Постановление от 7 октября 2020 г. ФАС ЗСО (ФАС Западно-Сибирского округа)

Арбитражный суд

Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень Дело № А03-18012/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 05 октября 2020 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 07 октября 2020 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Кадниковой О.В.,

судей Доронина С.А.,

ФИО1 –

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу

ФИО5 на определение Арбитражного суда Алтайского края от 19.02.2020 (судья Болотина М.И.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 19.07.2020 (судьи Иванов О.А., Кудряшева Е.В., Усанина Н.А.) по делу № А03-18012/2016

о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Завод нестандартного оборудования» (ИНН <***>, ОГРН <***>, далее по тексту – общество, завод, должник), принятые в рамках обособленного спора по заявлению конкурсного управляющего обществом – ФИО2

о привлечении контролирующих должника лиц – ФИО3, ФИО5 и ФИО4 к субсидиарной ответственности.

Суд установил:

определением Арбитражного суда Алтайского края от 19.02.2020, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 19.07.2020, признано доказанным наличие оснований, предусмотренных абзацем третьим пункта 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту – Закон о банкротстве) в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-Ф3 «О внесении изменений

в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее по тексту – Федеральный закон от 28.06.2013 № 134-Ф3) для привлечения

Боровикова Н.М. и Толстова И.В. к субсидиарной ответственности

по обязательствам должника. Рассмотрение заявления в части размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчётов

с кредиторами. В удовлетворении остальной части заявления отказано.

В кассационной жалобе ФИО5 просит отменить принятые судебные акты, касающиеся его привлечения его к субсидиарной ответственности, принять в этой части новый судебный акт об отказе

в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

В обоснование жалобы её податель ссылается на то, что на момент вынесения обжалуемого определения суда первой инстанции

Закон о банкротстве действовал в иной редакции (от 26.11.2019),

нормы о привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности были изменены, в частности, действовала норма

подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, которой была существенно смягчена презумпция вины контролирующего должника лица, предусмотренная абзацем третьим пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве

в прежней редакции, поскольку была дополнена обязанностью заявителя доказывания причинения контролирующим должника лицом существенного вреда имущественным правам кредиторов; однако судами не установлено наличие существенного вреда имущественным правам кредиторов

в результате совершения оспоренных сделок.

В заседание суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле,

не явились, отзывы на кассационную жалобу не представили. Учитывая надлежащее извещение участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается

в их отсутствие в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

(далее по тексту – АПК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального

и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, если иное не предусмотрено АПК РФ.

Таким образом, по общему правилу суд кассационной инстанции проверяет законность судебных актов судов нижестоящих инстанций

только в той части, которая обжалована в суд, в данном случае в части признания судами доказанным наличия оснований для привлечения

ФИО5 к субсидиарной ответственности.

Рассмотрев кассационную жалобу, изучив материалы дела, проверив

в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность принятых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Как установлено судами и следует из материалов дела, обязанности директора общества с 22.03.2006 до признания его банкротом и открытия конкурсного производства исполнял ФИО3, который также является участником общества с долей участия в уставном капитале 15 %; ФИО5 – председатель совета директоров – органа управления общества согласно его Уставу, утверждённому решением внеочередного собрания участников от 08.10.2009.

Таким образом, названные лица являются контролирующими должника лицами (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее по тексту – Гражданский кодекс, пункт 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц

к ответственности при банкротстве»).

Учитывая общие правила о действии закона во времени, а также разъяснения, данные в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137

«О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений

в отдельные законодательные акты Российской Федерации», принимая

во внимание период совершения указанными лицами вменяемых им действий (2015 – 2016 годы), являющихся основанием для привлечения

к субсидиарной ответственности, в виде заключения сделок, признанных впоследствии судом недействительными, суды правильно применили положения абзацев второго и третьего пункта 4 статьи 10 Закона

о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-Ф3, содержащие презумпцию доведения должника до банкротства действиями

и (или) бездействием контролирующего должника лица, причинившими вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом

или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника.

