Постановление от 21 октября 2020 г. ФАС УО (ФАС Уральского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-354/19

Екатеринбург

21 октября 2020 г.

Дело № А71-330/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 14 октября 2020 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 21 октября 2020 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Столяренко Г.М.,

судей Шершон Н.В., Новиковой О.Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Гарант» (далее – общество «Гарант») на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 27.12.2019 по делу № А71-330/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.07.2020 по тому же делу.

В судебном заседании принял участие представитель общества «Гарант» – ФИО1 (доверенность от 29.07.2020) посредством системы «Онлайн-заседание».

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично, путем размещения информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 28.03.2019 ФИО2 (далее – должник) признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 22.12.2019 ФИО3 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего; определением Арбитражного суда Удмуртской Республики

от 03.02.2020 финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО4.

ФИО5 обратился в Арбитражный суд Удмуртской Республики с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в общей сумме 7 201 232 руб. 88 коп., возникшей из договора займа от 20.04.2017, заключенного должником и ФИО6, право (требование) которой приобретено им у ФИО6 по договору цессии от 01.10.2017.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО6

Кроме того, в Арбитражный суд Удмуртской Республики поступило заявление ФИО7 (конкурсный кредитор) о признании вышеуказанных договоров займа и уступки права (требования) недействительными, применении последствий недействительности сделок.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 12.04.2019 данное заявление принято к совместному рассмотрению с заявлением

ФИО5

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 27.12.2019 заявление ФИО5 удовлетворено: в реестр требований кредиторов ФИО2 в составе третьей очереди включено требование ФИО5 в размере 7 201 232 руб. 88 коп.; в удовлетворении заявления ФИО7 в части признания недействительным договора займа

от 20.04.2017 отказано; заявление ФИО7 в части оспаривания договора уступки права (требования) от 01.10.2017 оставлено без рассмотрения.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда

от 07.07.2020 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, общество «Гарант» (конкурсный кредитор) обратилось в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить и принять по делу новый судебный акт, которым отказать во включении в реестр требований кредиторов должника требования ФИО5, заявление ФИО7 удовлетворить – признать недействительными оспариваемые сделки и применить последствия их недействительности. По мнению заявителя, судом первой инстанции не исследована финансовая возможность ФИО6 передать должнику заемные средства в соответствующем размере. Судом апелляционной инстанции данный вопрос исследован, однако в нарушение статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела приобщены новые доказательства, объективная невозможность предоставления которых в суд первой инстанции не установлена. Кроме того, суд апелляционной инстанции основывает свои выводы в части расходования денежных средств должником на доказательствах, которые не приобщены к материалам дела, не были представлены участвующим в деле лицам для ознакомления, тем самым нарушены принципы равноправия и состязательности сторон в арбитражном процессе. По мнению заявителя, в связи с тем, что оспариваемые сделки были совершены аффилированными лицами, судам надлежало применить в отношении них повышенный стандарт доказывания. Кроме того, общество «Гарант» указывает, что судом апелляционной инстанции сделан ошибочный вывод о наличии у ФИО6 финансовой возможности для предоставления заемных средств ФИО2 Указанными лицами создан фиктивный оборот денежных средств, ФИО2 перечисляла

ФИО6 денежные средства в оплату предоставленных ей юридических услуг в размере 550 000 руб., эти же денежные средства ФИО6 предоставлял ФИО2 по договору займа. Кассатор указывает, что судами сделан неверный вывод об экономической целесообразности получения должником займа: финансовое состояние ФИО2 на момент заключения договора займа свидетельствовало о ее платежеспособности, необходимость в получении заемных средств отсутствовала. Общество «Гарант» также указывает, что судами сделан неверный вывод о разумности действий ФИО5 по приобретению спорного права (требования). Указанная им цель (приобретение принадлежащих ФИО2 акций открытого акционерного общества «Информпечать» (далее – общество «Информпечать»)) прямо указывает на намерение установить контроль над процедурой банкротства. Требование о признании недействительным договора уступки права (требования) неправомерно оставлено судами без рассмотрения. Поскольку ФИО5 не представлены доказательства оплаты за уступаемое право (требование), не доказана финансовая возможность произвести данную оплату, договор уступки права (требования) должен быть признан недействительным.

ФИО2, ФИО5 представили отзывы на кассационную жалобу, в которых просят в удовлетворении кассационной жалобы отказать.

В судебном заседании представитель общества «Гарант» доводы кассационной жалобы поддержал, настаивал на ее удовлетворении.

Законность обжалуемых судебных актов проведена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судами и следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 16.01.2018 по заявлению ФИО7 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО2

Определением арбитражного суда от 07.09.2018 заявление признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов. В реестр требований кредиторов должника включена задолженность ФИО2 перед ФИО7 по договору займа от 14.03.2016 в размере 2 702 200 руб. 35 коп.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 28.03.2019 ФИО2 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина.

