Апелляционное определение № 33-2564/2026 от 19 мая 2026 г.
Итог · из резолютивной части
Читать резолютивную часть целикомрешение Губкинского городского суда Белгородской области от 19 июня 2023 г. по делу по иску ФИО1 (паспорт №) к ФИО2 (паспорт №), ФИО3 (паспорт №) о компенсации морального вреда отменить в части взыскания с ФИО3. в пользу ФИО1. компенсации морального вреда в сумме 800000 и государственной пошлины в доход бюджета муниципального образования «Губкинский городской округ» в размере 300 руб.
Реквизиты
Текст акта
БЕЛГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
31RS0007-01-2023-000572-65 33-2564/2026
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Белгород 19 мая 2026 г.
Судебная коллегия по гражданским делам Белгородского областного суда в составе:
председательствующего Переверзевой Ю.А.
судей Украинской О.И., Нессоновой С.В.
при секретаре Лихачевой М.Б.
с участием прокурора Кирилловой М.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о компенсации морального вреда
по апелляционной жалобе ФИО1
на решение Губкинского городского суда Белгородской области от 19 июня 2023 г.
Заслушав доклад судьи Украинской О.И., выслушав объяснения заявителя ФИО1., её представителя ФИО4., представителя ответчика ФИО2. ФИО5., заключение прокурора Кирилловой М.А.., судебная коллегия
установила:
ФИО1. обратилась в суд с иском, указав, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 управляя автомобилем <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, совершила наезд на пешехода ФИО6. ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в результате чего последней причинены телесные повреждения, от которых она скончалась ДД.ММ.ГГГГ, просила взыскать в ее пользу в связи с гибелью дочери в ДТП в счет компенсации морального вреда 2000000 рублей в солидарном порядке с водителя ФИО2. и собственника автомобиля ФИО3.
Решением Губкинского городского суда Белгородской области от 19 июня 2023 г. заявленные ФИО1. требования удовлетворены в части. С ФИО3. в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в сумме 800 000 рублей. В остальной части иск оставлен без удовлетворения. С ФИО3 взыскана в доход бюджета муниципального образования «Губкинский городской округ» государственная пошлина в размере 300 рублей.
В апелляционной жалобе ФИО1. просила отменить судебное постановление в связи с нарушением судом норм материального и процессуального права, принять новое решение, которым удовлетворить ее требования в полном объеме.
В поданных возражениях на апелляционную жалобу ответчики ФИО2., ФИО3 просили оставить без изменения решение суда первой инстанции.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда от 7 ноября 2023 г. решение суда первой инстанции отменено в части взыскания с ФИО3. в пользу ФИО1. компенсации морального вреда в сумме 800000 и государственной пошлины в доход бюджета муниципального образования «Губкинский городской округ» в размере 300 руб. и отказа в удовлетворении требования о взыскании компенсации морального вреда с В.А.. Принято в этой части новое решение, которым взыскано с ФИО2. в пользу ФИО1. 800000 руб. в счет компенсации морального вреда и 300 руб. государственной пошлины в доход бюджета муниципального образования «Губкинский городской округ». В удовлетворении иска к ФИО3. отказано. В остальной части решение суда оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО1. – без удовлетворения.
Определением судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда от 24 марта 2026 г. апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда от 7 ноября 2023 г. отменено по новым обстоятельствам.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец и ее представитель ФИО4. поддержали доводы апелляционной жалобы.
Ответчики ФИО3,, ФИО2. в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о месте и времени рассмотрения дела по апелляционной жалобе извещены своевременно и надлежащим образом, ФИО3. электронным заказным письмом, полученным 16 апреля 2026 г., причины неявки не сообщил, ФИО2,. под расписку через администрацию ФКУ КП-8 УФСИН России по Белгородской области, ФИО2 обеспечено участие в судебном заседании с использованием системы видеоконференц – связи, однако, она от реализации такого права отказалась, направив в суд заявление о нежелании участвовать в судебном заседании, обеспечила участие представителя.
В соответствии со ст.167 ГПК РФ судебная коллегия считает возможным рассмотреть жалобу в отсутствие неявившихся.
Представитель ответчика ФИО5. считала жалобу не подлежащей удовлетворению.
В заключении прокурор Кириллова М.А.. считала решение суда законным и обоснованным.
Судебная коллегия, проверив законность и обоснованность судебного решения по правилам ч.1 ст.327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе истца, возражениях, изучив материалы настоящего дела, приходит к следующему.
