля 2026 г. 17 ААС (Семнадцатый арбитражный апелляционный суд)

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-2045/2022(9,10)-АК

Дело №А60-64803/2021
24 апреля 2026 года
г. Пермь

Резолютивная часть постановления объявлена 20 апреля 2026 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 24 апреля 2026 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Саликовой Л.В.,

судей Зарифуллиной Л.М., Макарова Т.В.,

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудио-, видеозаписи секретарем судебного заседания Ивановой К.А.,

при участии в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

заявителя жалобы - кредитора акционерного общества «Екатеринбурггаз»: ФИО1, доверенность от 29.12.2025, паспорт;

от заявителя жалобы - третьего лица финансового управляющего ФИО2 ФИО3: ФИО4, паспорт;

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы кредитора акционерного общества «Екатеринбурггаз» и третьего лица финансового управляющего ФИО2 ФИО3

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 25 ноября 2025 года

о результатах рассмотрения заявлений:

должника, подписанное ФИО5, о взыскании солидарно с ФИО6 и ФИО7 убытков в размере 23 381 676,50 руб. и 80 957 руб.,

должника, подписанное ФИО5, о взыскании солидарно с ФИО7, ФИО8, ФИО9 убытков за период с декабря 2019 по октябрь 2020 года в размере 12 253 900,94 руб.,

должника, подписанное ФИО5, о взыскании с ФИО6 и ФИО10 в пользу должника убытков в размере 11 008 815,29 руб. и 1 633 779,22 руб.,

конкурсного управляющего о взыскании в пользу должника убытков с ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО11, ФИО10, ФИО5, ФИО13;

конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО12, ФИО13, ФИО5, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО14 и ФИО15,

вынесенное в рамках дела №А60-64803/2021

о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Квартал» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

третьи лица: 1) финансовый управляющий ФИО2

ФИО3, 2) финансовый управляющий ФИО16 ФИО17, 3) финансовый управляющий ФИО12 ФИО17, заинтересованные лица: 1) Управление социальной политики Министерства социальной политики Свердловской области №24, 2) Управление социальной политики Министерства социальной политики Свердловской области №27

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 17.12.2021

принято к производству заявление акционерного общества «Екатеринбурггаз» (далее – АО «Екатеринбурггаз») о признании общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Квартал» (далее – ООО «УК «Квартал», должник) несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу о банкротстве №А60-64803/2021.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.01.2022 заявление АО «Екатеринбурггаз» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО18, член Союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «Северная Столица».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «КоммерсантЪ» от 29.01.200 №16, на официальном сайте Единого государственного реестра сведений о банкротстве – 25.01.2022 (номер сообщения 8081234).

22.03.2022 в арбитражный суд поступило заявление руководителя должника ФИО5 (далее – ФИО5) о взыскании с бывших руководителей ООО «УК «Квартал» ФИО6 (далее – ФИО6) и ФИО7 (далее – ФИО7) солидарно убытков в размере 23 381 676,50 руб. и 80 957 руб.

Определением арбитражного суда от 29.03.2022 заявление руководителя должника ФИО5 о взыскании убытков принято к производству и назначено к рассмотрению в судебном заседании.

В этот же день от руководителя должника ФИО5 поступило заявление о взыскании с бывших руководителей ООО «УК «Квартал» ФИО7, ФИО8 (далее - ФИО8), ФИО9 (далее - ФИО9) убытков в размере 12 253 900,94 руб.

Определением арбитражного суда от 29.03.2022 заявление руководителя должника ФИО5 о взыскании убытков принято к производству; назначено судебное заседание по проверке обоснованности указанного заявления.

11.05.2022 в арбитражный суд поступило еще одно заявление руководителя должника ФИО5 о взыскании бывших руководителей ООО «УК «Квартал» ФИО6 и ФИО10 (далее - ФИО10) убытков в размере 11 008 815,29 руб. и 1 633 779,22 руб.

Определением арбитражного суда от 18.05.2022 указанное заявление о взыскании убытков принято к производству и назначено к рассмотрению в судебном заседании.

Определениями арбитражного суда от 20.06.2022 в порядке статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) рассмотрение заявлений руководителя должника ФИО5 о взыскании с ФИО7, ФИО8, ФИО9 убытков в размере 12 253 900,94 руб. и о взыскании с ФИО6 и ФИО10 убытков в размере 11 008 815,29 руб. и 1 633 779,22 руб. объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определениями арбитражного суда от 15.08.2022 в порядке статьи 130 АПК РФ заявления руководителя должника ФИО5 о взыскании с бывших руководителей ООО «УК «Квартал» ФИО6 и ФИО7 солидарно убытков в размере 23 381 676,50 руб. и 80 957 руб.; о взыскании с ФИО7, ФИО8, ФИО9 убытков в размере 12 253 900,94 руб. и о взыскании с ФИО6 и ФИО10 убытков в размере 11 008 815,29 руб. и 1 633 779,22 руб. объединены в одно производство для совместного рассмотрения заявления.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 23.06.2022 ООО «УК «Квартал» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утверждена ФИО18

В рамках указанной процедуры банкротства 02.08.2022 конкурсный управляющий должника ФИО18 (далее – конкурсный управляющий) обратилась в арбитражный суд с заявлением, в котором просила:

• привлечь к участию в обособленном споре в качестве соответчиков ФИО13 (далее - ФИО13), ФИО5, ФИО11 (далее – ФИО11);

• взыскать с ФИО7 в пользу должника убытки в размере 3 882 123 руб., с ФИО8 в пользу должника убытки в размере 25 233 799,52 руб., с ФИО9 в пользу должника убытки в размере 9 705 307,50 руб., с ФИО11 в пользу должника убытки в размере 970 530,75 руб., с ФИО10 в пользу должника убытки в размере 21 351 676,52 руб., с ФИО5 в пользу должника убытки в размере 9 705 307,50 руб.;

• взыскать с ФИО13, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО11, ФИО10, ФИО5 солидарно в пользу должника убытки в размере 74 730 867,82 руб.

Указанное ходатайство расценено судом как самостоятельное заявление конкурсного управляющего о взыскании с контролирующих должника лиц убытков.

Определением арбитражного суда от 08.08.2022 в порядке статьи 46 АПК РФ к участию в рассмотрении обособленного спора в качестве соответчиков привлечены ФИО13, ФИО5 и ФИО11

05.05.2023 конкурсный управляющий ФИО18 обратилась в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО16 (далее - ФИО16), ФИО13, ФИО5, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, индивидуального предпринимателя ФИО19 (далее – ИП ФИО19), общество с ограниченной ответственностью «Весбелгаз» (далее – ООО «Весбелгаз») к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УК «Квартал» и взыскании солидарно с ФИО16, ФИО13, ФИО14 (далее - ФИО14), ФИО15 (далее – ФИО15), ФИО19, ООО «Весбелгаза» денежных средств в общей сумме 67 268 554,24 руб.; с ФИО9 - в сумме 65 624 689,27 руб., с ФИО10 - в сумме 52 844 670,85 руб., с ФИО13, ФИО5, ФИО7, ФИО8 - в общей сумме 67 268 554,24 руб.

Определением арбитражного суда от 15.05.2023 заявление конкурсного управляющего о привлечении контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности принято к производству и назначено к рассмотрению в судебном заседании.

