Определение от 24 апреля 2026 г. АС Сахалинской области

АРБИТРАЖНЫЙ СУД САХАЛИНСКОЙ ОБЛАСТИ

693000, <...>

тел. <***>, факс <***>, сайт http://sakhalin.arbitr.ru

электронная почта info@sakhalin.arbitr.ru

О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

г. Южно-Сахалинск Дело № А59-1613-14/2021

24 апреля 2026 года

Резолютивная часть определения объявлена 23.04.2026.

Определение в полном объеме изготовлено 24.04.2026.

Арбитражный суд Сахалинской области в составе судьи Поповой Н.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем Елецкой Д.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании путем использования систем веб-конференции Картотеки арбитражных дел в сети Интернет в рамках дела о банкротстве ФИО1 (ИНН <***>), возбужденного по заявлению АО «Россельхозбанк»,

обособленный спор по заявлению финансового управляющего ФИО2 к ответчикам ФИО3, Международному некоммерческому потребительскому обществу Кооперативу «Чрезвычайный и полномочный общественный комитет» (ОГРН <***>, ИНН <***>) о признании недействительными договоров от 20.07.2020 купли-продажи земельных участков с кадастровыми номерами 10:03:0082405:154, 10:03:0082405:155, заключенных между ФИО4 и ФИО3, сделок по передаче указанных земельных участков Международному некоммерческому потребительскому обществу Кооперативу «Чрезвычайный и полномочный общественный комитет» , применении последствий недействительности сделок ( с учетом заявления об уточнении требований от 23.09.2025),

третье лицо Управление Росреестра по Республике Карелия,

при участии представителя АО «Россельхозбанк» – ФИО5 по доверенности №075-38-01/48 от 26.02.2024 ,

У С Т А Н О В И Л:

01.04.2021 Акционерное общество «Российский Сельскохозяйственный банк» (далее - АО «Россельхозбанк», Банк) обратилось в суд с заявлением о признании ФИО1 (далее – должник, ФИО1) банкротом.

Определением суда от 11.05.2021 указанное заявление принято к производству суда, возбуждено производство по делу о банкротстве ФИО1

Определением суда от 16.06.2021 к участию в рассмотрении заявления в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО6 (далее - ФИО6).

Определением суда от 08.02.2023 (резолютивная часть от 01.02.2023) в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим должника утверждена ФИО7 (член Ассоциации «Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих»). Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 26 от 11.02.2023.

Решением суда от 04.09.2023 (резолютивная часть от 29.08.2023) ФИО1) признана банкротом, в отношении нее ведена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден должника ФИО7 (далее-ФИО7) (член Ассоциации «Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих»). Данные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 09.09.2023 № 167.

Определением суда от 15.05.2024 ФИО7 отстранена от исполнения обязанностей финансового управляющего должника ФИО1

Определением суда от 04.06.2024 финансовым управляющим должника утверждена ФИО2 (далее-ФИО2) (член Ассоциации СРО ААУ "Евросиб»).

11.02.2025 финансовый управляющий ФИО2 обратилась в суд с заявлением, в котором просит суд:

• признать недействительной сделку по передаче Международному некоммерческому потребительскому обществу Кооперативу «Чрезвычайный и полномочный общественный комитет» (далее-МПОК «ЧПОК») земельного участка с кадастровым номером 10:030082405:155 на основании договора паевого взноса от 15.01.2022 и акта приема-передачи имущества паевым взносом от 16.01.2022, зарегистрированную в ЕГРН 10.04.2023 за №10:030082405:155-10/040/2023-8,

• признать недействительной сделку по передаче МПОК «ЧПОК» земельного участка с кадастровым номером 10:030082405:154 на основании договора паевого взноса от 15.01.2022 и акта приема-передачи имущества паевым взносом от 16.01.2022, зарегистрированную в ЕГРН 10.04.2023 за №10:030082405:155-10/040/2023-7,

• включить в конкурсную массу ФИО1 земельные участки с кадастровыми номерами 10:030082405:155 и 10:030082405:154.

Определением суда от 12.02.2025 заявление оставлено без движения.

