Постановление от 15 апреля 2026 г. ФАС ВВО (ФАС Волго-Вятского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

ул. Большая Покровская, д. 1, Нижний Новгород, 603000

http://fasvvo.arbitr.ru

______________________________________________________________________________

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Нижний Новгород

Дело № А11-5337/2019

15 апреля 2026 года

Резолютивная часть постановления объявлена 09.04.2026.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Елисеевой Е.В.,

судей Кузнецовой Л.В., Прытковой В.П.

при участии представителей

от общества с ограниченной ответственностью

«Научно-производственный комплекс «Биопрепарат»:

ФИО1 по доверенности от 20.02.2026

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

общества с ограниченной ответственностью

«Научно-производственный комплекс «Биопрепарат»

на определение Арбитражного суда Владимирской области от 12.08.2025 и

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2026

по делу № А11-5337/2019

по заявлению общества с ограниченной ответственностью

«Научно-производственный комплекс «Биопрепарат»

о субординировании и об исключении требований

акционерного общества «Институт биотехнологий ветеринарной медицины»

из реестра требований кредиторов

акционерного общества «Покровский завод биопрепаратов»

(ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

и у с т а н о в и л :

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Покровский завод биопрепаратов» (далее – Завод; должник) его конкурсный кредитор – общество с ограниченной ответственностью «Научно-производственный комплекс «Биопрепарат» (далее – Комплекс) обратился в Арбитражный суд Владимирской области с заявлением об исключении требования акционерного общества «Институт биотехнологий ветеринарной медицины» (далее – Институт) в размере 65 285 133 рублей 13 копеек из реестра требований кредиторов должника и о субординации (удовлетворении в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты) включенного в реестр требования Института в размере 5 337 323 рублей 29 копеек.

Заявление мотивировано наличием оснований, исключающих возможность нахождения указанных требований Института в реестре требований кредиторов должника, установленных постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.12.2024 по делу № А40-62370/2020, а именно: фиктивный характер лицензионного договора, заключенного сторонами с целью вывода денежных средств из имущественной массы должника по прекращенному праву последнего на секрет производства (использование ноу-хау), длительное неистребование Институтом с Завода задолженности по договору на выполнение лабораторных работ и предоставление ему тем самым компенсационного финансирования, как аффилированному лицу через общих контролирующих лиц.

Суд первой инстанции определением от 12.08.2025, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2026, отказал в удовлетворении заявления Комплекса.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, Комплекс обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение от 12.08.2025 и постановление от 30.01.2026 и принять по спору новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на неправильное применение судами пункта 8 статьи 71 и пункта 8 статьи 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), смешение ими понятий «новые доводы» и «новые обстоятельства».

Как полагает заявитель жалобы, Закон о банкротстве связывает возможность исключения требований из реестра требований кредиторов должника не с формальной новизной формулировок, а с выявлением обстоятельств, свидетельствующих о необоснованности этих требований. В обоснование заявления Комплекс ссылался не на абстрактные возражения относительно аффилированности или экономической нецелесообразности сделок, а на судебные акты арбитражных судов, принятые по связанным спорам, которыми установлены юридически значимые обстоятельства: отсутствие действующего исключительного права Завода на ноу-хау, мнимость лицензионной модели и признаки компенсационного финансирования должника со стороны Института. Данные судебные акты приняты позднее определения суда от 03.05.2023 о включении требований Института в реестр требований кредиторов должника и объективно не могли быть предметом судебной оценки при первоначальном рассмотрении соответствующего спора.

По мнению заявителя, судами неправильно распределено бремя доказывания, нарушен принцип состязательности сторон, не проанализировано содержание судебных актов, на которые ссылался Комплекс; суд апелляционной инстанции необоснованно констатировал осведомленность правопредшественника Комплекса (ФИО2) об обстоятельствах, указанных в заявлении.

Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе и поддержаны его представителем в судебном заседании.