Определением арбитражного суда от 23.05.2023 на основании статьи 130 АПК РФ заявления руководителя должника ФИО5 и конкурсного управляющего ФИО18 о взыскании с ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО6, ФИО10, ФИО13, ФИО5, ФИО11, ООО «Весбелгаз» убытков и заявление конкурсного управляющего ФИО18 о привлечении ФИО16, ФИО13, ФИО5, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ИП ФИО19, ООО «Весбелгаз» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением арбитражного суда от 01.09.2023 производство по заявлениям руководителя должника ФИО5, конкурсного управляющего ФИО18 о взыскании убытков с ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО6, ФИО10, ООО «Весбелгаз», ФИО13, ФИО5, ФИО11 и о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО16, ФИО13, ФИО5, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ИП ФИО19, ООО «Весбелгаз» приостановлено до вступления в законную силу судебных актов, вынесенных по результатам рассмотрения заявлений конкурсного управляющего о признании недействительными сделок должника с ФИО7, с ФИО19 и об истребовании документов должника у ФИО5, ФИО13, ФИО14, ФИО16

Определением арбитражного суда от 10.04.2024 производство по заявлениям руководителя должника ФИО5, конкурсного управляющего ФИО18 о привлечении контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности и к гражданско-правовой ответственности в виде убытков возобновлено.

Определением арбитражного суда от 28.05.2024 в порядке статьи 130 АПК РФ выделено в отдельное производство рассмотрение требований руководителя должника ФИО5, конкурсного управляющего ФИО18 о взыскании убытков с ООО «Весбелгаз» и требований конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ИП ФИО19 и ООО «Весбелгаз».

Определением арбитражного суда от 02.07.2024 производство по заявлениям руководителя должника ФИО5 о взыскании солидарно с ФИО6 и ФИО7 убытков в размере 23 381 676,50 руб. и 80 957 руб., о взыскании солидарно с ФИО7, ФИО8, ФИО9 убытков в размере 12 253 900,94 руб., о взыскании с ФИО6 и ФИО10 убытков в размере 11 008 815, 29 руб. и 1 633 779,22 руб.; конкурсного управляющего о взыскании с ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО11, ФИО10, ФИО5, ФИО13 убытков и о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

ФИО16, ФИО13, ФИО5, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 приостановлено до определения правопреемника ФИО16

Определением арбитражного суда от 30.10.2024 ФИО18 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника; конкурсным управляющим ООО «УК «Квартал» утвержден ФИО20, член Ассоциации «Национальная организация арбитражных управляющих».

Определением арбитражного суда от 06.12.2024 производство по заявлениям руководителя должника ФИО5 о взыскании солидарно с ФИО6 и ФИО7 убытков в размере 23 381 676,50 руб. и 80 957 руб., о взыскании солидарно с ФИО7, ФИО8, ФИО9 убытков в размере 12 253 900,94 руб., о взыскании с ФИО6 и ФИО10 убытков в размере 11 008 815, 29 руб. и 1 633 779,22 руб.; конкурсного управляющего о взыскании с ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО11, ФИО10, ФИО5, ФИО13 убытков и о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО16, ФИО13, ФИО5, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 возобновлено.

Определением арбитражного суда от 23.04.2025 произведено процессуальное правопреемство ФИО16 на ФИО2 (далее - ФИО2) и ФИО12 (далее - ФИО12). Этим же определением к участию в рассмотрении обособленного спора в качестве соответчиков привлечены ФИО14 и ФИО15; в порядке статьи 51 АПК РФ к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий ФИО15 ФИО17 (далее - ФИО17).

Определением арбитражного суда от 23.01.2025, от 18.09.2025 в порядке статьи 51 АПК РФ к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены финансовый управляющий ФИО2 ФИО3 (далее – ФИО3), финансовый управляющий ФИО12 ФИО17

Определениями арбитражного суда от 16.06.2025, от 26.08.2025 к участию в обособленном споре в качестве заинтересованных лиц привлечены Управление социальной политики Министерства социальной политики Свердловской области №24 и Управление социальной политики Министерства социальной политики Свердловской области №27.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.11.2025 установлено наличие оснований для привлечения наследников ФИО16 ФИО2 и ФИО12 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УК «Квартал». Производство по заявлению в части определения размера ответственности привлеченных лиц приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. Этим же определением прекращено производство по требованию о взыскании с ФИО6 убытков в размере 11 008 815, 29 руб. и 1 633 779,22 руб. В удовлетворении требований в остальной части отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, кредитор АО «Екатеринбурггаз» и третье лицо финансовый управляющий ФИО2 ФИО3 обратились с апелляционными жалобами.

Кредитор АО «Екатеринбурггаз» в своей апелляционной жалобе просит обжалуемый судебный акт отменить в части отказа в привлечении ФИО13 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УК «Квартал» на основании статей 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), полагая, что в материалы дела было представлено достаточно доказательств совершения указанным лицом действий, направленных на причинение вреда должнику или его кредиторам, наличие у нее реальных рычагов управления должником. Считает, что в данном случае суд первой инстанции необоснованно не применил разъяснения, содержащиеся в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53). Отмечает, что в рамках настоящего дела о банкротстве определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.12.2023 был установлен факт наличия у ФИО13 статуса контролирующего должника лица, о чем, в частности, свидетельствует привлечение ею в качестве номинального руководителя ООО «УК «Квартал» ФИО5, которая ни разу не была в офисе управляющей компании, не контролировала финансово-хозяйственную деятельность общества, не имела доступа к документам должника. Указанные обстоятельства также подтверждаются пояснениями руководители должника ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 о том, что они реально работали в управляющей компании в качестве технических специалистов, не принимали финансово-хозяйственных решений, не имели доступа к распоряжению счетом должника, в своей деятельности были подконтрольны ФИО13 и ФИО16, который принимал ключевые управленческие решения. Утверждает, что ФИО13 и ФИО16 непосредственно осуществляли документооборот, полностью контролировали платежи, распоряжались ЭЦП руководителей общества; принимали все ключевые решения, связанные с оплатой, заключением договоров, начислениями за коммунальные услуги, поставленные ресурсы, хранением первичных документов и т.д. Обращает внимание на то, что в рамках рассмотрения обособленного спора об истребовании документов и имущества должника было установлено, что в нарушение принятых судом определением арбитражного суда от 14.04.2022 обеспечительных мер управляющая компания принимала наличные денежные средства от населения в период с октября 2021 года по май 2022 года; вызванная и допрошенная в качестве свидетеля кассир ФИО21, пояснила, что денежные средства на расчетный счет должника не вносились, поступающими через кассу общества денежными средствами распоряжалась ФИО13, в подчинении которой находилась бухгалтер ФИО14, при этом объем выведенных из кассы денежных средств установить невозможно по причине отсутствия документов. Помимо этого, отмечает, что в октябре 2021 года ООО «УК «Квартал» было подало подписанное руководителем ФИО10 заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) банкротом, возбуждено производство по делу о банкротстве №А60-51837/2021; в дальнейшем ФИО13 было принято решение о прекращении полномочий ФИО10, на должность руководителя должника назначена сама ФИО13; определением арбитражного суда от 14.10.2021 суд возвратил должнику заявление о признании ООО «УК «Квартал» несостоятельным (банкротом), в связи с отказом от заявленных требований, который был сделан ФИО13, исполняющей обязанности директора общества в период с 14.10.2021 по 02.12.2021. Из изложенного выше следует, что ФИО13 давала обязательные для исполнения указания о совершении должником платежей, осуществляла контроль за деятельностью подчиненных ей сотрудников ООО «УК «Квартал», имела в распоряжении ЭЦП, по указанию ФИО16 не предпринимала действий по взысканию задолженности по коммунальным платежам с родственников ФИО16: ФИО22 и ФИО19 Кроме того, определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.12.2023 по настоящему делу, в том числе на ФИО13, возложена обязанность передать конкурсному управляющему бухгалтерскую программу, печати, штампы, первичные документы бухгалтерского учета ООО «УК «Квартал»; до настоящего времени требования указанного судебного акта исполнены не были, что повлекло невозможность проведения работы по взысканию дебиторской задолженности.

