К тексту акта
Областной судАпелляцияОставлено без изменения

Апелляционное определение № 33-4575/2026 от 12 мая 2026 г.

Новосибирский областной суд

Дата сверена
Дело № 33-4575/2026

Итог · из резолютивной части

Решение Первомайского районного суда г. Новосибирска от 14 января 2026 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 и апелляционное представление прокурора Первомайского района г. Новосибирска – без удовлетворения.

Читать резолютивную часть целиком

Реквизиты

Суд
Новосибирский областной суд
Номер дела
33-4575/2026
УИД
54RS0008-01-2023-003294-98Идентификатор дела: присваивается в первой инстанции и не меняется до Верховного Суда.
Изготовлен полностью
Заявитель
Прокурор Первомайского района г. НовосибирскаПодал жалобу или заявление, которое разрешает этот акт.
Судьи
Коваленко В.В., Гаврильца К.А., Пащенко Т.А.
Вид дела
Гражданские дела
Регион
Новосибирская область
Суть спора
Гражданин требовал взыскать с другого гражданина материальный ущерб, убытки и компенсацию морального вреда, причинённые ДТП, ссылаясь на вину второго водителя; суд в иске отказал, апелляция оставила решение без изменения.
Опубликован
sudact.ru (откроется в новой вкладке)

Текст акта

УИД 54RS0008-01-2023-003294-98

Судья Андриенко Т.И. Дело № 2-10/2026

Докладчик Коваленко В.В. Дело № 33-4575/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Новосибирского областного суда в составе:

председательствующего Коваленко В.В.

судей Гаврильца К.А., Пащенко Т.А.

с участием прокурора Руппа Г.М.

при секретаре Третьяк А.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Новосибирске 12 мая 2026 года гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании ущерба, компенсации морального вреда

по апелляционной жалобе ФИО1, апелляционному представлению прокурора Первомайского района г. Новосибирска на решение Первомайского районного суда г. Новосибирска от 14 января 2026 г.

Заслушав доклад судьи Новосибирского областного суда Коваленко В.В., объяснения ФИО1 и его представителя – ФИО3, представителя ФИО2 – ФИО4, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО1 обратился в суд с иском ФИО2 в котором, с учетом уточнения исковых требований, просил взыскать материальный ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия, в сумме 220 800 рублей, компенсацию морального вреда в связи с причинением вреда здоровью в сумме 200 000 рублей, убытки в сумме 24 310 рублей, а также расходы по оплате юридических услуг в размере 44 000 рублей, расходы по составлению досудебного экспертного заключения – 15 000 рублей, расходы по оплате судебно-медицинской экспертизы - 38 600 рублей, расходы по оплате судебной автотехнической экспертизы - 53 630 рублей, расходы по оплате государственной пошлины 6 541,10 рублей.

В обоснование иска указано, что 12.10.2022 г. в 06-59 час. в районе станции метро «Октябрьская» г. Новосибирска произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобилей Тойота Суцид под управлением ФИО1 и Хендай Крета под управлением ФИО2 Указанное ДТП произошло вследствие нарушений ФИО2 Правил дорожного движения, которая в нарушение п. 8.4 ПДД РФ при перестроении вправо не уступила дорогу транспортному средству истца, движущемуся попутно справа от нее без изменения направления движения.

В результате ДТП транспортному средству истца были причинены значительные механические повреждения. Кроме того истцу был причинен средней тяжести вред здоровью, в частности, закрытая тупая травма правой стопы в виде перелома основания 5-й плюсневой кости с развитием отека мягких тканей правой стопы, кровоподтека правой стопы. В ходе излечения истцу было проведено две операции по установке металлической спицы и ее последующего удаления. До настоящего времени здоровье истца не восстановлено на прежнем уровне, последствием также является невозможность активных занятий спортом.

СПАО «Ингосстрах» выплатило истцу страховое возмещение в сумме 400 000 рублей. Однако, стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца после ДТП в соответствии с заключением Компании Новоэкс составляет 620 800 рублей.