23.09.2025 от заявителя поступило заявление об уточнении требований, где просит:

• признать недействительным договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 10:03:0082405:155 от 20.07.2020, зарегистрированный в ЕГРН 23.07.2020, запись о регистрации №10:03:0082405:155-10/040/2020-5, заключенный между ФИО4 (далее-ФИО4) и ФИО3 (далее-ФИО3);

• признать недействительным договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 10:03:0082405:154 от 20.07.2020, зарегистрированный в ЕГРН 23.07.2020, запись о регистрации №10:03:0082405:154-10/040/2020-3, заключенный между ФИО4 и ФИО3;

• признать недействительной сделку по передаче МНПОК «ЧПОК» земельного участка с кадастровым номером 10:03:0082405:155 на основании договора паевого взноса от 15.01.2022 и акта приема-передачи имущества/вещей паевым взносом от 16.01.2022, зарегистрированную в ЕГРН 10.04.2023 года за № 10:03:0082405:155-10/040/2023-8.

• признать недействительной сделку по передаче МНПОК «ЧПОК» земельного участка с кадастровым номером 10:03:0082405:154 на основании договора паевого взноса от 15.01.2022 и акта приема-передачи имущества/вещей паевым взносом от 16.01.2022, зарегистрированную в ЕГРН 10.04.2023 года за № 10:03:0082405:155-10/040/2023-7.

В качестве последствий недействительности сделки просит признать право собственности ФИО1 на земельные участки с кадастровыми номерами 10:03:0082405:155 и 10:03:0082405:154, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре, просит взыскать с МНПОК «ЧПОК» денежные средства в размере рыночной стоимости земельных участков с кадастровыми номерами 10:03:0082405:155 и 10:03:0082405:154.

Определением суда от 24.09.2025 заявление принято к производству суда и назначено к рассмотрению в судебном заседании на 23.10.2025, далее судебное разбирательство откладывалось.

16.10.2025 от МВД по Республики Карелия поступили сведения о снятии ФИО4 с регистрационного уета по месту жительства в связи со смертью.

20.10.2025 от ФИО1 и ФИО3 поступили отзывы на заявление.

17.11.2025 поступили отзывы от АО «Россельхозбанк» и МПОК «ЧПОК».

02.12.2025 от МПОК «ЧПОК» поступил дополнительный отзыв.

18.12.2025 от Филиала ППК «Роскадастр» по Республике Карелия поступили документы в виде диска с материалами регистрационных дел в отношении земельных участков с кадастровыми номерами 10:03:0082405:154 и 10:03:0082405:155 .

21.11.2025,16.12.2025 от Управления ЗАГС Республики Карелия поступили сведения об актовой записи о смерти ФИО4

Определением суда от 27.02.2026 суд привлек к участию в споре в порядке статьи 51 АПК РФ в качестве третьего лица Управление Росреестра по Республике Карелия.

Очередное судебное заседание назначено на 23.04.2026.

В судебное заседание явился представитель конкурсного кредитора АО «Россельхозбанк», который поддержал заявление финансового управляющего.

Иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежаще.

В частности, финансовый управляющий ФИО2, ФИО1, ФИО3, ФИО6, МПОК «ЧПОК» извещены надлежаще в порядке части 6 сттьи 121 АПК РФ в связи с предоставлением заявлений, отзывов, пояснений, участия в предыдущих судебных заседаниях.

Управление Росреестра по Республике Карелия уведомлено надлежаще в порядке части 6 статьи 121 АПК РФ путем получения определения суда от 27.02.2026 о привлечении к участию в споре в качестве третьего лица.

ФИО4 21.06.2021 умер.

Судом определено рассматривать спор в порядке статьи 156 АПК РФ в отсутствие неявившихся лиц.

Исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Дела о банкротстве граждан рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Федеральным законом от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) (пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 32 Закона о банкротстве и часть 1 статьи 223 АПК РФ), который в системе правового регулирования несостоятельности (банкротства) участников гражданского (имущественного) оборота является специальным.

Особенности банкротства гражданина установлены параграфом 1.1 главы X Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Из материалов дела видно, что 20.07.2020 между ФИО4 (Продавец) и ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, действующей в лице отца ФИО6 (Покупатель) были заключены договоры купли-продажи (далее- договоры от 20.07.2020):

• земельного участка с кадастровым номером 10:03:0082405:154, расположенного по адресу (почтовый ориентир): Республика Карелия, Кондопожский район, северо-восточная часть кадастрового квартала 10:03:08:2405, по цене 30 000 рублей (далее- земельный участок с кадастровым номером 10:03:0082405:154) ;

-земельного участка с кадастровым номером 10:03:0082405:155, расположенного по адресу (почтовый ориентир): Республика Карелия, Кондопожский район, северо-восточная часть кадастрового квартала 10:03:08:2405, по цене 220 000 рублей (далее- земельный участок с кадастровым номером 10:03:0082405:155).