Третье лицо финансовый управляющий ФИО2 ФИО3 не соглашается с обжалуемым определением в части определения обязанных субъектов по привлечению к субсидиарной ответственности. В обоснование своей позиции указывает на то, что в настоящее время в отношении ФИО16 введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан – реализация имущества гражданина с применением правил, установленных параграфом 4 главы Х «Особенности рассмотрения дела о банкротстве гражданина в случае его смерти» Закона о банкротстве. Таким образом, в данном случае, по мнению финансового управляющего, сепарация имущества наследодателя и его обязательств (долгов) должна быть осуществлена в рамках процедуры банкротства наследственной массы. Кроме того, в отношении наследника ФИО16 ФИО2 возбуждено дела о несостоятельности (банкротстве) №А60-59373/2024, в рамках которой также важно четкое определение ее конкурсной массы и объема обязательств перед ее кредиторами. С учетом изложенного, считает, что сепарация наследственной массы умершего должника ФИО16 целесообразна для всех банкротных процедур: и ООО «УК «Квартал», и умершего должника ФИО16, и ФИО2

Определением арбитражного суда апелляционной инстанции от 24.03.2026 (резолютивная часть от 23.03.2026) на основании части 5 статьи 158 АПК РФ судебное разбирательство по настоящему обособленному спору было отложено до 20.04.2026. Этим же определением апелляционный суд обязал конкурсного управляющего ФИО20 представить в срок до 13.04.2026 письменную позицию относительно оснований для привлечения к субсидиарной ответственности и к гражданско-правовой ответственности ФИО13, отзыв на апелляционную жалобу по доводам финансового управляющего ФИО3; финансового управляющего ФИО17 - реестр требований кредиторов, письменный отзыв; финансового управляющего ФИО3 - сведения о кредиторах с указанием оснований суммы задолженности.

До начала судебного заседания от 20.04.2026 во исполнение определения апелляционного суда от 24.03.2026 от конкурсного управляющего ФИО20 поступили письменные пояснения в отношении основания для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО13 с приложением следующих документов: автоматизированной копии определения Арбитражного суда Свердловской области от 15.01.2024 по делу №А60-64803/2021; копии представленного конкурсным управляющим в Арбитражный суд Свердловской области уточнения требований в отношении ФИО16 (его наследников) и ФИО13 от 08.10.2025; копия представленных конкурсным управляющим в Арбитражный суд Свердловской области письменных пояснений от 09.10.2025; копии поданного в Арбитражный суд Свердловской области заявления о привлечении контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности от 27.04.2023 №73/22; автоматизированной копии определения Арбитражного суда Свердловской области от 26.08.2025 по делу №А60-64803/2021.

От финансового управляющего ФИО3 поступили письменные пояснения в порядке статьи 81 АПК РФ с приложением реестра требований кредиторов ФИО2 по состоянию на 20 апреля 2026 года и зареестровых требований ФИО2 по состоянию на 20.04.2026.

От кредитора АО «Екатеринбурггаз» поступили письменные дополнения к апелляционной жалобе, в которых он указывает на то, что отсутствие фактов вывода денежных средств в пользу ФИО13 не является основанием для отказа в привлечении ее как единственного участника (учредителя) должника к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО УК «Квартал». Отмечает, что контроль должника со стороны ФИО13 и ФИО16 был установлен в ходе рассмотрения обособленного спора об истребовании документов и имущества ООО УК «Квартал» (определение Арбитражного суда Свердловской области от 25.12.2023 по настоящему делу). Полагает, что все действия, которые совершил ФИО16 (заключение невыгодных сделок, нецелевое расходование денежных средств должника; создание схемы бизнеса, в результате использования которой независимые кредиторы не получали денежные средства) стали возможны в результате содействия ФИО13 Натаивает на том, что ФИО13 была подконтрольна ФИО16, осуществляла деятельность не самостоятельно, а в его интересах, при этом в силу разъяснений, данных в пункте 6 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53 факт отсутствия у нее самостоятельности в принятии решений не освобождает ее от ответственности, она должна отвечать по обязательствам должника солидарно с ФИО16 Помимо этого, указывает на совершение ФИО13 действий, направленных на обход обеспечительных мер, принятых определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.04.2022 по настоящему делу в виде запрета ООО УК «Квартал» получать денежные средства через кассу общества от третьих лиц (дебиторов) в обход расчетного счета должника или расчетного счета платежного агента (расчетного центра). В частности, опрошенная в судебном заседании от 17.10.2022 кассир ФИО21, нотариально удостоверенные объяснения которой имеются в материалах дела, подтвердила, что ФИО13 давала ей указания о приеме платежей через кассу предприятия и что с ноября 2021 года были заблокированы личные кабинеты собственников для того, чтобы они осуществляли оплату через кассу предприятия наличными денежными средствами; в дальнейшем, полученными через кассу наличными денежными средствами контролирующие должника лица распоряжались по собственному усмотрению, расчеты с независимыми кредиторами не осуществляли. Таким образом, ФИО13 давала указания кассиру и бухгалтеру ООО УК «Квартал» о приеме платежей через кассу, распоряжалась этими деньгами в ущерб интересам кредиторов должника. Также ФИО13 не обеспечила передачу документов и сведений о хозяйственной деятельности ООО УК «Квартал» арбитражному управляющему, что привело к невозможности формирования конкурсной массы должника, не позволило управляющему взыскать дебиторскую задолженность. С учетом изложенного, полагает доказанным наличие оснований для привлечения ФИО13 к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11. Закона о банкротстве за невозможность полного погашения реестра требований кредиторов.

В судебном заседании представитель кредитора АО «Екатеринбурггаз» доводы своей апелляционной жалобы, с учетом письменных дополнений к ней, поддержал в полном объеме, на отмене определения суда в обжалуемой части настаивал, против удовлетворения апелляционной жалобы третьего лица финансового управляющего ФИО2 ФИО3 возразил.

Третье лицо финансовый управляющий ФИО2 ФИО3 доводы своей апелляционной жалобы поддержала в полном объеме, на отмене определения суда настаивала; против удовлетворения апелляционной жалобы кредитора АО «Екатеринбурггаз» возражений не заявила.

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции от 20.04.2026, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб надлежащим образом. В силу статей 156, 266 АПК РФ неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционных жалоб в их отсутствие.

Лицами, участвующими в деле, возражений относительно проверки судебного акта только в части привлечения ФИО13 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника не представлено. В остальной части определение суда сторонами не оспаривается, в связи с чем, не исследуется судом апелляционной инстанции.

Законность и обоснованность определения суда в обжалуемой части проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьей 266, частью 5 статьи 268 АПК РФ.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ООО УК «Квартал» зарегистрировано в качестве юридического лица соответствующим налоговым органом 12.03.2015, о чем в Единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) внесена запись о регистрации данного юридического лица за основным государственным регистрационным номером <***>. Основным видом деятельности предприятия являлось управление недвижимым имуществом за вознаграждение или на договорной основе (код по ОКВЭД 68.32), дополнительными: передача электроэнергии и технологическое присоединение к распределительным электросетям (код 35.12), распределение электроэнергии (код по ОКВЭД 35.13), передача пара и горячей воды (тепловой энергии) (код по ОКВЭД 35.30.2), управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе (код по ОКВЭД 68.32.1), деятельность по чистке и уборке прочая, не включенная в другие группировки (код по ОКВЭД 81.29.9) и другие.