В реестр требований кредиторов должника включены требования:

• общества «Гарант» в размере 385 980 руб. 93 коп. (определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 14.12.2018). Задолженность возникла в результате взыскания судебных расходов с ФИО2 при рассмотрении заявлений в рамках корпоративного спора по поводу акций общества «Информпечать» (дело № А71-11814/2014);

• ФИО8 в размере 230 295 руб. 08 коп. – основной долг, 68 149 руб. 91 коп. – неустойка (определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 28.01.2019). Требование основано на договоре займа от 14.03.2016, по которому обязательства по возврату денежных средств ФИО2 не исполнены надлежащим образом;

• ФИО7 в размере 2 702 200 руб. 35 коп. (апелляционное определение Судебной коллегии Верховного Суда Удмуртской Республики

от 04.12.2017 по делу № 33-5554). Обязательства должника возникли в результате частичной уступки права (требования) ФИО8 к должнику из вышеуказанного договора займа на основании договора от 13.12.2016;

• Федеральной налоговой службы в размере 152 394 руб. 03 коп. (определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 17.10.2019).

С заявлением о включении требования в реестр требований кредиторов должника обратился ФИО5, указал на наличие у должника перед ним неисполненных обязательств в сумме 7 201 232 руб. 88 коп. по договору займа от 20.04.2017.

Согласно данному договору, заключенному между ФИО6 (займодавец) и ФИО2 (заемщик) займодавец обязуется предоставить заемщику денежные средства в размере 4 400 000 руб. для целей погашения задолженности по договору на оказание юридических услуг от 01.10.2014.

Срок возврата переданных по договору денежных средств установлен 31.12.2017; в случае невозврата денежных средств в установленный срок, заемщик уплачивает проценты в размере 35 % годовых; возвратность задолженности по договору займа обеспечивается неустойкой в размере 0,1 % от суммы задолженности.

Передача денежных средств по договору займа подтверждается представленными в материалы дела копиями заявлений ФИО6 о переводе денежных средств, расходными кассовыми ордерами, приходными кассовыми ордерами за период с апреля 2017 года по июнь 2017 года.

Обязательства по возврату денежных средств не были исполнены заемщиком надлежащим образом.

ФИО6 (цедент) на основании договора от 01.10.2017 уступил ФИО5 (цессионарию) права (требования) к ФИО2, вытекающие из названного договора займа.

Согласно дополнительному соглашению к указанному договору в счет оплаты уступаемых прав требования к должнику цессионарий передает в собственность цедента земельный участок по адресу: г. Ижевск,

ул. Автономная, 21, площадью 592 кв. м со всеми расположенными на нем объектами недвижимости. Дополнительным соглашением также установлено, что в случае оспаривания договора уступки права (требования) или иной угрозы неисполнения уступленных по договору прав цедент не вправе требовать от цессионария передачу права собственности на указанный земельный участок.

Из пояснений ФИО5, данных им в ходе рассмотрения спора, следует, что целью приобретения им права (требования) к ФИО2 являлся последующий зачет требований, поскольку он намерен приобрести акции должника в обществе «Информпечать».

Конкурсный кредитор ФИО7, оспаривая договор целевого займа от 20.04.2017 и договор уступки права (требования) от 01.10.2017, ссылался, во-первых, на отсутствие у ФИО6 финансовой возможности предоставить ФИО2 крупный заем, во-вторых, на отсутствие у ФИО5 финансовой возможности выкупить права (требования) к должнику. По мнению ФИО7, данные сделки реально не исполнялись, направлены на причинение вреда кредиторам. Кроме того, заявитель обращал внимание на то, что оспариваемые сделки совершены между заинтересованными лицами. По мнению ФИО7, участники оспариваемых сделок злоупотребляют правом.

Рассмотрев заявленные требования, оценив доводы и возражения сторон, исследовав представленные в дело доказательства с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу об обоснованности заявления ФИО5 в отношении спорной задолженности. В иске ФИО7 об оспаривании договора займа суды отказали, посчитав его доводы несостоятельными.

При этом суды исходили из следующего.

В силу пункта 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63), в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах).

Согласно пункту 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

В данном случае оснований считать, что оспариваемый договор займа заключен со злоупотреблением правом его сторонами, суды не установили, напротив, по результатам исследования и оценки совокупности доказательств, представленных с учетом правильного распределения бремени доказывания, возлагающего на заинтересованное лицо – кредитора, являющегося сыном ФИО2 (а также на его правопреемника), повышенные требования к подтверждению значимых для дела обстоятельств (исходя из чего представленные им доказательства должны носить безупречный характер), заключили, что отношения между кредитором и должником носили реальный характер: материалами дела подтверждена как передача денежных средств ФИО6 должнику (представлены первичные документы, денежные средства вносились на счет должника), так и финансовая возможность заем предоставить (в подтверждение данного обстоятельства в материалы дела представлены выписки по расчетному счету, документы, подтверждающие сделки ФИО6, принесшие ему доход, получение ФИО6 денежных средств по кредитному договору). Факт поступления

ФИО2 соответствующей суммы займа и расходование ее на оплату собственных обязательств подтверждается выпиской по ее расчетному счету.