При разрешении спора суд первой инстанции, оценив исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности по правилам ст.67 ГПК РФ, руководствуясь положениями ст.ст. 151, 1064, 1079, 1083, 1099, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, данных в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", постановлении от 26 января 2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", пришел к выводу о том, что надлежащим ответчиком по делу является владелец источника опасности ФИО3., на которого должна быть возложена обязанность по компенсации морального вреда ФИО1., ФИО2. является ненадлежащим ответчиком по данному делу, при определении размера компенсации исходил из объема и характера причиненных истцу страданий, связанных с утратой единственной дочери, принципов разумности и справедливости, возражений ответчика ФИО3 относительно предъявленного иска, его материального положения, обстоятельств ДТП, в том числе нарушения п.4.1 Правил дорожного движения самим пешеходом ФИО6., определил подлежащей взысканию в пользу истца в счет компенсации морального вреда сумму 800 000 рублей.
Судебная коллегия соглашается с обоснованностью выводов суда первой инстанции о наличии оснований для компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью истца, не может согласиться выводом о возложении обязанности по компенсации морального вреда на собственника автомобиля ФИО3,, а также с установленным судом размером компенсации морального вреда, считая его определенным без учета конкретных обстоятельств дела, требований разумности и справедливости.
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).
В соответствии с п.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п.2 ст.1064 ГК РФ).
Таким образом, в соответствии со ст.1064 ГК РФ для наступления ответственности, вытекающей из обстоятельств вследствие причинения вреда, необходимо наличие одновременно таких условий как: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственная связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом; вина причинителя вреда.
Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
В соответствии с ч. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (в частности - использование транспортных средств) обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (ст.1100 ГК РФ).
В соответствии с п.2 ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Согласно п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Согласно разъяснениям в п.п. 14, 26, 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников.
Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.
При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий.
Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1. являлась матерью ФИО6,. ДД.ММ.ГГГГ года рождения.
ДД.ММ.ГГГГ на <данные изъяты>, ФИО2., управляя автомобилем <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, совершила наезд на пешехода Б.В.А,., которая двигалась по правому краю проезжей части в направлении <адрес> в попутном с движением транспортных средств направлении. В результате ДТП пешеходу причинены телесные повреждения, от которых ДД.ММ.ГГГГ она скончалась.
Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ смерть Б.В.А.. наступила в результате <данные изъяты> Указанные повреждения расцениваются в совокупности, как причинившие тяжкий вред здоровью, по критерию вреда, опасного для жизни человека и имеют прямую причинную связь с наступлением смерти.
Приговором Губкинского городского суда Белгородской области от 27 февраля 2025 г., оставленным без изменения апелляционным постановлением Белгородского областного суда от 10 декабря 2025 г., ФИО2 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ.
Судом установлено, что в момент ДТП в машине также находился ФИО3., который являлся собственником автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № и передал управление ею ФИО2, что подтверждаются объяснениями лиц, участвующих в деле.
Согласно страховому полису <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2. указана в качестве лиц, допущенных к управлению данным транспортным средством, чья гражданская ответственность застрахована.
Возлагая ответственность за вред, причиненный автомобилем на его собственника, суд указал, что законным владельцем источника опасности- автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, на момент ДТП, исходя из положений ст.1079 ГК РФ и п.19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", являлся ФИО3 на которого должна быть возложена обязанность по компенсации морального вреда ФИО1.
При этом суд первой инстанции обоснованно не усмотрел правовых оснований для привлечения ФИО2, к солидарной ответственности, поскольку обстоятельства дела не содержат доказательств того, что вред истцу причинен в результате совместных действий ответчиков.
Понятие владельца транспортного средства приведено в ст. 1 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", в соответствии с которым им является собственник транспортного средства, а также лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче этому лицу транспортного средства и тому подобное). Не является владельцем транспортного средства лицо, управляющее транспортным средством в силу исполнения своих служебных или трудовых обязанностей, в том числе на основании трудового или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем транспортного средства.
Под владением в гражданском праве понимается фактическое господство лица над вещью. Такое господство может быть владением собственника, а также обладателя иного вещного права, дающего владение; владением по воле собственника или для собственника (законное владение, которое всегда срочное и ограничено в своем объеме условиями договора с собственником или законом в интересах собственника); владением не по воле собственника (незаконное владение, которое возникает в результате хищения, насилия, а также вследствие недействительной сделки).
Субъектом ответственности за причинение вреда, причиненного источником повышенной опасности, является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности, имело его в своем реальном владении и использовало на момент причинения вреда.
Пунктом 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что по смыслу ст. 1079 ГК РФ лицо, в отношении которого оформлена доверенность на управление транспортным средством, признается его законным владельцем, если транспортное средство передано ему во временное пользование и он пользуется им по своему усмотрению.