В период с момента регистрации и до открытия в отношении должника конкурсного производства (20.06.2022) должность единоличного исполнительного органа ООО УК «Квартал» (директора) последовательно занимали следующие лица: - в период с 16.12.2015 по 04.04.2017 - ФИО23;

• в период с 05.04.2017 по 12.02.2019 - ФИО6;

• в период с 13.02.2019 по 18.06.2019 - ФИО7;

• в период с 19.06.2019 по 18.05.2020 - ФИО8;

• в период с 19.05.2020 по 20.10.2020 - ФИО9;

• в период с 21.10.2020 по 01.11.2020 - ФИО11;

• в период с 02.11.2020 по 28.09.2021 - ФИО10;

• в период с 29.09.2021 по 02.12.2021 - ФИО13;

• в период с 03.12.2021 по 20.06.2022 - ФИО5

Единственным учредителем (участником) общества с долей участия в уставном капитале в размере 100% в период с 11.04.2017 по 17.01.2019 являлся ФИО16, затем в период с 17.01.2019 и до открытия в отношении должника конкурсного производства (20.06.2022) - ФИО13

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 17.12.2021 на основании заявления АО «Екатеринбурггаз» в отношении ООО УК «Квартал» возбуждено настоящее дело о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.01.2022 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО18

Решением этого же суда от 23.06.2022 ООО УК «Квартал» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утверждена ФИО18

В настоящее время конкурсным управляющим должника является ФИО20 (определение арбитражного суда от 30.10.2024).

В ходе процедур банкротства в реестр требований кредиторов включены требования на общую сумму 70 495 556 руб., из которых 399 585 руб. во вторую очередь реестра требований кредиторов должника; 67 181 419 руб. в третью очередь реестра требований кредиторов должника; 2 914 553 руб. требования, учтенные за реестром. Текущие обязательства за процедуры банкротства составили 10 264 151 руб.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющей в обоснование доводов о необходимости привлечения ФИО13 к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве сослался на совершение указанным лицом действий (сделок), которые явились причиной неплатежеспособности должника и последующего признания его несостоятельным (банкротом). Кроме того, в качестве действий, влекущих ответственность ФИО13, заявитель также сослался на неисполнение ею обязанности по передаче арбитражному управляющему документации должника, что оказало негативное влияние на формирование конкурсной массы, не позволило ему отыскать активы должника и погасить реестр требований кредиторов ООО УК «Квартал».

Отказывая в удовлетворении заявленных требований в данной части, суд исходил из недоказанности конкурсным управляющим наличия совокупности обстоятельств, достаточных для привлечения указанного лица к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО УК «Квартал».

Исследовав материалы дела в их совокупности в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального права, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 223 АПК РФ, статьей 32 Закона о банкротстве, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Применительно к рассматриваемому случаю, ввиду периода времени, к которому относятся обстоятельства, с которыми конкурсный управляющий связывает ответственность ответчика (неподача заявления о признании должника банкротом, непередача документов должника арбитражному управляющему; совершение действий, в результате чего ухудшилось финансовое состояние должника, что причинило существенный вред кредиторам) настоящий спор должен быть разрешен с применением положений главы III.2 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ, которая вступила в законную силу с 30.07.2017).

Из заявления конкурсного управляющего о привлечении контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности от 27.04.2023 №73/22 (л.д.9-18 т.10) следует, что в качестве оснований для привлечения ФИО13 к субсидиарной ответственности указано на неподачу заявления о признании должника банкротом, неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, а также совершение действий (сделок), направленных на вывод имущества должника. В обоснование своей позиции управляющий также сослался на то, что, помимо формально юридической связи (учредитель, генеральный директор, бухгалтер), ФИО13 является контролирующим должника лицом в силу положений подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве как конечный бенефициар должника.

Отказывая в удовлетворении требований конкурсного управляющего в данной части, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что несмотря на совершение ФИО13 в качестве участника корпорации действий, направленных на причинение вреда юридическому лицу и его кредиторам, а также препятствующих достижению целей, ради которых создана корпорация, она не имела реальных рычагов управления должником и действовала в соответствии с указаниями ФИО16, при этом, делая данный вывод, исходил из обстоятельств приобретения ФИО13 доли в уставном капитале ООО «УК «Квартал», служебной зависимости ФИО13 от ФИО16, а также отсутствием выявленных фактов обогащения ФИО13 или аффилированных по отношению к ней лиц за счет необоснованного расходования имущества должника.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции, исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, учитывая конкретные обстоятельства настоящего спора, принимая во внимание представленные в материалы дела дополнительные доказательства во исполнение определения арбитражного апелляционного суда, выслушав участников процесса, проанализировав нормы материального и процессуального права, не может согласиться с выводами суда в данной части в связи со следующим.

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 3 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Как установлено в подпункте 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим.

Из разъяснений, данных в пункте 22 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53, следует, что в силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Законодательством о банкротстве предусмотрена возможность привлечения к ответственности как номинальных контролирующих лиц (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве), так и фактических (теневых).

В соответствии с пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности. В частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

В ситуации, когда в результате недобросовестного вывода активов из имущественной сферы должника контролирующее лицо прямо или косвенно получает выгоду, с высокой степенью вероятности следует вывод, что именно оно являлось инициатором такого недобросовестного поведения, формируя волю на вывод активов. В любом случае на это лицо должна быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические основания получения выгоды (либо указать, что выгода как таковая отсутствовала).

Смысл и предназначение номинального контролирующего лица (в частности, руководителя) состоят в том, чтобы обезопасить действительных бенефициаров от негативных последствий принимаемых по их воле недобросовестных управленческих решений, в том числе направленных на вывод активов должника в личных интересах и получения соответствующей выгоды. В результате назначения номинальных руководителей создается ситуация, при которой имеются основания для оспаривания сделок должника с лицами, формально совершивших недобросовестные действия по выводу активов в свою пользу. При этом внешне условия для признания второй стороной сделки теневых руководителей (иного контролирующего лица) не формируются по причине отсутствия как информации об их личности, так и письменных доказательств их вредоносного поведения.

Тем самым происходит перекладывание ответственности с реально виновных лиц на номинальных, что в конечном итоге нарушает права кредиторов на получение возмещения, поскольку номинальные руководители не являются инициаторами таких действий, и, как правило, не имеют имущества, достаточного для погашения причиненного ими вреда. При этом бенефициары, избежавшие ответственности, подобным способом извлекают выгоду из своего недобросовестного поведения.

Очевидно, что такое положение дел не может являться допустимым. Именно поэтому суду при заявлении ответчиком доводов о номинальном статусе руководителя должника и указании на конечных выгодоприобретателей по сделке следует вынести на обсуждение сторон вопрос о необходимости привлечении к участию в споре в качестве солидарных ответчиков как номинальных, так и теневых контролирующих лиц. Первые - поскольку они своим поведением содействовали сокрытию личности действительных правонарушителей и, вторые - поскольку в результате именно их виновных действий произошло выбытие активов должника при наличии задолженности перед независимыми кредиторами.

В соответствии с абзацем 1 пункта 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 номинальный руководитель не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Согласно абзацу 2 пункта 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 по общему правилу номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Таким образом, по общему правилу статусы номинального и фактического руководителя уравнены в целях привлечения к субсидиарной ответственности.