Кроме того, при рассмотрении дела об административном правонарушении по жалобе ФИО2, истцом понесены расходы на представителя и почтовые расходы, размер убытков составляет 24 310 рублей.

В добровольном порядке истец от возмещения материального ущерба, убытков и компенсации морального вреда уклоняется, что явилось основанием для обращения в суд с указанным иском.

Решением Первомайского районного суда г. Новосибирска от 14 января 2026 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о взыскании ущерба, компенсации морального вреда отказано.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение отменить, принять по делу новое решение, которым исковые требования удовлетворить.

В обоснование апелляционной жалобы выражает несогласие с выводами суда о том, что ДТП произошло по вине ФИО1 При этом указывает, что в материалах дела отсутствуют доказательства подтверждающие, что ДТП произошло по вине ФИО1

По мнению апеллянта, заключение судебной экспертизы доказательством вины истца в ДТП быть не может, поскольку выводы эксперта основаны только на его предположениях, носят вероятный характер. Экспертом был неверно установлен механизм ДТП. Экспертом не учтено, что ФИО1 перед столкновением пытался маневрировать, пытался уйти от столкновения, таким образом, точки смещения обозначены с учетом снижения скорости ФИО1 и маневрированием - поворотом автомобиля вправо от ответчика. Поэтому точки, взятые экспертом для расчета линейного перемещения от начал прерывистой линии неверны, поскольку поперечное смещение было не линейным, а резко меняющим направление и угол смещения в сторону тротуара. Также экспертом была неверно установлена скорость движения автомобиля истца.

Также апеллянт отмечает, что эксперт установил, что ответчик нарушила п. 8.1, 8.4 ПДД и ее действия находятся в причинно-следственной связи с совершенным ДТП.

В апелляционном представлении прокурор Первомайского района г. Новосибирска просит решение отменить, принять по делу новое решение.

В обоснование апелляционного представления выражает несогласие с выводами суда об отсутствии вины ответчика в ДТП. При этом указывает, что судом не было учтено нарушение ФИО2 п.п. 8.1, 8.4 ПДД РФ.

По мнению прокурора, вывод суда о том, что перестроение обоих транспортных средств из второй полосы в первую могло происходить с незначительным временным интервалом, в связи с чем транспортное средство Тойота Суцид не попало в обзор бокового зеркала транспортного средства Хендай Крета и указанное обстоятельство не связано с действиями ответчика, который двигался без нарушений ПДД РФ, является неверным.

Кроме того, прокурор указывает, что основанием для освобождения владельцев источников повышенной опасности от ответственности за возникший вред независимо от того, виновен владелец источника повышенной опасности в причинении вреда или нет, является умысел потерпевшего или непреодолимая сила. Умысел истца за причинение ему вреда здоровью или действия непреодолимой силы в ходе рассмотрения гражданского дела не установлены, напротив материалами подтверждается, что истец пытался избежать совершения дорожно-транспортного происшествия.

Проверив материалы дела на основании ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы и апелляционного представления, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 12.10.2022 г. в 06-59 час. в районе <адрес> произошло столкновение двигавшихся в попутном направлении автомобилей Тойота Суцид под управлением ФИО1 и Хендай Крета под управлением ФИО2 В результате ДТП оба транспортных средств получили повреждения, а ФИО1 и ФИО2 получили телесные повреждения.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 утверждал, что вышеуказанное ДТП произошло по вине ФИО2, которая при перестроении в правую крайнюю полосу создала помеху ФИО1, двигавшемуся справа в попутном направлении, чем нарушила требования п. 8.4 Правил дорожного движения.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 1079, 1064 ГК РФ, исходил из того, что ДТП, в котором ФИО1 были причинены телесные повреждения, а его автомобилю – механические повреждения, произошло по вине последнего.

При этом, суд посчитал установленным, что ФИО2 выполняла разрешенный маневр перестроения в месте прерывистой линии разметки на полосу дороги для движения маршрутных транспортных средств для дальнейшего поворота направо, а ФИО1, проявив пренебрежение к установленному порядку движения транспортных средств, извлекая преимущество из своего незаконного поведения, двигался по полосе для маршрутных транспортных средств в нарушение прямого запрета, что находится в прямой причинно-следственной связи с наступившим ДТП.

Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда первой инстанции, как соответствующими закону и обстоятельствам дела.

В соответствии с абзацем вторым п. 3 ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Положениями ст. 1064 ГК РФ установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда (п. 1).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2).

В соответствии с вышеуказанными положениями закона применительно к настоящему спору, обязанность по возмещению вреда, причиненного ФИО1 в ДТП от 12.10.2022 г., может быть возложена на ФИО2 случае наличия с её стороны виновного противоправного поведения, состоящего в причинно-следственной связи с ДТП.

Согласно п. 4 ст. 24 Федерального закона от 10.12.1995 г. N 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» участники дорожного движения обязаны выполнять требования настоящего Федерального закона и издаваемых в соответствии с ним нормативно-правовых актов в части обеспечения безопасности дорожного движения.

Следовательно, для правильного разрешения настоящего спора суду первой инстанции следовало установить, чьи действия (ФИО1 или ФИО2) не соответствовали требованиям Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 г. N 1090 (далее – ПДД РФ), и состоят в причинно-следственной связи с произошедшим ДТП.

Как видно из материалов дела, по факту ДТП с участием ФИО1 или ФИО2 было возбуждено дело об административном правонарушении, производство по которому было прекращено.

Из заключения проведенной по делу судебной автотехнической экспертизы (заключение эксперта ООО «Транспортный союз Сибири» от 09.07.2025 г. № 28/25) следует, что ДТП с участием ФИО1 и ФИО2 произошло при следующих обстоятельствах.

До дорожно-транспортного происшествия водитель автомобиля Хендай Крета (ФИО2) двигался по второй полосе проезжей части <адрес> со стороны <адрес> в сторону <адрес>, со скоростью 30 км/ч. В пути следования, в районе нахождения строения № по <адрес>, после начала разметки 1.11, в процессе перестроения на крайнюю правую полосу, обозначенную разметкой 1.23.1 (специальную полосу для маршрутных транспортных средств шириной 4,9 м) в 4,8 м от правого края проезжей части (со слов ФИО2), в 2,6 м от правого края проезжей части (со слов ФИО1), происходит попутное угловое касательное столкновение автомобиля Хендай Крета с двигавшимся правее автомобилем Тойота Суцид (со слов ФИО1 скорость автомобиля Тойота Суцид составляла около 60 км/ч., перестроение из второй полосы в первую он осуществил после начала дорожной разметки 1.11).

При столкновении автомобилей Хендай Крета и Тойота Суцид изначально в контактное взаимодействие вступили правая передняя угловая часть автомобиля Хендай Крета и передняя часть левой боковой поверхности автомобиля Тойота Суцид (исходя из повреждений, зафиксированных на ТС в справке о ДТП, фотографий, выполненных на месте ДТП). К моменту столкновения автомобилей Хендай Крета и Тойота Суцид продольные оси транспортных средств располагались по отношению друг к другу под углом близким по своему значению к 10/20°.

После столкновения, автомобиль Тойота Суцид выезжает за пределы правого края проезжей части, где происходит наезд автомобиля Тойота Суцид на световую опору, автомобиль Хендай Крета останавливается у правого края проезжей части <адрес>.

Установить такие элементы механизма дорожно-транспортного происшествия, как фактические скорости движения транспортных средств, фактические координаты места столкновения транспортных средств (в продольном и поперечном направлении) не представляется возможным.

Если исходить из расположения мест столкновения, зафиксированных на схеме со слов водителя автомобиля Хендай Крета и водителя автомобиля Тойота Суцид, протяженности дорожной разметки 1.11 (22,2 м), водитель автомобиля Тойота Суцид двигался по крайней правой полосе до начала дорожной разметки 1.11 (т. 2 л.д. 143-154).

Оспаривая выводы судебной экспертизы, согласно которым ФИО1 двигался по полосе для маршрутных транспортных средств до начала прерывистой линии дорожной разметки 1.11, последний заявил, что он двигался не скоростью 60 км/ч (взята экспертом из объяснений ФИО5 в административном материале по факту ДТП), а со скоростью 40 км/ч.