В письменных отзывах на кассационную жалобу конкурсный управляющий Завода ФИО3 поддержал позицию Комплекса; Институт в лице конкурсного управляющего ФИО4 отклонил доводы заявителя жалобы, указав на законность и обоснованность принятых судебных актов. Конкурсный управляющий должника ФИО3 ходатайствовал о рассмотрении жалобы без его участия.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, отзывов не представили, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность определения Арбитражного суда Владимирской области от 12.08.2025 и постановления Первого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2026 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе и в отзывах на нее, и заслушав представителя Комплекса, суд округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованных судебных актов.

Как следует из материалов дела, Арбитражный суд Владимирской области решением от 30.09.2022 признал Завод несостоятельным (банкротом) и открыл в отношении его имущества конкурсное производство.

Определением от 03.05.2023 арбитражный суд включил в третью очередь реестра требований кредиторов должника требования Института в размере 69 622 456 рублей

45 копеек, в том числе 64 285 133 рублей 13 копеек по договору на выполнение лабораторных работ от 01.09.2011 № 183/1-01/11 и 5 337 323 рублей 29 копеек – по лицензионному договору на использование ноу-хау от 01.02.2013 № 24-01/13.

Посчитав, что имеются обстоятельства, исключающие возможность нахождения требований Института в реестре требований кредиторов должника, его конкурсный кредитор – Комплекс обратился в арбитражный суд с заявлением об исключении требования в размере 65 285 133 рублей 13 копеек из реестра и о субординации требования в размере 5 337 323 рублей 29 копеек.

По общему правилу требования кредиторов включаются в реестр и исключаются из него арбитражным управляющим исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер (пункт 6 статьи 16 Закона о банкротстве).

Лица, участвующие в деле о банкротстве, вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением об исключении требований кредитора из реестра требований кредиторов в соответствии с пунктом 8 статьи 71 и пунктом 8 статьи 100 Закона о банкротстве.

Арбитражный суд, рассматривая заявление заинтересованного лица об исключении требований кредитора из реестра, не пересматривает судебный акт, которым требования такого кредитора были включены в реестр, а рассматривает правомерность нахождения данного кредитора в реестре после возникновения оснований, в связи с которыми заявитель просит данные требования исключить.

Возможность исключения требования из реестра требований кредиторов, предусмотренная пунктом 6 статьи 16 Закона о банкротстве, реализуется в исключительных случаях, в частности: в результате отмены в предусмотренном процессуальном законодательстве порядке судебного акта, на основании которого требование было включено в реестр, либо по заявлениям кредиторов об исключении их собственных требований из реестра кредиторов. Иной подход противоречил бы установленному порядку пересмотра вступивших в силу судебных актов и принципу обязательности судебных актов.

Для исключения требований кредиторов из реестра подлежат установлению безусловные обстоятельства, свидетельствующие о неправомерном нахождении требования кредитора в реестре. Данные основания (доказательства) должны иметь бесспорный характер, поскольку обоснованность требований кредитора была проверена судом при рассмотрении вопроса о включении данных требований в реестр.

По смыслу пункта 8 статьи 71 и пункта 8 статьи 100 Закона о банкротстве в качестве основания для исключения требования кредитора из реестра или для изменения его очередности не могут быть приняты доводы и доказательства, которые заявлялись при рассмотрении обособленного спора по существу. В таком случае производство по заявлению об исключении требования или об изменении его очередности подлежит прекращению (абзац первый пункта 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 № 40 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29.05.2024 № 107-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 40).

Оценив представленные в дело доказательства по правилам, предусмотренным статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций не усмотрели оснований для исключения требований Института из реестра требований кредиторов и о понижения их очередности.

Суды учли, что обстоятельства, связанные с аффилированностью кредитора по отношению к должнику, недоказанностью реальности исполнения Институтом договора на выполнение лабораторных работ от 01.09.2011 № 183/1-01/11 и отсутствием правовых оснований для уплаты Заводом (лицензиатом) в пользу Института (лицензиара) лицензионного вознаграждения по лицензионному договору на использование ноу-хау от 01.02.2013 № 24-01/13, являлись предметом судебной проверки при рассмотрении спора о включении требований Института в реестр требований кредиторов должника.