Если в обязанности лица, в отношении которого оформлена доверенность на право управления, входят лишь обязанности по управлению транспортным средством по заданию и в интересах другого лица, такая доверенность может являться одним из доказательств по делу, подтверждающим наличие трудовых или гражданско-правовых отношений.
Таким образом, помимо разрешения, данного собственником иному лицу на управление транспортным средством, правовое значение имеют обстоятельства, характеризующие существо правоотношений пользования автомобилем, сложившихся между собственником и этим лицом.
По смыслу п. 1 ст. 185 ГК РФ под доверенностью понимается оформленный надлежащим образом документ, содержащий указание на наделение одного лица полномочиями по представлению интересов другого лица или группы лиц.
При этом необходимо учитывать, что письменная доверенность не является единственным доказательством наделения лица, не являющегося собственником, правом владения транспортным средством, а факт управления транспортным средством, в том числе и по воле его собственника, не всегда свидетельствует о законном владении лицом, управлявшим им, данным транспортным средством.
Предусмотренный ст. 1079 ГК РФ перечень законных оснований владения источником повышенной опасности и документов, их подтверждающих, не является исчерпывающим, но любое из таких оснований требует соответствующего юридического оформления (заключение договора, выдача доверенности на право управления транспортным средством, внесение в страховой полис лица, допущенного к управлению транспортным средством, и т.п.).
В данном случае ФИО2. управляла автомобилем по воле собственника, который оформил допуск ее к управлению транспортным средством в соответствии с требованиями закона, включив ее в перечень лиц, чья гражданская ответственность при управлении данным автомобилем застрахована.
Учитывая обстоятельства, установленные приговором суда, позиции сторон в ходе рассмотрения дела судом апелляционной инстанции, судебная коллегия приходит к выводу о том, что надлежащим ответчиком по данному делу является ФИО2,., которая управляла в момент ДТП автомобилем на законном основании, в связи с чем решение подлежит отмене в части удовлетворения требований к ФИО7 А,Ф.. и отказа в иске к ФИО2,.
Приговором суда уставлено, что ФИО2, управляя автомобилем в условиях ограниченной видимости в темное время суток, на неосвещенной дороге, в нарушение п.10.1 ПДД, двигалась со скоростью движения, не позволяющей ей обеспечивать возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований ПДД, никаких мер, направленных на снижение скорости вплоть до полной остановки транспортного средства ФИО2, не предприняла и совершила наезд на потерпевшую Б.. В результате чего последней были причинены телесные повреждения, от которых наступила смерть.
В силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Вступившим в законную силу постановлением судьи установлен факт причинения смерти дочери истца вследствие нарушения Правил дорожного движения водителем ФИО2,.
Судебная коллегия соглашается с выводами суда о праве истца на компенсацию морального вреда, ввиду наличия близких родственных отношений между истцом и погибшей Б.В.А. которая являлась единственной дочерью истца, смерть которой явилась невосполнимой утратой, причинила ФИО8 А,В.. серьезные нравственные страдания.
Жизнь и здоровье относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной. Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации.
Утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, влекущего состояние эмоционального расстройства, препятствующего адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам. Во всех случаях близкие родственники испытывают нравственные страдания, вызванные смертью близкого человека, которая является невосполнимой утратой, необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также их неимущественное право на родственные и семейные связи, установлению подлежит лишь размер такой компенсации.
Пунктом 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.
Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.) (абзац третий пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1).
Таким образом, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности, но размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом. Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться судом с учетом фактических обстоятельств дела. Соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда надлежит привести в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.
Ответчики ссылались на наличие грубой неосторожности самой Б.В.А.
Приговором Губкинского городского суда Белгородской области от 27 февраля 2025 г. установлено, что пешеход Б.В.А.. двигалась по проезжей части дроги в попутном направлении автомобилю под управлением К,В.А, не имея при себе предметов со светоотражающими элементами.
В силу п. 4.1 Правил дорожного движения при движении по краю проезжей части пешеходы должны идти навстречу движению транспортных средств. При переходе дороги и движении по обочинам или краю проезжей части в темное время суток или в условиях недостаточной видимости пешеходам рекомендуется, а вне населенных пунктов пешеходы обязаны иметь при себе предметы со световозвращающими элементами и обеспечивать видимость этих предметов водителями транспортных средств.
Действия потерпевшей, нарушившей п. 4.1 Правил дорожного движения, не содержат признаков грубой неосторожности, поскольку в силу своего несовершеннолетнего возраста (<данные изъяты>) она в должной мере не могла предвидеть вероятность наступления вредоносных последствий своего поведения, однако, судебная коллегия учитывает допущенную неосмотрительность с ее стороны, также явившуюся причиной причинения вреда ее жизни.
