Постановление от 20 ноября 2020 г. ФАС ВВО (ФАС Волго-Вятского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Нижний Новгород

Дело № А79-12159/2017

20 ноября 2020 года

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Ионычевой С.В.,

судей Трубниковой Е.Ю., Чиха А.Н.

при отсутствии представителей лиц, участвующих в деле

(извещены надлежащим образом)

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

ФИО1

на определение Арбитражного суда Чувашской Республики-Чувашии от 20.03.2020 и

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 16.07.2020

по делу № А79-12159/2017,

по заявлению конкурсного управляющего ФИО2

о взыскании убытков с ФИО3

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)

общества с ограниченной ответственностью «Топаз»

(ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

и у с т а н о в и л :

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Топаз» (далее – ООО «Топаз», должник) в Арбитражный суд Чувашской Республики-Чувашии обратилась конкурсный управляющий ФИО2 с заявлением о взыскании с бывшего руководителя должника ФИО3 899 063 рублей 90 копеек убытков.

Заявление основано на статьях 15 и 53 (пункт 3) Гражданского кодекса Российской Федерации, пункте 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) и статье 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Суд первой инстанции определением от 20.03.2020, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 16.07.2020, отказал в удовлетворении заявленных требований. Суды пришли к выводу о недоказанности совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения ФИО3 к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков, поскольку не установили самого факта причинения убытков должнику.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, в Арбитражный суд Волго-Вятского округа обратился конкурсный кредитор должника ФИО1 с кассационной жалобой, в которой просит их отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Заявитель полагает, что ответчик не представил надлежащих доказательств в подтверждение обоснованности перечисления им денежных средств, в частности, регистров бухгалтерского учета и первичной документации, организация хранения которых возложена на него как на руководителя. ФИО1 обращает внимание окружного суда на то, что ответчик не исполнил возложенную на него обязанность передать конкурсному управляющему всю документацию должника, несмотря на то, что в материалах обособленного спора имеются доказательства, подтверждающие факт нахождения у него бухгалтерской документацией ООО «Топаз» в полном объеме. Представленные ФИО3 документы, на которых основаны выводы судов нижестоящих инстанций, являются ненадлежащими. Суды не отразили в обжалованных определении и постановлении результаты оценки всех фактических обстоятельств, на которые ссылались кредиторы и конкурсный управляющий, а также имевшихся в материалах обособленного спора доказательств, подтверждающих, что расходование денежных средств не являлось целевым.

Подробно доводы ФИО1 изложены в кассационной жалобе.

ФИО3 представил письменный отзыв на жалобу, в котором указал на законность и обоснованность обжалованных судебных актов и просил оставить их без изменения. Ответчик также уведомил суд округа о возможности рассмотреть жалобу конкурсного кредитора в свое отсутствие.

На основании статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании от 16.11.2020 объявлялся перерыв до 20.11.2020 до 09 часов 45 минут.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность определения Арбитражного суда Чувашской Республики-Чувашии от 20.03.2020 и постановления Первого арбитражного апелляционного суда от 16.07.2020 по делу № А79-12159/2017 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд округа проверяет правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, и возражениях относительно жалобы.

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, ознакомившись с отзывом на нее, суд округа не нашел оснований для отмены принятых судебных актов в силу следующего.

Как следует из материалов дела, ООО «Топаз» зарегистрировано в качестве юридического лица 18.01.2011, учредителями должника являлись ФИО4 и ФИО5, участниками с 29.05.2013 являются ФИО5 и ФИО3 Руководителем ООО «Топаз» с 18.01.2011 по 08.04.2013 являлся ФИО4, с 08.04.2013 по 06.11.2018 – ФИО3

Арбитражный суд Чувашской Республики-Чувашии определением от 16.10.2017 возбудил дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Топаз» по заявлению Федеральной налоговой службы России; определением от 23.03.2018 объединил производство по заявлению налогового органа и производство по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО6 для их совместного рассмотрения.

Определением от 06.06.2018 суд первой инстанции ввел в отношении ООО «Топаз» процедуру наблюдения, утвердил временным управляющим ФИО7; решением от 23.10.2018 признал ООО «ТОПАЗ» несостоятельным (банкротом), открыл в отношении него конкурсное производство сроком на шесть месяцев и возложил на временного управляющего ФИО7 обязанности конкурсного управляющего ООО «Топаз».

Впоследствии определением от 24.12.2018 суд первой инстанции утвердил конкурсным управляющим ООО «Топаз» ФИО2.