В частности, уполномоченный орган в ходе рассмотрения указанного спора приводил доводы, отклоненные арбитражным судом, о прекращении у Института 03.11.2010 исключительного права на секрет производства, предоставление права использования которого являлось предметом лицензионного договора, и о прекращении 04.11.2014 действий самого патента, вследствие чего не имелось оснований для заключения такого договора, а также на нереальность договора на выполнение лабораторных работ и на необращение кредитора за взысканием задолженности по нему вплоть до введения в отношении должника процедуры банкротства. При этом уполномоченный орган ссылался на рассмотрение в Арбитражном суде Московской области и Арбитражном суде города Москвы споров по обоснованности заключения Институтом и ФГУП «Щелковский биокомбинат» лицензионного договора от 23.03.2012 по аналогичным основаниям (дела

№ А41-92254/2015, А41-76059/2018, А41-93337/2019, А41-98463/2019 и А40-143467/2017).

Наряду с изложенным суд апелляционной инстанции принял во внимание, что Комплекс является правопреемником конкурсного кредитора ФИО2, которая имела возможность заявлять возражения по требованиям Института и очередности их удовлетворения, а также, помимо прочего, активно участвовала при рассмотрении иных обособленных споров в рамках дела о банкротстве должника. Соответственно, заинтересованные лица не были лишены права на судебную защиту посредством заявления соответствующих доводов и возражений при рассмотрении требований Института и обжалования судебных актов. Вместе с тем правом на апелляционное обжалование определения арбитражного суда о включении требований Института в реестр требований кредиторов должника участвующие в деле лица не воспользовались.

В абзаце втором пункта 33 Постановления № 40 разъяснено, что при рассмотрении заявления об исключении требования кредитора из реестра или для изменения его очередности не могут быть приняты доводы и доказательства, о которых заявитель знал и которые он имел возможность привести и представить в составе возражений при рассмотрении требования кредитора по существу, поскольку они фактически направлены на пересмотр судебного акта.

При установленных судами обстоятельствах аналогичные приведенным уполномоченным органом доводы, заявленные Комплексом, не могут служить основанием для исключения требований Института из реестра и об их субординации, так как фактически направлены на пересмотр вступившего в законную силу определения суда от 03.05.2023, порядок которого регламентирован главами 34 – 37 Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Таким образом, суд первой инстанции, с позицией которого согласился апелляционный суд, пришел к правомерному выводу о наличии оснований для прекращения производства по заявлению Комплекса, предусмотренных в абзаце первом пункта 33 Постановления № 40.

Ссылка заявителя кассационной жалобы на неверное применение судами перечисленных правовых позиций является несостоятельной и основана на их ошибочном толковании.

Вопреки утверждению кассатора, суды правильно распределили бремя доказывания по спору, так как именно на заявителя законодателем возложена обязанность представления доказательств наличия оснований, исключающих возможность нахождения требований кредитора в реестре.

Выводы судов двух инстанций соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, сделаны исходя из конкретных обстоятельств спора и основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные отношения.

Несогласие заявителя с выводами судебных инстанций, основанными на оценке доказательств, равно как и иной подход к интерпретации примененных судами нормативных положений и установленных обстоятельств, не свидетельствует об ошибочном толковании и применении норм права непосредственно к установленным фактическим обстоятельствам, не подтверждает существенных нарушений норм материального и процессуального права, повлиявших на исход спора.

Обжалованные судебные акты приняты при правильном применении норм права, содержащиеся в них выводы не противоречат установленным по спору фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам. Оснований для отмены судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы относится на заявителя.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

Резолютивная часть

П О С Т А Н О В И Л :

определение Арбитражного суда Владимирской области от 12.08.2025 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2026 по делу № А11-5337/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственный комплекс «Биопрепарат» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

Е.В. Елисеева

Судьи

Л.В. Кузнецова

В.П. Прыткова