23.07.2020 осуществлена государственная регистрация соответствующего перехода права собственности.

По договору паевого взноса от 15.01.2022 и акту от 16.01.2022 ФИО3 внесла земельные участки с кадастровыми номерами 10:03:0082405:154 и 10:03:0082405:155 в качестве паевого взноса в МПОК «ЧПОК».

10.04.2023 зарегистрировано право собственности МПОК «ЧПОК» на земельные участки с кадастровыми номерами 10:03:0082405:154, 10:03:0082405:155.

В настоящем заявлении финансовый управляющий ФИО2 просит признать указанные сделки недействительными, а именно договоры от 20.07.2020 - на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса РФ, договор от 15.01.2022 - по статье 170 Гражданского кодекса РФ.

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий ссылается на то, что ФИО3, будучи несовершеннолетней и не имеющей собственного дохода, являлась номинальным покупателем земельных участков по договорам от 20.07.2020, спорное имущество было приобретено за счет средств непосредственно должника, а в последующем передано в качестве паевого взноса в МПОК «ЧПОК» для недопущения обращения на него взыскания в целях причинения вреда кредиторам должника, а именно Банку.

Оценив доводы лиц, участвующих в деле, и представленные ими доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 168 Гражданского кодекса РФ (далее- ГК РФ) сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пункта 2 статьи 168 ГК РФ, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10, 168 ГК РФ).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия. Указанная позиция подтверждается сложившейся судебной практикой (Определение Верховного Суда РФ от 01.12.2015 N 4-КГ15-54).

Таким образом, для данного поведения характерны намерения причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. Приведенная норма возлагает обязанность доказывания неразумности и недобросовестности действий участника гражданских правоотношений налицо, заявившее требования.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 7, 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса РФ" (далее - Постановление №25), если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1, 2 статьи 168 ГК РФ). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10, пункт 1, пункт 2 статьи 168 ГК РФ.

В силу положений пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимой сделкой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон этой сделки нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не соответствует их внутренней воле. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Диспозиция данной нормы содержит следующие характеристики мнимой сделки: отсутствие намерений сторон создать соответствующие сделке правовые последствия, совершение сделки для вида (что не исключает совершение сторонами некоторых фактических действий, создающих видимость исполнения, в том числе, составление необходимых документов), создание у лиц, не участвующих в сделке, представления о сделке как действительной.

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

По смыслу приведенной нормы притворная сделка фактически включает в себя две сделки: притворную сделку, совершаемую для вида (прикрывающая сделка) и сделку, в действительности совершаемую сторонами (прикрываемая сделка). Поскольку притворная (прикрывающая) сделка совершается лишь для вида, одним из внешних показателей ее притворности служит несовершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой. Напротив, если стороны выполнили вытекающие из сделки права и обязанности, то такая сделка притворной не является.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 87 Постановления №25, в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения пункта 2 статьи 170 ГК РФ недостаточно.

Соответственно, в предмет доказывания по делам о признании недействительными притворных сделок входит установление действительной воли сторон, направленной на достижение определенного правового результата, который они имели в виду при ее заключении. Установление расхождения волеизъявления с волей осуществляется судом посредством анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Реально исполненная сделка не может быть признана мнимой или притворной (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.11.2005 N 2521/05).

В абзаце 4 пункта 9.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее-Постановление №63) разъяснено, что если исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств суд придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец (например, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве вместо статьи 61.3 Закона о банкротстве, или наоборот), то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 АПК РФ суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.

Однако, применение статьи 10 ГК РФ возможно лишь в том случае, когда речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы объективной стороны статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ исходя из общеправового принципа "специальный закон отстраняет общий закон", определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

Иной подход приводит к тому, что содержание статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, оспорившему подозрительную сделку, обходить правила об исковой давности по оспоримым сделкам, что недопустимо.

Таким образом, признание сделки недействительной на основании статьи 10 ГК РФ возможно только в связи с обстоятельствами, не перечисленными в специальных нормах Закона о банкротстве.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 17.06.2014 N 10044/11 особо обращено внимание на недопустимость квалификации сделок с предпочтением или подозрительных сделок как ничтожных в целях обхода правил о сроке исковой давности по оспоримым сделкам.

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда РФ от 09.03.2021 года N 307-ЭС19-20020(9).