В ходе рассмотрения настоящего спора суд первой инстанции пришел к выводу о том, что фактически контролируемым должника лицом являлся ФИО16, чьи действия послужили причиной невозможности удовлетворения требований независимых кредиторов, что послужило основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности.

В частности, судом установлено, что ФИО16 создал схему бизнеса распределения денежных средств внутри группы компаний, согласно которой строительные недостатки жилого комплекса «Западный» устранялись за счет средств должника без последующего возмещения застройщиком; помимо этого, ФИО16 также была создана схема бизнеса, при которой допускалось расходование денежных средств на цели, не связанные с хозяйственной деятельностью должника, в результате чего был причинен ущерб независимым кредиторам (АО «Екатеринбурггаз», муниципальному унитарному предприятию «Водоканал», Акционерному обществу «ЕЭнС», Екатеринбургскому муниципальному унитарному предприятию «Спецавтобаза»); также под руководством ФИО16 должником совершались сделки в ущерб собственным интересам, в частности, между ООО «УК «Квартал» и сестрой ФИО16 ФИО19 были заключены и в течение длительного периода времени действовали договоры аренды помещений, общей площадью более 11 тыс. кв.м., которые определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.10.2023 по настоящему делу признаны недействительными, в качестве последствий недействительности сделок с ФИО19 в конкурсную массу должника взысканы денежные средства, полученные по сделкам; в рамках указанного обособленного спора было установлено, что ремонт нежилых помещений, переданных ФИО19 в аренду ООО УК «Квартал» без цели их коммерческого использования, проводился за счет средств должника; переданные в аренду помещения не могли использоваться ООО «УК «Квартал» по назначению, в связи с отсутствием коммуникаций; кроме того, должник в счет погашение обязательств ФИО16 по оплате юридических услуг перечислял денежные средств в пользу общества с ограниченной ответственностью Юридическая компания «Инфорс» и индивидуального предпринимателя ФИО24

Как указывалось выше, в период с 29.09.2021 по 02.12.2021 ФИО13 являлась руководителем ООО «УК «Квартал».

24.12.2018 на основании договора-купли-продажи ФИО13 приобрела у ФИО16 100% доли в уставном капитале общества за 10 000 руб.

17.01.2019 в ЕГРЮЛ внесена запись за ГРН 2196658079341, согласно которой единственным участником (учредителем) общества является ФИО13

В данном случае, проанализировав в совокупности имеющиеся в деле доказательства в их взаимосвязи с обстоятельствами настоящего дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что ФИО13 также как и ФИО16 фактически контролировала деятельность должника.

Так, апелляционным судом установлено, что в интересах ООО «УК «Квартал» ФИО13 обращалась в Арбитражный суд Свердловской области с иском к ФИО7, ФИО6, ИП ФИО7 о взыскании солидарно убытков в размере 18 588 591,70 руб., в том числе: 16 954 812,55 руб. денежные средства, перечисленные по мнимым сделкам на подконтрольные счета; 1 633 779 руб. процентов, начисленных в связи с неисполнением ответчиками денежных обязательств

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 06.05.2022 по делу №А60-34694/2020 в удовлетворении исковых требований отказано в полном объеме.

Из содержания указанного судебного акта следует, что, отказывая в удовлетворении заявленных требований, арбитражный суд учел, что организация управления обществом предусматривала единоличное управление обществом его участником и нахождение лица, назначенного на должность руководителя, с учетом отсутствия у него доступа к расчетному счету в виде нахождения ЭЦП у самого участника, отсутствия возможности самостоятельного заключения договоров и нахождения печати общества и всех документов общества у ФИО13, в связи с чем, предъявляемые в рамках настоящего спора претензии не обоснованы.

Судом также установлено, что в рамках рассмотрения дел №№А60-34960/2020 и А60-33866/2020 установлены факты по организации работы, управлению ООО «УК «Квартал» и хранению его документов, электронной подписи непосредственно участником данного общества ФИО13, отсутствия противоправных действий со стороны ответчика, о непосредственных перечислениях денежных средств общества в адрес контрагентов и расходованию денежных средств непосредственно ФИО13 с использованием ЭЦП ФИО7, а также нахождения у нее печати общества, аккумулированию и хранению ею всех документов общества.

ФИО13 обжаловала решение Арбитражного суда Свердловской области от 06.05.2022 по делу №А60-34694/2020 в апелляционном порядке, просила его изменить, исключить из мотивировочной части решения выводы, изложенные на страницах 20-21, изменить резолютивную часть решения, удовлетворив исковые требования.

Однако до начала судебного заседания от ФИО13 поступило ходатайство об отказе от исковых требований.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.08.2022 отказ ФИО13 от иска принят; решение Арбитражного суда Свердловской области от 06.05.2022 по делу №А60-34694/2020 отменено, производство по делу №А60-34694/2020 прекращено.

Аналогичным процессуальные действия были совершены ФИО13 в рамках дел №№А60-33866/2020, А60-34960/2020 и А60-30497/2021.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственности «Строительная компания малоэтажного домостроения» (№А40-143216/2016) в определении Арбитражного суда города Москвы от 21.12.2022 арбитражный суд со ссылкой на обстоятельства, установленные решением Арбитражного суда Свердловской области от 03.11.2021 по делу №А60-30497/2021, указал на то, что ФИО13 совместно с ФИО16 контролировала ООО «УК «Квартал».

В рамках дела №А60-30497/2021 по иску ООО «УК «Квартал» к ФИО8 о взыскании денежных средств в размере 212 699,71 руб. в представленном третьим лицом ФИО25 (далее – ФИО25), которая занимала должность главного бухгалтера ООО «УК «Квартал», отзыве на исковое заявление были даны следующие пояснения: так, она лично присутствовала при передаче ключа от интернет банка - ЭЦП с правом подписи платежных документов от ФИО8 к ФИО13 по ее требованию, о чем в присутствии ФИО25 был составлен акт, подписанной сторонами и ею как свидетелем; печать ООО «УК «Квартал» находилась так же у ФИО13 и для того, что бы поставить на документах ее оттиск приходилось идти в другой дом, где располагался офис ЖСК и находилось рабочее место ФИО13 рядом с рабочим местом ФИО16; ФИО13, являясь единственным участником общества и бухгалтером, полностью контролировала и распоряжалась расчетным счетом ООО «УК «Квартал», контролировала все финансовые операции, перечисления и платежи, так как владела и распоряжалась ЭЦП и печатью организации, давала распоряжения сотрудникам, проверяла авансовые отчеты, имела прямой и дистанционный доступ к компьютеру главного бухгалтера и ко всем программам бухгалтерского учета, включая программу «Клиент-Банк» для проведения финансовых операций, платежей и программу 1С; оригиналы учредительных, бухгалтерских, финансовых документов не хранились в помещении ООО «УК «Квартал»; документы общества, печать и ключ от интернет банка-ЭЦП ООО «УК «Квартал» ФИО13 хранила у себя; ФИО13 часто препятствовала перечислению денежных средств ресурсоснабжающим организациям, объясняя это тем, что ФИО16 не велел им платить; все перечисления с расчетного счета ООО «УК «Квартал» всегда контролировала ФИО13, которая регулярно изымала из бухгалтерии ООО «УК «Квартал» первичные бухгалтерские документы, авансовые отчеты, договоры с контрагентами, договоры управления и другие документы под предлогом сканирования, но не возвращала обратно; также ФИО13 многократно давала ФИО25 устные распоряжения касаемо ее работы и должностных обязанностей; она много раз была свидетелем, как ФИО16 либо ФИО13 давали устные распоряжения директорам ООО «УК «Квартал» ФИО6, ФИО7, ФИО8; в 2019 году ФИО13 поставила на должность курьера ООО «УК «Квартал» свою маму ФИО26, которая отправляла и получала почтовую корреспонденцию общества, доставляла эту корреспонденцию первоначально ФИО13 и лишь затем письма доставлялись в офис ООО «УК «Квартал», порой вскрытые; в офисном помещении ООО «УК «Квартал» были установлены камеры видеонаблюдения: в бухгалтерии, в кабинете директора, где так же располагались рабочие места юриста и делопроизводителя, в диспетчерской, в коридоре; картинка и звук с этих камер выводились на монитор расположенный в офисе ЖСК, где располагались рабочие места ФИО16 и ФИО13, то есть все сотрудники, чьи рабочие места находились в офисе ООО «УК «Квартал», находились под постоянным контролем ФИО16 и ФИО13; после того как ФИО25 формировала платежки для ПАО «СДМ-Банк», ей приходилось звонить либо отправлять смс-сообщения ФИО13 с просьбой подписать эти платежные поручения так как ЭЦП директора с правом подписи платежных поручений находилась в ее распоряжении, хранилась у нее и именно ФИО13 подписывала или не подписывала платежки этой ЭЦП; все документы, требующие подписания, всегда проверялись либо ФИО16 либо ФИО13 и только после этого последняя ставила оттиск печати общества на них.