Конкурсный управляющий ФИО2, ознакомившись с выпиской по операциям за период с 12.04.2014 по 28.12.2017 на расчетном счете ООО «Топаз» № 40702810400000007986, открытом в обществе с ограниченной ответственностью Коммерческий банк «Мегаполис», выявила перечисление ФИО3 денежных средств в общей сумме 899 063 рубля 90 копеек с расчетного счета должника на собственный счет. В качестве назначения платежа значилось «перевод в подотчет на хозрасходы ФИО3.», а также перевод заработной платы ответчику за август, октябрь, ноябрь, декабрь 2016 года, январь, февраль 2017 года.

Посчитав, что денежные средства перечислены необоснованно, в условиях уклонения ФИО3 от передачи документации ООО «Топаз», конкурсный управляющий обратилась в арбитражный суд с настоящим заявлением о возмещении убытков.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Указанное лицо согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу, и несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Аналогичные нормы содержатся в статье 44 Закона № 14-ФЗ.

Согласно пункту 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным главой III.3 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

В соответствии с пунктом 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению – общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, в связи с чем они подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из указанной нормы права следует, что ее применение возможно лишь при наличии в совокупности условий ответственности, предусмотренных законом. По общему правилу организация, требующая возмещения своих убытков, должна доказать факт нарушения права, наличие убытков, причинную связь между поведением ответчика и наступившими у юридического лица неблагоприятными последствиями. При рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) последнего с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей. Данная правовая позиция изложена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 № 12771/10.

В пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62) указано, что неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства (пункт 1 Постановления № 62).

Отсутствие вины в силу пункта 2 статьи 401 и пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации доказывается лицом, привлекаемым к ответственности в виде взыскания убытков.

Заявляя о взыскании убытков с бывшего руководителя ООО «Топаз», конкурсный управляющий ФИО2 указала на отсутствие оправдательных документов, подтверждающих правомерное перечисление ФИО3 денежных средств должника на личный банковский счет. Кроме того, конкурсный управляющий указала на уклонение ответчика от передачи документации ООО «Топаз» в полном объеме.

Не оспаривая факт получения денежных средств, бывший руководитель ФИО3 пояснил, что спорные суммы перечислялись в целях расчетов по обязательствам должника. Так, сумма в размере 21 665 рублей 18 копеек перечислена в качестве заработной платы; 121 360 рублей перечислены в качестве возврата денежных средств по договору займа от 07.07.2014 № 3, заключенному между ответчиком и должником; полученные 357 180 рублей были впоследствии перечислены ФИО8 и ФИО9 в счет расчетов за услуги, оказанные по договорам от 16.07.2016 № А07-16/2 и 19.07.2016 № А12-16/4; 398 858 рублей 72 копейки направлены на хозяйственные нужды ООО «Топаз», в частности, по содержанию транспортных средств, использовавшихся должником в хозяйственной деятельности (для осуществления поездок в целях заключения договоров с контрагентами, находящихся в других регионах) на основании договоров безвозмездного пользования автомобилем, заключенных с ФИО3 и Войт Т.Г.

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, суды первой и апелляционной инстанции пришли к выводу о том, что перечисление ФИО3 денежных средств с расчетного счета должника на собственный счет носило целевой характер.

Суды учли, что, являясь руководителем должника с 08.04.2013 по 06.11.2018, ФИО3 имел право на получение заработной платы. При этом факт того, что в ООО «Топаз» существовал обычай расчетов с работниками посредством перечисления денежных средств на их личные счета подтвержден выписками с расчетного счета должника. В материалах обособленного спора не имелось бесспорных доказательств в подтверждение того, что заработная плата ответчику перечислялась каким-либо иным способом.

В отношении факта перечисления денежных средств по договору займа суды исследовали, в том числе положения Устава ООО «Топаз», согласно которому руководство текущей деятельностью должника осуществлялось единоличным исполнительным органом, а принятие решений о заключении сделок не было отнесено к исключительной компетенции общего собрания участников. На момент перечисления ответчику денежных средств срок оплаты по договору займа наступил (с учетом дополнительного соглашения от 08.01.2015). В подтверждение поступления на счет должника суммы выданного ФИО3 займа в материалы спора представлены оригиналы договора и ордера от 07.07.2014 № 4648 с печатью банка, а также выписка по операциям на счете ООО «Топаз». Суды исходили из отсутствия доказательств в подтверждение того, что заемные обязательства были погашены иным способом, а также, что совершение данной сделки повлекло причинение имущественного ущерба должнику. Кроме того недействительным в установленном законом порядке договор признан не был.