Кроме того, судебной коллегией учитывается отсутствие должного контроля со стороны родителей истца за несовершеннолетним ребенком, который двигался по трассе в темное время суток, не соблюдая Правила дорожного движения.
В силу ч. 3 ст. 1083 ГК РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.
Ответчики в ходе рассмотрения дела указывали на свое тяжелое материальное положение, не позволяющее возместить вред в заявленном истцом размере.
Поскольку в удовлетворении исковых требований к ФИО3. отказано, оснований для оценки его материального положения судебная коллегия не усматривает.
Из материалов дела следует, что у ФИО2. недвижимого имущества и транспортных средств не имеется, на момент ДТП она являлась <данные изъяты>, размер стипендии составлял 2350 рублей, с августа 2023 года она работала <данные изъяты> ОГБУЗ «Городская больница № 2 г. Белгорода», ее средняя заработная плата за 3 месяца 2023 года составила 25054,12 рублей, начисленная ей заработная плата в 2025 году (с января по май включительно) с учетом социальных выплат составляла от 61019 рублей до 86137 рублей, в мае 2025 года с учетом доплат и соц.выплат ответчику начислено 130883 рубля, с июня 2025 года ответчик не работала в больнице, ей начислены только социальные выплаты за июнь 2025 года в сумме 26667 рублей, иных начислений и доходов не имелось.
На момент рассмотрения дела судом апелляционной инстанции ФИО2 отбывает наказание в ФКУ КП – 8 УФСИН России по Белгородской области, ее заработок за период с февраля по апрель 2026 года включительно составил 8598,38 рублей.
Ссылки представителя истца на необоснованность доводов о тяжелом материальном положении ответчика, так как она смогла единовременно внести во исполнение решения суда сумму 800000 рублей, о наличии у ФИО2. иного имущества либо иных доходов не свидетельствуют.
Таким образом, с учетом совокупности указанных обстоятельств, вины ответчика в нарушении Правил дорожного движения, неосмотрительности потерпевшей ФИО6., отсутствия надлежащего контроля за ребенком со стороны родителей, материального положения ответчиков, тяжести нравственных страданий истца, требований разумности и справедливости, материального положения ответчика, а также в целях установления баланса между правами лиц, участвующих в деле, судебная коллегия приходит к выводу о том, что взысканная судом первой инстанции в пользу истца сумма в счет компенсации морального вреда подлежит увеличению до 1 200000 рублей.
На основании изложенного решение подлежит отмене в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ с принятием нового решения о частичном удовлетворении исковых требований.
Как следует из материалов дела, справки нотариуса от ДД.ММ.ГГГГ, ответчиком ФИО2. во исполнение апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда от 7 ноября 2023 г. внесены в депозит нотариуса для получения ФИО1. денежные средства в сумме 800000 рублей.
Из пояснений истца и ее представителя следует, что на дату рассмотрения дела судом апелляционной инстанции данные средства истцом ФИО1. получены, в связи с чем апелляционное определение в части взыскания компенсации морального вреда в сумме 800000 рублей не подлежит приведению в исполнение.
В соответствии со с. 103 ГПК РФ с ответчика ФИО2. подлежит взысканию госпошлина в размере 300 рублей в доход бюджета муниципального образования «Губкинский городской округ».
Руководствуясь ст.ст. 328 – 330 ГПК РФ, судебная коллегия
Резолютивная часть
определила:
решение Губкинского городского суда Белгородской области от 19 июня 2023 г. по делу по иску ФИО1 (паспорт №) к ФИО2 (паспорт №), ФИО3 (паспорт №) о компенсации морального вреда отменить в части взыскания с ФИО3. в пользу ФИО1. компенсации морального вреда в сумме 800000 и государственной пошлины в доход бюджета муниципального образования «Губкинский городской округ» в размере 300 руб. и отказа в удовлетворении требования о взыскании компенсации морального вреда с ФИО2., принять в данной части новое решение.
Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 1 200000 рублей.
В удовлетворении иска к ФИО3. отказать.
Взыскать с ФИО2 государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования «Губкинский городской округ» в сумме 300 рублей.
Решение в части взыскания компенсации морального вреда в сумме 800000 рублей не приводить в исполнение.
В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1. – без удовлетворения.
Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы (представления) через Губкинский городской суд Белгородской области.
Мотивированный текст апелляционного определения составлен 4 июня 2026 г.
Председательствующий
Судьи