В ходе рассмотрения дела №А60-30497/2021 арбитражным судом в судебном заседании от 27.10.2021 был осмотрен оригинал акта приема-передачи от 04.07.2019 о передаче ФИО8 ФИО13 ключа от интернет-банка ООО «УК «Квартал».

В том числе при рассмотрении настоящего обособленного спора бывшие руководители должника ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 неоднократно давали пояснения о том, что они реально работали в управляющей компании в качестве технических специалистов, не принимали финансово-хозяйственных решений, не имели доступа к распоряжению счетом должника. В своей деятельности они были подконтрольны ФИО13 и ФИО16, которые принимали ключевые управленческие решения.

Вышеперечисленные факты, по мнению судебной коллегии, свидетельствуют о том, что ФИО13 наравне с ФИО16 напрямую или опосредовано контролировала деятельность должника, о чем свидетельствует наличие у нее возможности в самостоятельном порядке давать работникам общества (в том числе занимающим руководящие должности) обязательные для исполнения указания, в том числе связанные с осуществлением финансовых операций должника, или иным образом определять их действия.

В пользу данного вывода свидетельствует и то обстоятельство, что в нарушение принятых определением арбитражного суда от 14.04.2022 обеспечительных мер в период с октября 2021 года по май 2022 года по указанию ФИО13 все поступающие от населения в счет оплаты коммунальных услуг денежные средства ввиду намеренной блокировки личных кабинетов собственников принимались кассиром и бухгалтером ООО «УК «Квартал» только через кассу предприятия.

В представленных в материалы обособленного спора нотариально удостоверенных объяснениях кассир ООО «УК «Квартал» ФИО21 пояснила, что поступающими через кассу предприятия от населения наличными денежными средствами контролирующие лица распоряжались по собственному усмотрению, расчеты с независимыми кредиторами не осуществляли, при этом, ФИО13 давала указания кассиру и бухгалтерам о приеме платежей через кассу, распоряжалась этими деньгами в ущерб интересам кредиторов.

Таким образом, совокупность установленных обстоятельств подтверждает то, что ФИО13 и ФИО16 имели общие интересы, действовали согласованно, что, независимо от суммы денежных средств, выведенных ими из имущественной сферы должника, привело к прекращению хозяйственной деятельности должника, невозможности погашения кредиторской задолженности, и, как следствие, к несостоятельности (банкротству) должника.

В этой связи, ФИО13 также несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника как контролирующее лицо, злоупотребившее правом и извлекшее существенные преимущества из созданной схемы бизнеса, при которой допускалось расходование денежных средств на цели, не связанные с хозяйственной деятельностью должника, в результате чего был причинен ущерб независимым кредиторам.

Судом апелляционной инстанции также принимается во внимание, что в октябре 2021 года ООО «УК «Квартал» было подало подписанное руководителем ФИО10 заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) банкротом, возбуждено производство по делу о банкротстве №А60-51837/2021.

Однако в дальнейшем ФИО13 было принято решение о прекращении полномочий ФИО10, на должность руководителя должника была назначена сама ФИО13

Определением арбитражного суда от 14.10.2021 суд возвратил должнику заявление о признании ООО «УК «Квартал» несостоятельным (банкротом), в связи с отказом от заявленных требований, который был сделан ФИО13, исполняющей обязанности директора общества в период с 14.10.2021 по 02.12.2021.

Таким образом, принимая во внимание, что обстоятельства, позволяющие сделать иной вывод, суду апелляционной инстанции не раскрыты, суд апелляционной инстанции признает доказанными неправомерность поведения ФИО13, направленного на причинение вреда, сам факт причинения имущественного вреда как должнику, так и его кредиторам, а также наличие причинно-следственной связи между недобросовестными действиями данного лица и невозможностью исполнения должником своих обязательств, в связи с чем, приходит к выводу о доказанности всей совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО13 к субсидиарной ответственности за невозможность полного удовлетворения требований кредиторов должника.

Апелляционным судом также установлено, что вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Свердловской области от 15.01.2024 по настоящему делу суд обязал солидарно ФИО13 и ФИО16 передать конкурсному управляющему следующие документы:

1. Бухгалтерская база 1С Предприятие и иные базы, имеющиеся в работе (зарплата и кадры, 1С бухгалтерия и прочие).

2. Печати, штампы ООО «Управляющая компания «Квартал».

3. Расшифровки сведений с предоставлением первичных документов на дату открытия конкурсного производства на 20.06.2022, в том числе:

• поставщики и подрядчики;

• задолженность перед персоналом;

• задолженность перед внебюджетными фондами;

• задолженность перед бюджетом (по налогам и сборам);

• задолженность перед прочими кредиторами.

4. Расшифровка дебиторской задолженности населения и юридических лиц на 20.06.2022 и оригиналы первичных документов с предоставлением информации об ежемесячном начислении по услугам и сборе денежных средств по всем многоквартирным домам.

5. Оригинал кассы предприятия (кассовая книга счет 50) с оригиналами приходных и расходных кассовых ордеров с 12.03.2015 по 20.06.2022, за исключением кассовых ордеров № 329 от 16.07.2021, № 349 от 04.08.2021, № Т0500057 от 28.05.2020 и кассовых чеков до 28.12.2020. 9 100354_14345791

6. Оригиналы авансовых отчётов (счёт 71) с приложением оригиналов первичных документов (чеков, товарных накладных, актов выполненных работ и т.п.) с 30.07.2021 по 20.06.2022.

7. Оригиналы договоров с подрядными организациями в рамках обслуживания многоквартирных домов с 01.10.2019 по 20.06.2022, первичные документы к данным договорам, акты сверки.

8. Оригиналы договоров оказания услуг, заключенных ООО «Управляющая компания «Квартал» с третьими лицами с 01.10.2019 по 20.06.2022 с приложением первичных документов и актов сверки взаимных расчётов.

9. Оригиналы договоров займа, заключенных ООО «УК «Квартал» с третьими лицами с 01.10.2019 по 20.06.2022 с приложением первичных документов и актов сверки взаимных расчётов.

10. Документы, подлежащие сдаче в архив по личному составу, трудовые книжки, личные дела, в том числе приказы о приеме/увольнении, движении персонала, отпуск, без содержания и прочее, трудовые договоры, табели учета рабочего времени, копии личных документов сотрудника, договоры ГПХ.