При таких обстоятельствах, установив реальность заемных отношений, отсутствие доказательств оплаты долга кредитору, приняв во внимание факт уступки спорного долга новому кредитору, суды правомерно включили требования ФИО5 в реестр требований кредиторов должника в заявленной сумме.

Довод общества «Гарант» о том, что материалами дела не подтверждена финансовая возможность ФИО6 выдать должнику заем в сумме 4 400 000 руб., в том числе с учетом того, что частично деньги поступали ФИО6 от самого должника в счет оплаты оказанных юридических услуг, подлежит отклонению. Соответствующие обстоятельства были исследованы судами, сделан вывод о том, что данный факт сам по себе не подтверждает отсутствия у ФИО6 финансовой возможности предоставить указанный заем. В представленных отзывах и пояснениях ФИО2, ФИО6 не отрицают, что производимые ими операции по перечислению денежных средств были направлены на изменение основания возникновения задолженности ФИО2 перед ФИО6 с договора об оказании юридических услуг от 01.10.2014 на договор целевого займа от 21.04.2017. Данные обстоятельства также не свидетельствуют и о злоупотреблении правом указанных лиц, поскольку не нарушают требования закона, не причиняют ущерб иным лицам.

Довод кассатора о нарушении судом апелляционной инстанции положений статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в части приобщения к материалам дела дополниетльных доказательств, является несостоятельным.

Согласно указанной норме дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными.

Документы, представленные для обоснования возражений относительно апелляционной жалобы в соответствии со статьей 262 Кодекса, принимаются и рассматриваются арбитражным судом апелляционной инстанции по существу.

В силу пункта 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», поскольку арбитражный суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по независящим от него уважительным причинам.

Учитывая, что в суде первой инстанции финансовая возможность ФИО6 предоставить заем не исследовалась, а в суде апелляционной инстанции данный вопрос правомерно включен в предмет доказывания и поставлен на обсуждение сторон, приобщение судом к материалам дела новых доказательств в подтверждение данных обстоятельств не является нарушением закона.

Довод кассатора о том, что должник не нуждался в предоставлении заемных средств, а сделка была заключена на невыгодных условиях, не может быть признан обоснованным, поскольку само по себе данное обстоятельство не свидетельствует о недействительности сделки. В силу принципа свободы договора, участники гражданских правоотношений вправе по собственной воле определять условия заключаемых ими договоров.

Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному и правомерному выводу об отсутствии правовых оснований для признания договора займа недействительным. В действиях участников сделки не усматривается злоупотребления правом, их действия не были направлены на причинение имущественного вреда иным лицам. Приведенные в кассационной жалобе доводы, касающиеся данной сделки, не опровергают выводов судов первой и апелляционной инстанций о соответствии договора займа требованиям закона.

Суд округа также полагает, что судом первой инстанции правомерно оставлено без рассмотрения заявление ФИО7 в части признания недействительным договора уступки права (требования) к ФИО2

от 01.10.2017.

Как верно указано судами, оспариваемая сделка совершена без участия должника и не за его счет. Закон о банкротстве предоставляет конкурсному кредитору, иным лицам право оспаривать сделки должника, а также иные сделки, которые приводят к изменению имущественного положения должника. Споры по сделкам, не содержащим указанных признаков, рассмотрению в рамках дела о банкротстве не подлежат.

Довод общества «Гарант» о необходимости применения к ФИО5 повышенного стандарта доказывания в силу того, что участники оспариваемых сделок являются аффилированными лицами, судом округа отклоняется, поскольку в данной части требования закона судами не нарушены. Как уже было указано, суды при рассмотрении спора в отношении займа, предоставленного должнику заинтересованным лицом, следовали указанному принципу проверки достоверности требования, предполагающему устранение любых сомнений в реальности долга. Представленные кредитором доказательства, согласно выводам судов, данному критерию соответствуют. Оснований для иной оценки соответствующих обстоятельств у суда округа в силу его компетенции не имеется.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций являются верными, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и представленным в материалы настоящего спора доказательствам, основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные правоотношения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены обжалуемых судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Резолютивная часть

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 27.12.2019 по делу № А71-330/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.07.2020 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Гарант» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Г.М. Столяренко

Судьи Н.В. Шершон

О.Н. Новикова