Для проверки данных доводов ФИО5 судом первой инстанции назначалась дополнительная судебная экспертиза по выводам которой (заключение эксперта ООО «Транспортный союз Сибири» от 05.11.2025 г. № 44/25) следует, что для поперечного смещения на 1,8/4,0 м при движении со скоростью 40 км/ч водителю Тойота Суцид было необходимо в продольном направлении преодолеть не менее 20,94/31,24 м (т. 2 л.д. 244-247).

Таким образом, из выводов дополнительной судебной экспертизы следует, что даже если ФИО5 двигался со скоростью 40 км/ч, то его выезд на специальную полосу для маршрутных транспортных средств все равно произошел до начала линии 1.11 горизонтальной дорожной разметки.

При этом, суд первой инстанции обоснованно подверг сомнению пояснения ФИО1 о скорости его движения 40 км/ч, поскольку о движении с такой скоростью он заявил спустя 3 года после ДТП, после проведения судебной экспертизы. При этом, непосредственно после ДТП ФИО1 утверждал о движении со скоростью 60 км/ч, что нашло отражение в собственноручно написанном им объяснении в ходе производства по делу об административном правонарушении.

Иных доказательств, опровергающих выводы судебной экспертизы, ФИО1 в суд первой инстанции не представлено.

Имеющееся в материалах настоящего дела заключение эксперта ФБУ Сибирский РЦСЭ Минюста России от 30.09.2024 г. № 2405,2406/7-2-24, данное в деле по иску ФИО6 к ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного ДТП (т. 2 л.д. 83-93), выводов экспертизы, проведенной по настоящему делу не опровергает.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что ФИО2, перестраиваясь для последующего поворота направо на специальную полосу для маршрутных транспортных средств на участке дороги, где она обозначена прерывистой линией 1.11 дорожной разметки, не уступила дорогу ФИО5, который выехал на эту полосу и двигался по ней до начала прерывистой линии 1.11 дорожной разметки, что для него было прямо запрещено п. 18.2 ПДД РФ.

Согласно п. 8.4 ПДД РФ при перестроении водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения. При одновременном перестроении транспортных средств, движущихся попутно, водитель должен уступить дорогу транспортному средству, находящемуся справа.

В п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.06.2019 г. N 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» разъяснено, что водитель транспортного средства, движущегося в нарушение ПДД РФ по траектории, движение по которой не допускается (например, по обочине, во встречном направлении по дороге с односторонним движением), либо въехавшего на перекресток на запрещающий сигнал светофора, жест регулировщика, не имеет преимущественного права движения, и у других водителей (например, выезжающих с прилегающей территории или осуществляющих поворот) отсутствует обязанность уступить ему дорогу.

Указанные разъяснения подлежат применению и в настоящем споре, поскольку для его правильного разрешения необходимо дать правовую квалификацию действий ФИО5 и ФИО2 на предмет их соответствия нормативным требованиям ПДД РФ.

Из этого следует, что у ФИО5, двигавшегося в нарушение ПДД РФ по полосе для маршрутных транспортных средств, отсутствовало преимущественное право движения перед ФИО6, которая стала перестраиваться на эту полосу на участке, где она обозначена прерывистой линией дорожной разметки. В связи с этим, нарушение требований п. 8.4 ПДД РФ в действиях ФИО6 отсутствует.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии вины ФИО6 в причинении вреда ФИО5, что исключает возможность её привлечения к гражданско-правовой ответственности в рамках настоящего сора.

При рассмотрении дела судом апелляционной инстанции ФИО5 было заявлено ходатайство о назначении по делу повторной судебной экспертизы.

Данное ходатайство удовлетворению не подлежит исходя из следующего.

В случае назначения по делу повторной судебной экспертизы, её заключение будет являться новым доказательством, которое не являлось предметом исследования суда первой инстанции.