Между тем, до настоящего момента требования определения Арбитражного суда Свердловской области от 15.01.2024 по настоящему делу по настоящему делу не исполнено, истребованные документы, в том числе, бухгалтерские, конкурсному управляющему не переданы.

Из пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве следует, что в случае если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий (бездействия) контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с подпунктами 2, 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

В пункте 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве указано, что положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

1. организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

2. ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Положения подпункта 4 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов, предусмотренных законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами (пункт 6 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Предусмотренная абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве обязанность руководителя передать документацию должника конкурсному управляющему в равной степени (солидарно) распространяется как на номинального, так и на фактического руководителя. Неисполнение этой обязанности влечет возможность впоследствии применить презумпцию доведения до несостоятельности, предусмотренную подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В случае противоправных действий нескольких руководителей, последовательно сменявших друг друга, связанных с ведением, хранением и восстановлением ими документации, презюмируется, что действий каждого из них было достаточно для доведения должника до объективного банкротства (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В силу положений статей 6, 7 и 9 Закона о бухгалтерском учете экономический субъект обязан вести бухгалтерский учет в соответствии с указанным федеральным законом, если иное не установлено данным федеральным законом; бухгалтерский учет ведется непрерывно с даты государственной регистрации до даты прекращения деятельности в результате реорганизации или ликвидации; каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом; ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Обязанность хранения документов общества установлена и положениями статьи 51 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».

В абзаце 2 пункта 24 постановления Пленума ВАС РФ от 21.12.2017 №53 разъяснено, что арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

По смыслу законодательства о банкротстве наличие документов у руководителя презюмируется. Бремя опровержения указанной презумпции лежит на ответчике, который должен мотивировать отсутствие конкретного документа бухгалтерского, налогового, статистического, кадрового контроля, кассовой дисциплины.

Как ранее, так и в настоящее время процесс доказывания оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, о выводе активов и т.п., что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности. Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества

Именно поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов.

В данном случае в качестве обстоятельств, формирующих опровержимую презумпцию затруднительности проведения процедур банкротства вследствие не передачи документации должника, конкурсный управляющий сослался на непередачу ему документов в отношении имеющейся у организации дебиторской задолженности.

Согласно сведениям бухгалтерской отчетности ООО «УК «Квартал» по состоянию на 31.12.2023 дебиторская задолженность общества составляла 45 898 916,42 руб., в том числе: 44 529 135,58 руб. основной долг, 1 369 780,84 руб. пени. Указанный размер задолженности был сформирован на основании «списка должников», предоставленного агентом обществом с ограниченной ответственностью «Город Онлайн», что следует из письма арбитражного управляющего ФИО18 от 11.12.2024 №11/12-24.

Достоверность сведений, отраженных в бухгалтерском балансе по состоянию на 31.12.2023, относимыми и допустимыми доказательствами не опровергнута.

Таким образом, контролирующие должника лица ФИО16 и ФИО13 уклонились от исполнения обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации должника конкурсному управляющему, что привело к существенному затруднению проведения процедуры банкротства, в том числе формированию конкурсной массы (невозможно установить достоверный размер дебиторской задолженности; отсутствие первичной документации не позволило оспорить в полной мере все сделки или истребовать дебиторскую задолженность) и, как следствие, неудовлетворению требований кредиторов.

В рассматриваемом случае отсутствие документации общества лишило конкурсного управляющего возможности располагать полной информацией о деятельности должника, что повлекло невозможность удовлетворения за счет пополнения конкурсной массы требований кредиторов должника. Перечень действий конкурсного управляющего в ходе пополнения конкурсной массы определяется именно содержанием передаваемой документации, позволяющей принять меры по защите прав должника и кредиторов. Получение арбитражным управляющим информации из других источников значительно затрудняет и увеличивает срок производства по делу о банкротстве, а также текущие затраты на процедуру.

Непредставление контролирующими должника лицами сведений по дебиторской задолженности существенно затрудняет процесс формирования конкурсной массы, за счет которой могли быть удовлетворены требования кредиторов должника, что в свою очередь свидетельствует о наличии причинно-следственной связи между бездействием по не передачи документации должника и невозможностью сформировать конкурсную массу.

Отсутствие первичной документации не позволило конкурсному управляющему оспорить в полной мере все сделки должника или истребовать дебиторскую задолженность.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о доказанности совокупности условий для привлечения ФИО13 к субсидиарной ответственности на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве за непередачу конкурсному управляющему бухгалтерских и иных документов должника.

В качестве еще одного основания для привлечения ФИО13 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсным управляющим указано на неподачу заявления о признании должника банкротом.

В соответствии с частью 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами, органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника, должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества, имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

В силу пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, если в течение предусмотренного пунктом 2 указанной статьи срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока: лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве. Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 названной статьи.

Согласно пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно. Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 3 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 12, 13 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53, в абзаце втором пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

Из приведенных выше норм следует, что возможность привлечения лиц, перечисленных в пункте 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности возникает при наличии одновременно следующих указанных в законе условий: возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств, влекущих обязанность руководителя должника по подаче заявления должника в арбитражный суд, и установление даты возникновения этого обстоятельства; неподача руководителем должника в арбитражный суд заявления должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение у должника обязательств после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 указанного федерального закона.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер.

Как следует из материалов дела, конкурсный управляющий полагает, что уже по состоянию на 2018 год ООО «УК «Квартал» находилось в условиях финансового кризиса, что следует из отрицательной динами чистого убытка общества в период с 2018 по 2021 года.

Настоящее дело о несостоятельности (банкротстве) в отношении ООО «УК «Квартал» возбуждено 17.12.2021 на основании заявления АО «Екатеринбурггаз».

Согласно реестру требований кредиторов должника задолженность, включенная в реестр, образовалась в 2017-2020 годах, в том числе, перед следующими кредиторами:

• ЕМУП «Водоканал» по договору холодного водоснабжения и водоотведения от 10.07.2018 №1689 за период с апреля 2017 года по ноябрь 2021 года в размере 11 433 22,97 руб., в том числе: 10 992 767,52 руб. основной долг, 440 454,45 руб. пени (определением Арбитражного суда Свердловской области от 23.12.2022 по настоящему делу требования ЕМУП «Водоканал» в указанной сумме включены в реестр требований кредиторов ООО «УК «Квартал»);

• ИФНС России по Верх-Исетскому району г.Екатеринбурга по страховым взносам в Пенсионный фонд Российской Федерации за расчетные периоды с 01.01.2017 в размере 286 790,41 руб. (определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.04.2022 по настоящему делу требования ИФНС России по Верх-Исетскому району г.Екатеринбурга в указанной сумме включены в реестр требований кредиторов ООО «УК «Квартал»);

• обществом с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Западная» (далее – ООО «УК «Западная») по уплате процентов проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 30.11.2017 по 26.03.2021 в размере 1 633 779,22 руб., взысканных на основании решения Арбитражного суда Свердловской области от 30.09.2021 по делу №А60-17148/2021 (определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.04.2022 по настоящему делу требования ООО «УК «Западная» в указанной сумме включены в реестр требований кредиторов ООО «УК «Квартал»);

• ООО «Весбелгаз» по договору оплаты за фактическое пользование газораспределительными сетями (газовых сетей высокого и среднего давления) от 31.01.2018 за период с февраля 2018 года по декабрь 2021 года