В рассматриваемом случае, заявление о признании ФИО1 банкротом принято к производству суда определением от 11.05.2021, оспариваемые сделки, совершенные в период с 20.07.2020 по 15.01.2022, подпадают под условия, названные в диспозиции нормы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Из содержания заявления финансового управляющего следует, что в обоснование предъявленных требований финансовый управляющий ссылается только на нормы ГК РФ.

Вместе с тем, суд полагает, что вменяемые финансовым управляющим нарушения в полной мере укладываются в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, подлежащей применению в качестве специального средства противодействия недобросовестным действиям, нарушающим права кредиторов, в связи с чем, оспариваемые финансовым управляющим сделки подлежат исследованию на предмет признания их недействительными на основании указанной нормы права.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть признана арбитражным судом недействительной сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В пунктах 5 - 7 Постановления №63 разъяснено, что силу указанной нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

По смыслу абзацев 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, в частности, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Согласно абзацу тридцать третьему статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. В соответствии с абзацем тридцать четвертым названной статьи под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Как следует из абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона), либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Судом установлено, что на дату совершения оспариваемых сделок ФИО1 обладала признаками неплатежеспособности с учетом следующих обстоятельств.

16.01.2012 между АО «Россельхозбанк» и ФИО1 заключен кредитный договор <***>, по которому ФИО1 предоставлен кредит в сумме 7 000 000 руб. со сроком возврата основного долга первоначально 31.12.2014 с уплатой процентной ставки за пользование кредитом в размере 14% годовых на пополнение оборотных средств, оплату текущих расходов.

17.06.2013 между АО «Россельхозбанк» и ФИО1 заключен кредитный договор <***> о предоставлении должнику кредита в сумме 12 000 0000 руб. со сроком возврата основного долга первоначально до 05.09.2013 с уплатой процентной ставки за пользование кредитом в размере 15% годовых на строительство базы отдыха.

Поскольку задолженность по кредитным договорам <***> от 16.01.2012, <***> от 17.06.2013 ФИО1 в установленные сроки не была погашена, АО «Россельхозбанк» обращалось в суд о взыскании образовавшейся задолженности в судебном порядке.

В частности, решением Анивского районного суда Сахалинской области от 16.09.2015 по делу № 2-748/2015 с ИП ФИО1, ФИО6 (поручителя) взыскана солидарно в пользу Банка задолженность по кредитному договору <***> от 16.01.2013 в размере 1 283 707,23 руб., расходы по оплате государственной пошлины в сумме 14 618,54 рублей, т.е. по 7 309,27 рублей с каждого.

Решением Анивского районного суда Сахалинской области от 03.07.2018 по делу № 2-2/2018, с учетом определения Анивского районного суда Сахалинской области от 21.02.2019 об исправлении опечатки, с ИП ФИО1, ФИО6 (поручителя) взыскано солидарно в пользу Банка по кредитному договору 16.01.2013 <***> 7 701 526,68 руб. задолженности, из которых 5 613 999,27 руб. – основной долг, 1 363 948,64 руб. – проценты, 45 578,77 руб. – комиссии, 540 000 руб. – пени за несвоевременную уплату основного долга, 135 000 руб. – пени за несвоевременную уплату процентов, 3 000 руб. – пени за просроченную комиссию.

Решением Анивского районного суда Сахалинской области от 29.06.2018 по делу № 2-1/2018, с учетом апелляционного определения от 18.12.2018 по делу № 33-3244/2018 с ИП ФИО1 в пользу Банка взыскана по кредитному договору от 17.06.2013 <***> сумма основного долга – 11 960 000 руб., проценты за пользование кредитом – 5 029 506,66 руб., комиссия за обслуживание кредита – 118 262,13 руб., пеня за несвоевременный возврат основного долга – 285 000 руб., пени за несвоевременную уплату процентов за пользование кредитом – 475 000 руб., пени за просроченную комиссию – 10 000 руб., всего – 17 877 768,79 руб.Этим же решением взысканы с ИП ФИО1 в пользу Банка судебные расходы по оплате госпошлины в размере 72 000 руб.,

Решением Арбитражного суда Сахалинской области от 22.07.2015 по делу № А59-2169/2015 с ИП ФИО1 взыскана задолженность по кредитному договору от 17.06.2013 <***> в сумме 612 586,22 руб. и расходы по оплате госпошлины в сумме 15 251,72 руб.

