Письмо
Федеральная налоговая служба, рассмотрев обращение публичного акционерного общества (далее — Банк) от 15.07.2022, по вопросу налоговых последствий при прекращении обязательств путем прощения долга, сообщает следующее.
Предметом обращения Банка является просьба подтвердить его позицию, согласно которой при документальном оформлении прощения долга, соответствующем положениям статей 415 и 423 Гражданского кодекса РФ, и экономического обоснования необходимости прощения долга, подтверждающего достижение кредитором экономического интереса, а не намерения одарить должника, Банк имеет право включить суммы прощенных обязательств в состав внереализационных расходов в качестве прочих убытков согласно статье 265 Налогового кодекса Российской Федерации (далее — Кодекс).
Кроме того, Банк полагает, что у него отсутствуют обязанности налогового агента по налогу на доходы физических лиц в случаях прощения обязательств физическим лицам.
В соответствии со статьей 252 Кодекса при исчислении налога на прибыль организаций налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в статье 270 Кодекса). Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных статьей 265 Кодекса, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком. Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме.
По мнению ФНС России, задолженность перед налогоплательщиком, списанная на основании соглашения о прощении долга, не может рассматриваться в качестве обоснованных расходов этого налогоплательщика в смысле статьи 252 Кодекса и, следовательно, в составе расходов для целей налогообложения налогом на прибыль организаций не учитывается.
В то же время Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в Постановлении от 15.07.2010 N 2833/10 указал, что признание для целей налогообложения убытков, полученных в результате прощения долга, «может быть признано правомерным, если налогоплательщиком представлены доказательства направленности этих действий на получение дохода, о чем может свидетельствовать наличие у кредитора, освобождавшего должника от лежащих на нем обязанностей, коммерческого интереса в прощении долга, который, в частности, может выражаться в достижении соответствующего мирового соглашения, направленного на урегулирование взаимных требований. Прощение долга признается дарением только в том случае, если судом будет установлено намерение кредитора освободить должника от обязанности по уплате долга в качестве дара».
Вместе с тем проверка конкретных расходов осуществляется в рамках налогового контроля.
В части исполнения обязанностей налогового агента по налогу на доходы физических лиц необходимо учитывать следующее.
Согласно пункту 1 статьи 41 Кодекса доходом признается экономическая выгода в денежной или натуральной форме, учитываемая в случае возможности ее оценки и в той мере, в которой такую выгоду можно оценить, и определяемая, в частности, в соответствии с главой 23 «Налог на доходы физических лиц» Кодекса.
В соответствии с пунктом 1 статьи 210 Кодекса при определении налоговой базы учитываются все доходы налогоплательщика, полученные им как в денежной, так и в натуральной формах, или право на распоряжение которыми у него возникло, а также доходы в виде материальной выгоды, определяемой в соответствии со статьей 212 Кодекса.
В случае прекращения обязательства физического лица — должника перед кредитной организацией (кредитором) по образовавшейся задолженности (без его исполнения) с должника снимается обязанность по возврату суммы долга, а кредитор не имеет право требовать возврата долга и осуществлять мероприятия по взысканию такой задолженности.
В этой связи, по мнению ФНС России, в момент прекращения обязательства налогоплательщика перед кредитной организацией у такого налогоплательщика возникает экономическая выгода в виде экономии на расходах по погашению долга и, соответственно, доход, подлежащий обложению налогом на доходы физических лиц в установленном порядке.
ФНС России считает, что кредитная организация в отношении указанного дохода на основании статьи 226 Кодекса признается налоговым агентом и обязана исполнять обязанности, предусмотренные для налоговых агентов статьями 226 и 230 Кодекса.
Действительный государственный советник Российской Федерации 2 класса Д.С. Сатин