Согласно ч. 2 ст. 87 ГПК РФ в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

В п. 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2021 г. N 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» разъяснено, что в соответствии с абзацем вторым части 1 статьи 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции принимает дополнительные (новые) доказательства, если признает причины невозможности представления таких доказательств в суд первой инстанции уважительными.

К таким причинам относятся, в частности, необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании, о приобщении к делу, об исследовании дополнительных (новых) письменных доказательств либо ходатайств о вызове свидетелей, о назначении экспертизы, о направлении поручения; принятие судом решения об отказе в удовлетворении иска (заявления) по причине пропуска срока исковой давности или пропуска установленного федеральным законом срока обращения в суд без исследования иных фактических обстоятельств дела.

Обязанность доказать наличие обстоятельств, препятствовавших лицу, ссылающемуся на дополнительные (новые) доказательства, представить их в суд первой инстанции возлагается на это лицо (статья 12, часть 1 статьи 56 ГПК РФ).

Дополнительные (новые) доказательства не могут быть приняты судом апелляционной инстанции, если будет установлено, что лицо, ссылающееся на них, не представило эти доказательства в суд первой инстанции, поскольку вело себя недобросовестно или злоупотребляло своими процессуальными правами.

В силу указанных положений закона и разъяснений по их применению по отношению к настоящему спору, суд апелляционной инстанции вправе назначить по делу повторную судебную экспертизу только в том случае, если ФИО5 ходатайствовал в суде первой инстанции о назначении такой экспертизы, представляя при этом доказательства неправильности или необоснованности ранее данного заключения, а суд первой инстанции необоснованно отказал ФИО5 в удовлетворении такого ходатайства.

В настоящем случае из материалов дела следует, что после проведения по делу судебной экспертизы, по соответствующему ходатайству ФИО5 судом первой инстанции было назначено проведение дополнительной судебной экспертизы (т. 2 л.д. 233-235).

После проведения дополнительной судебной экспертизы, о назначении повторной экспертизы ФИО5 не ходатайствовал, что следует из протокола судебного заседания (т. 3 л.д. 17-18) и письменной речи представителя ФИО1 в прениях (т. 3 л.д. 7-10).

При таких обстоятельствах правовые основания для назначения по делу повторной судебной экспертизы у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы ФИО5 не опровергают правильности выводов суда первой инстанции, направлены на переоценку доказательств, которые были представлены в суд первой инстанции и получили надлежащую оценку в обжалуемом решении. Оснований для переоценки доказательств судебная коллегия не усматривает.

По вышеуказанным основаниям подлежат отклонению и доводы апелляционного представления той части, в которой содержатся доводы о нарушении ФИО6 п.п. 8.1, 8.4 ПДД РФ.

Доводы апелляционного представления о том, что основанием для освобождения владельцев источником повышенной опасности от ответственности за возникший вред независимо от того, виновен владелец источника повышенной опасности в причинении вреда или нет, является умысел потерпевшего или непреодолимая сила, основаны на неверном применении норм материального права.

В соответствии с положениями ст.ст. 1079, 1064 ГК РФ владельцы источников повышенной опасности возмещают вред, причиненный третьим лицам источником повышенной опасности, при отсутствии вины в причинении вреда. При этом вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях, т.е. при наличии вины в причинении вреда.

Применительно к настоящему спору ФИО1 и ФИО6 являются владельцами источников повышенной опасности, в результате взаимодействия которых им обоим причинен вред. Следовательно, в отсутствие вины ФИО6 в причинении вреда, иск ФИО1 удовлетворен быть не может.

Руководствуясь статьями 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

Резолютивная часть

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Решение Первомайского районного суда г. Новосибирска от 14 января 2026 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 и апелляционное представление прокурора Первомайского района г. Новосибирска – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано через суд первой инстанции в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 22 мая 2026 года.

Председательствующий

Судьи

Ссылка: https://klerk.systems/court/act/0E0E0cLmcdoK/

Нормы в акте

Статьи законов, на которые ссылается суд. Номер статьи в тексте открывает её текст в Правовой системе, строка здесь — практику по статье.

Загружаем похожие акты