Наличие данной задолженности явилось основанием для иницирования Банком настоящеего дела о банкротстве ФИО1

В связи с реализацией залогового имущества должника в ходе исполнительного производства задолженность перед Банком по кредитному договору от 16.01.2013 <***> была погашена в полном объеме, а по кредитному договору от 17.06.2013 <***> задолженность на момент введения процедуры реструктуризации долгов (01.02.2023) составила 14 979 537,26 руб., из которых 8 587 179,21 руб. - основной долг, 5 344 436,93 руб. - проценты за пользование кредитом, 153 714,21 руб. - комиссия за обслуживание кредита, 110 000 руб. - комиссия за изменение сроков возврата кредита по инициативе заемщика, 299 206,91 руб. - неустойка за несвоевременный возврат основного долга, 475 000 руб. - неустойка за несвоевременную уплату процентов за пользование кредитом, 10 000 руб. - неустойка за несвоевременную уплату комиссии за обслуживание кредита.

До настоящего времени данная задолженность не погашена.

Приведенные обстоятельства указывают на наличие у ФИО1 неисполненных обязательств на момент совешения оспариваемых сделок и, соответственно, признаков неплатежеспособности.

ФИО3 является дочерью ФИО1, в силу чего стороны признаются заинтересованными по отношению друг к другу на основании статьи 19 Закона о банкротстве.

Между тем, данные обстоятельства не являются безусловным основанием для признания сделок недействительными.

Существенное значение для правильного разрешения настоящего спора являются обстоятельства, касающиеся установления наличия (отсутствия) факта реальности приобретения спорных земельных участков за счет собственных средств ФИО3

Спорные земельные участки расположены в ФИО8 и имеют вид разрешенного использования - ведение дачного хозяйства .

На момент заключения договоров от 20.07.2020 ФИО3 было 15,9 лет.

Согласно пояснениям ФИО3, изложенным в отзывах, приобретение ею земельных участков было осуществлено по предложению (иниц иативе) дедушки ФИО9 (далее – ФИО9), проживавшего по месту нахождения земельных участков (в Республике Карелии) и предоставившего ей в дар необходимые денежные средства.

Доказательства того, что ФИО9 имел финансовую возможность для передаче внучке ФИО3 в дар денежных средств на общую сумму 250 000 рублей, в материалы дела не представлены в связи с его смертью (08.03.2022).

Однако, судом из общедоступных источников в сети Интернет установлено, что ФИО9 являлся Ветераном труда СССР, был награжден медалями «За доблестный труд", «За строительство БАМа», «100-летие со дня рождения В.И. Ленина»; будучи инженером, был известным в Республике Карелии «строителем мостов и тонеллей» (руководил строительством 120 мостов и 9 тоннелей); был автором многих проектов по улучшению транспортной инфраструктуры города Петрозаводска, в частности, вантового моста через Логмозерский пролив в Соломенном, нескольких деревянных мостов через реку Лососику; около 12 лет (начиная 2008 года) за счет собственных средств укладывал велодорожку на трассе «Фонтаны»; являлся автором книг, в частности, словаря «Искусственные сооружения железных и автомобильных дорог» (2008 год) и своей автобиографии.

Указанное, по мнению суда, свидетельствует о наличии у ФИО9 дохода (в том числе, накопленного), позволяющего передать внучке ФИО3 в дар 250 000 руб.

Факт аффилированности ФИО9 и ФИО3 не опровергает возможность дарения денежных средств между ними, поскольку дарение между родственниками не запрещено и в обычной практике осуществляется в устной форме, что не противоречит статье 574 ГК РФ.

В связи со смертью ФИО9 его внучка ФИО3 ограничена в возможности доказывания волеизъявления дедушки на дарение денежных средств.

При таких обстоятельствах, невозможно сделать однозначный вывод о том, что спорные земельные участки не могли были приобретены за счет собственных средств ФИО3 как полученных в дар от ФИО9

Указанное, в свою очередь, не позволяет однозначно констатировать, что должник использовал дочь для вывода имущества посредством создания фигуры номинального собственника.

Дальнейшее внесение ФИО3 земельных участков в качестве паевого взноса в МНПОК «ЧПОК» соотносится с правом распоряжения принадлежащим имуществом по своему усмотрению.

В этой связи, поскольку финансовым управляющим не доказано, что земельные участки были приобретены за счет средств непосредственно должника, а истинная воля сторон сделок не была направлена на порождение соответствующих правоотношений, суд приходит к выводу об отсутствии при совершении оспариваемых сделок цели вывода имущества из конкурной массы ФИО1 и факта причинения вреда кредиторам , в частности, Банку, а потому не находит оснований для признания сделок недействительными.