в размере 12 640 001,60 руб. основного долга и 9 317 601,52 руб. неустойки за период с 11.02.2018 по 20.01.2022 и по договору на техническое обслуживание и ремонт внутридомового и внутриквартирного газового оборудования от 15.01.2018 в размере 1 185 030 руб. неустойки за период с 18.09.2019 по 20.01.2022 (определением Арбитражного суда Свердловской области от 13.03.2022 по настоящему делу требования в сумме 23 381 676,50 руб. признаны обоснованными и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты ООО «УК «Квартал»);

• АО «Екатеринбурга» по договору поставки газа от 01.04.2019 №2281 в размере 265 202, 55 руб., образовавшейся за период май-август 2020 года; в размере 5 024 754 руб., образовавшейся за период сентябрь-октябрь 2020 года и пени в размере 407 508 руб. за период с 01.01.2022 по 20.07.2021; в размере 33 292 646,11 руб., образовавшейся за период ноябрь 2020-ноябрь 2021 и 3 835 483,33 руб. пени за период с 16.12.2020 по 19.01.2022; в размере 7 711 855, 21 руб., образовавшейся за периоды, начиная с июня 2020 года, взысканной на основании решений Арбитражного суда Свердловской области от 11.02.2020 по делу №А60-60882/2020, от 02.08.2021 по делу №А60-2057/2021, от 27.02.2021 по делу №А60-57098/2020, от 02.04.2021 по делу №А60-928/2021, от 06.09.2021 по делу №А60-33219/2021, от 19.05.2021 по делу №А60- 9001/2021, от 08.11.2021 по делу №А60-45325/2021, от 12.07.2021 по делу № А60-22917/2021, от 30.06.2021 по делу №А60-16393/2021, от 27.10.2021 по делу №А60-40309/2021, от 29.11.2021 по делу №А60-49370/2021.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции полагает, что к концу 2018 года должник стал отвечать признакам неплатежеспособности.

Ранее было установлено наличие у ФИО13 статуса контролирующего должника лица; кроме того, на основании договора-купли-продажи от 24.12.2018 ею была приобретена у ФИО16 100% доли в уставном капитале ООО «УК «Квартал», таким образом, она не могла не знать о признаках объективного банкротства должника и обязана была провести общее собрание участников общества для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании его банкротом.

Вместе с тем, предусмотренная пунктом 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность ФИО13 исполнена не была, общее собрание участников должника для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом ею проведено не было, что является правовым основанием для привлечения ее к субсидиарной ответственности по указанному основанию, так как рассматриваемое бездействие данного ответчика повлекло за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

С учетом изложенного, судебная коллегия усматривает основания для привлечения ФИО13 к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12. Закона о банкротстве.

В соответствии с абзацем 1 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Как усматривается из материалов дела, в настоящее время идет процесс формирования реестра требований кредиторов должника, конкурсной массы должника и реализация выявленного имущества для целей расчета с кредиторами.

Следовательно, в настоящее время не представляется возможным определить разницу между размером требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, и денежными средствами, которые будут получены, то есть размер ответственности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности.

В силу пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Таким образом, поскольку суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО13 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, то производство по заявлению конкурсного управляющего в данной части подлежит приостановлению до окончания расчетов с кредиторами.

Приведенные в апелляционной жалобе третьего лица финансового управляющего ФИО2 ФИО3 доводы о том, что, в связи с введением в отношении ФИО16 процедуры реализация имущества гражданина с применением правил, установленных параграфом 4 главы Х Закона о банкротстве, а также возбуждением в отношении наследника ФИО16 ФИО2 дела о несостоятельности (банкротстве) №А60-59373/2024 сепарация имущества наследодателя и его обязательств (долгов) должна быть осуществлена в рамках процедуры банкротства наследственной массы судом апелляционной инстанции рассмотрены и признаны подлежащими отклонению в силу следующего.

По общему правилу в состав наследства входит все имущество и долги наследодателя, за исключением случаев, когда имущественные права и обязанности неразрывно связаны с личностью наследодателя либо если их переход в порядке наследования не допускается федеральным законом (статьи 418 и 1112 ГК РФ, пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 №9 «О судебной практике по делам о наследовании»).

Долг наследодателя, возникший в результате привлечения его к субсидиарной ответственности, входит в наследственную массу. Иное толкование допускало бы возможность передавать наследникам имущество, приобретенное (сохраненное) наследодателем за счет кредиторов незаконным путем, предоставляя в то же время такому имуществу иммунитет от притязаний кредиторов, что представляется несправедливым.

При этом, не имеет значения момент предъявления и рассмотрения иска о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности: до либо после его смерти. В последнем случае иск подлежит предъявлению либо к наследникам, либо к наследственной массе (при банкротстве умершего гражданина - § 4 главы X Закона о банкротстве).

В силу статьи 323 ГК РФ принявшие наследство наследники должника становятся солидарными должниками в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества.

Таким образом, требование по эпизодам, вмененным к ФИО16, могут быть удовлетворены путем привлечения к ответственности его наследника ФИО2 только в пределах наследственной массы, в связи с чем, впоследствии установив размер субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам ООО «УК «Квартал», размер подлежащих взысканию в порядке субсидиарной ответственности за счет наследственной массы ФИО16 денежных средств, следует устанавливать в пределах стоимости наследственного имущества.

В рассматриваемом случае производство по заявлению конкурсного управляющего в части привлечения наследников ФИО16 ФИО2 и ФИО12 к субсидиарной ответственности было приостановлению до окончания расчетов с кредиторами, в связи с чем, вопрос о привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности в конкретном размере будет разрешен судом при определении размера субсидиарной ответственности, но в любом случае будет установлен в пределах стоимости наследственного имущества, с учетом произведенного в рамках дела о банкротстве наследственной массы ФИО16 возможного гашения требований кредиторов.

Апелляционный суд также исходит из того, что в отношении второго наследника ФИО16 ФИО12 дело о банкротстве не возбуждалось.

Таким образом, исключение ФИО2 из числа лиц, которые в пределах полученной доли наследственной массы должны отвечать по обязательствам ФИО16 в порядке субсидиарной ответственности, поставит ФИО12 в заведомо неравное положение.

При таких обстоятельствах, определение Арбитражного суда Свердловской области от 25.11.2025 по делу №А60-64803/2021 в обжалуемой части подлежит изменению ввиду несоответствия выводов суда обстоятельствам настоящего дела (пункт 3 части 1 статьи 270 АПК РФ), с изложением резолютивной части соответствующего определения в иной редакции, согласно вышеизложенным выводам суда апелляционной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в силу пункта 4 статьи 270 АПК РФ, не установлено.

Согласно части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Учитывая, что апелляционная жалоба кредитора АО «Екатеринбурггаз» подлежит удовлетворению в полном объеме, расходы по государственной пошлине за подачу апелляционной жалобы в сумме 30 000 руб. подлежат отнесению на ФИО13

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

Резолютивная часть

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 25 ноября 2025 года по делу № А60-64803/2021 изменить, изложив второй абзац резолютивной части в следующей редакции:

Признать доказанным наличие оснований для привлечения ФИО13, наследников ФИО16 – ФИО2 и ФИО12 к субсидиарной ответственности. Приостановить производство в указанной части до окончания расчётов с кредиторами.

В остальной части судебный акт оставить без изменения.

Взыскать с ФИО13 в пользу акционерного общества «Екатеринбурггаз» государственную пошлину за рассмотрение апелляционной жалобы в сумме 30 000 рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

Л.В. Саликова

Судьи

Л.М. Зарифуллина

Т.В. Макаров