Вступившими в законную силу определениями Арбитражного суда Алтайского края от 19.08.2019, от 08.11.2019 по настоящему делу признаны недействительными как совершённые с нарушением статьи 10 Гражданского кодекса, в целях вывода активов и недопущения обращения на них взыскания по долгам завода, то есть с целью причинения вреда имущественным правам независимого кредитора – Федеральной налоговой службы, сделки должника: договоры купли-продажи имущества и материальных ценностей от 01.10.2015 и от 23.12.2015, договоры цессии от 21.01.2016 № 01/16

и № 02/16, заключённые между должником в лице директора

ФИО3 и открытым акционерным обществом «УК «Сибагромаш» (далее по тексту – общество «УК Сибагромаш») в лице директора

ФИО5 (он же являлся участником этого общества), договоры купли-продажи от 10.11.2015, от 16.11.2015 № 2ПТС-4 в отношении транспортных средств – Chevrolet Niva, самосвала САЗ 3507.01, трактора МТЗ-80

и прицепа, заключённых между должником в лице директора

ФИО3 и ФИО3 со своим сыном – ФИО6; применены последствия недействительности сделок в виде возложения

на ответчиков обязанности по возвращению в конкурсную массу должника проданного имущества.

Согласно бухгалтерскому балансу завода по состоянию на 31.12.2015

у него имелись следующие активы: основные средства – 1 000 руб.; финансовые вложения – 2 000 руб.; запасы – 1 931 000 руб.; дебиторская задолженность – 3 703 000 руб.; денежные средства и денежные эквиваленты – 30 000 руб.; прочие оборотные активы – 6 000 руб. Пассивы должника отражены в бухгалтерской (налоговой) отчётности в следующем размере: уставный капитал (складочный капитал, уставный фонд, вклады товарищей) – 3 000 000 руб.; непокрытый убыток – 4 675 000 руб.; кредиторская задолженность – 7 346 000 руб.

Таким образом, на момент совершения сделок должник находился

в ситуации имущественного кризиса, его деятельность была убыточной.

С учётом этого действия менеджмента общества должны были быть направлены на реализацию экономически обоснованного плана выхода

из кризиса.

Вместе с тем согласно бухгалтерскому балансу завода за 2016 год

его активы составляли: основные средства – 124 000 руб.; финансовые вложения – 2 000 руб.; запасы – 1 242 000 руб.; дебиторская задолженность –

3 030 000 руб. Пассивы должника отражены в следующем размере: уставный капитал (складочный капитал, уставный фонд, вклады товарищей) – 3 000 000 руб.; непокрытый убыток – 5 802 000 руб.; кредиторская задолженность – 7 200 000 руб.

Тем самым убыток общества вырос по сравнению с предыдущим годом.

При рассмотрении споров о признании сделок недействительными

судами был установлен факт их убыточности для общества, причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Довод кассатора о том, что отчуждалось неликвидное имущество,

не использовавшееся в хозяйственной деятельности завода, подлежат отклонению как не основанный на доказательствах.

Кроме того, вопрос причинения спорными сделками вреда уже решался судом при рассмотрении споров о признании сделок недействительными.

В результате отчуждения активов должника произошло прекращение

его деятельности, что в свою очередь повлекло невозможность погашения образовавшейся задолженности по налогам и сборам.

Следовательно, банкротство должника является результатом,

в том числе, действий контролирующих должника лиц в заключении экономически необоснованных сделок по реализации активов должника.

Совет директоров в силу пункта 1.2 Устава общества является органом, определяющим основные направления деятельности общества,

то есть в его ведении находятся наиболее значимые вопросы. Совет директоров принимает решения, в наибольшей степени влияющие

на деятельность общества.

На председателя совета директоров возложена обязанность

по организации работы совета директоров, он созывает заседания совета директоров и председательствует на них, организует на заседаниях ведение протокола, председательствует на общем собрании (пункт 1.15 Устава).

Таким образом, ФИО5 мог и оказывал существенное влияние

на принятие тех или иных решений совета директоров.

Доказательств того, что он выступал против совершения сделок,

не представлено.

При таких обстоятельствах основания привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5 применительно к абзацу третьему пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве являются доказанными.

Приведённые в кассационной жалобе доводы ФИО5 аналогичны ранее заявленным им в судах первой и апелляционной инстанций, которым дана надлежащая правовая оценка. По существу указанные доводы выражают несогласие с выводами судов, направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств.

Нарушений судами норм материального либо процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями

для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьёй 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

Резолютивная часть

постановил:

определение Арбитражного суда Алтайского края от 19.02.2020

и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 19.07.2020 по делу № А03-18012/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО5 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий

двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий О.В. Кадникова

Судьи С.А. ФИО7

ФИО1