Кроме того, ФИО3 заявлено о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности.

Как указано выше, вменяемые финансовым управляющим нарушения в полной мере укладываются в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 Постановления №63, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий, в том числе исполняющий его обязанности (абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Таким образом, действующее законодательство связывает начало течения срока исковой давности со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Как отражено в определении Верховного Суда РФ от 05.02.2016 N 304-ЭС14-5681(7) по делу N А46-1949/2013, начало течения срока исковой давности определяется не только моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность узнать о нарушении права.

Из материалов дела следует, что первоначальный финансовый управляющий ФИО7 утверждена определением суда от 01.02.2023 при введении процедуры реструктуризации долгов гражданина.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина (пункт 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

В этой связи, финансовый управляющий ФИО7, правопреемником которой на основании пункта 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве является финансовый управляющий ФИО2 , действуя разумно и осмотрительно в интересах кредиторов должника, в ходе процедуры реструктуризации долгов должна была исполнить предусмотренную законодательством о банкротстве обязанность и оперативно запросить всю необходимую для осуществления своих полномочий информацию, в частности, об имуществе и сделках должника и членов его семьи за три года до возбуждения дела о банкротстве, из которой были бы установлены сведения об оспариваемых сделках, при том, что возможность по истребованию информации об имуществе и сделках несовершеннолетних детей должника была дана Верховным Судом РФ в определении от 15.11.2021 №307-ЭС19-23103, то есть соответствующие разъяснения уже имелись в период процедуры банкротства ФИО1

Учитывая государственную регистрацию перехода права собственности на спорные земельные участки к ФИО3 (23.07.2020) и МПОК «ЧПОК» (10.04.2023), информация о совершенных сделках была доступна и могла быть финансовым управляющим своевременно получена.

Более того, судом установлено, что 16.12.2022 АО «Россельхозбанк» обращался к ФИО7 как к финансовому управляющему ФИО6 (на тот момент супруга ФИО1, также находящегося в процедуре банкротства (дело А59-1614/2021)) с требованием принять меры к установлению оснований возникновения права собственности ФИО3 , в том числе, на земельные участки с кадастровыми номерами 10:03:0082405:154, 10:03:0082405:155 (данное требование представлено 12.09.2024 в рамках дела А59-1613/2021 о банкротстве ФИО1 финансовым управляющим с ходатайством об истребованиии доказательств).

Следовательно, ФИО7, одновременно исполнявшая обязанности финансового управляющего ФИО1 и ФИО6, должна была и могла своевременно получить информацию о наличии оспариваемых сделок и в пределах годичного срока от момента введения процедуры реструктуризации обратиться в суд с настоящим заявлением.

Исходя из этого, обращение финансового управляющего ФИО2 в суд с настоящим заявлением 11.02.2025 осуществлено с пропуском годичного срока исковой давности.

Надлежащих доказательств, подтверждающих наличие каких-либо объективных препятствий для подачи настоящего заявления в пределах годичного срока исковой давности, в материалы настоящего дела не представлено.

Пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований (абзац 2 пункта 2 статьи 199 ГК РФ).

Резюмируя изложенное, суд отказывает в удовлетворении требований финансового управляющего ФИО2 в полном объеме.

В соответствии с частью 2 статьи 168 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд, наряду с иными вопросами, решает, в том числе, вопросы о распределении судебных расходов.

Согласно части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

При обращении в суд с настоящим заявлением финансовым управляющим ФИО2 было заявлено ходатайство об отсрочке уплаты государственной пошлины.

Ввиду отказа в удовлетворении требований финансового управляющего в федеральный бюджет подлежит взысканию государственная пошлина за счет конкурсной массы должника.

Вместе с тем, учитывая тяжелое финансовое положение должника, суд на основании пункта 2 статьи 333.22 Налогового кодекса РФ уменьшает размер подлежащей взысканию государственной пошлины до 3 000 рублей.

Руководствуясь ст.ст.32, 61.8 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», ст. ст.110, 184-187, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Резолютивная часть

О П Р Е Д Е Л И Л :

В удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО2 отказать.

Взыскать за счет конкурсной массы ФИО1 (ИНН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 рублей.

Определение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд в течение 1 месяца.

Судья Н.Н.Попова