Суды также констатировали реальность договорных отношений с ФИО8 и ФИО9, исходя из представленных на обозрение суда оригиналов договоров от 16.07.2016 № А07-16/2 и 19.07.2016 № А12-16/4, а также актов оказания услуг, подписанных контрагентами, расходно-кассовых ордеров, содержащих расписки о получении денежных средств, и чеков о перечислении денежных средств с банковской карты ФИО3 на карту ФИО9 посредством онлайн-сервиса банка. Наряду с этим судебные инстанции сочли подтвержденным факт наличия между ООО «Топаз» и ФИО9 правоотношений, в том числе, и по результатам исследования выписки с расчетного счета должника, из которой усматривался факт производившихся ранее перечислений ФИО9

В отношении расходов на общую сумму 398 858 рублей 72 копейки, направленных, по утверждению ФИО3, на хозяйственные нужды ООО «Топаз», суды установили, что факт несения соответствующих расходов подтвержден ответчиком посредством представления авансовых отчетов и других документов: кассовых чеков, квитанций, актов выполненных работ, товарных чеков, справок, билетов, накладных. Реальность расходов также подтверждена договорами безвозмездного пользования автомобилями и актами приема-передачи к ним. При этом из пояснений самого конкурсного управляющего следовало, что собственных транспортных средств на балансе ООО «Топаз» не значилось. Исследовав представленные документы, суды сочли обоснованным доводы ФИО10 о том, что должник совершал действия по исполнению возложенного на него в силу статьи 644 Гражданского кодекса Российской Федерации бремени содержания имущества (в рассмотренном случае – автомобилей), в том числе, приобретал горюче-смазочные материалы и осуществлял необходимый ремонт.

Суды также исходили из того, что расходы по приобретению бутилированной питьевой воды, заправке и ремонту картриджа для копировальной техники, покупке бумаги и канцелярских товаров, оплате услуг интернет-провайдера, оплате нотариальных и почтовых расходов, ремонту ноутбука, установке программного обеспечения, приобретению билетов и оплате проживания по месту нахождения являются обычными для организации, что не позволяет сделать однозначный вывод о том, что данные денежные средства были направлены ФИО3 на удовлетворение личных бытовых нужд.

Аргументы ФИО1 о том, что представленные в материалы дела авансовые отчеты не соответствуют требованиям Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», в частности, не содержат подписи главного бухгалтера, подлежат отклонению в связи с тем, что незаполнение в авансовых отчетах некоторых позиций, не влияющих на содержание хозяйственной операции, не препятствует принятию этих документов к учету при отсутствии доказательств фиктивности операций; недостатки в оформлении свидетельствуют о нарушении правил ведения бухгалтерского учета, но не являются безусловным основанием для отказа в подтверждении произведенных расходов.

Иные установленные судами факты не опровергнуты лицами, участвующими в деле, посредством представления надлежащих доказательств, что противоречит статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При рассмотрении настоящего спора у лиц, участвующих в деле, имелась объективная возможность воспользоваться своим процессуальным правом на заявление ходатайства о назначении по делу судебной экспертизы по вопросу о фальсификации представленных ФИО3 документов, однако соответствующее ходатайство не было заявлено.

По делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного суды первой и апелляционной инстанции, учитывая конкретные обстоятельства спора, констатировали отсутствие совокупности правовых оснований для взыскания с ФИО3 убытков, поскольку из материалов дела однозначно не следовало, что должнику были причинены убытки.

Вопреки позиции подателя жалобы, суды пришли к выводу о реальности несения ООО «Топаз» расходов, заявленных конкурсным управляющим ФИО2 в качестве убытков должника в рамках настоящего спора, исходя из представленных участвующими в споре лицами доказательств: копии и оригиналы оправдательных документов, в частности, представлялись ответчиком на обозрение судов и приобщены к материалам спора.

То обстоятельство, что в обжалованных судебных актах не отражены все имеющиеся в деле пояснения и доказательства, не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной оценки. При рассмотрении спора суды учитывают обстоятельства, присущие каждому конкретному делу и доказательственную базу, представленную сторонами, на основании которой и принимается судебный акт.

Кассационная инстанция отмечает, что несогласие заявителя с оценкой судами обстоятельств дела и иное толкование положений законодательства основаниями для отмены обжалованных судебных актов в кассационном порядке не являются. Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций. Полномочия же вышестоящего суда по пересмотру дела должны осуществляться в целях исправления судебных ошибок в виде неправильного применения норм материального и процессуального права при отправлении правосудия, а не для пересмотра дела по существу, на чем по существу настаивает кредитор.

Нормы материального права применены судами первой и апелляционной инстанций правильно. Окружной суд не установил нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены принятых по делу судебных актов в любом случае.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины с кассационной жалобы не рассматривался, поскольку, согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, при подаче кассационной жалобы по данной категории дел государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

Резолютивная часть

П О С Т А Н О В И Л :

определение Арбитражного суда Чувашской Республики-Чувашии от 20.03.2020 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 16.07.2020 по делу № А79-12159/2017 по делу № А79-12159/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу Матюнина Александра Вадимовича – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

С.В. Ионычева

Судьи

Е.Ю. Трубникова

А.Н. Чих