Постановление от 23 октября 2020 г. ФАС СКО (ФАС Северо-Кавказского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-31801/2019
г. Краснодар
23 октября 2020 года
Резолютивная часть постановления объявлена 22 октября 2020 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 23 октября 2020 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Прокофьевой Т.В., судей Воловик Л.Н. и Черных Л.А., в отсутствие в судебном заседании заявителя – федерального государственного бюджетного научного учреждения «Всероссийский научно-исследовательский институт рыбного хозяйства и океанографии» (ИНН <***>, ОГРН <***>), заявившего ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие, заинтересованного лица – Управления Федерального казначейства по Ростовской области (ИНН <***>, ОГРН <***>), надлежаще извещенного о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», рассмотрев кассационную жалобу федерального государственного бюджетного научного учреждения «Всероссийский научно-исследовательский институт рыбного хозяйства и океанографии» на решение Арбитражного суда Ростовской области от 25.03.2020 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.06.2020 по делу № А53-31801/2019, установил следующее.

Федеральное государственное бюджетное научное учреждение «Всероссийский научно-исследовательский институт рыбного хозяйства и океанографии» (далее – институт) обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании недействительным предписания Управления Федерального казначейства по Ростовской области (далее – управление) от 29.07.2019 № 58-23-12/23-8303.

Решением суда от 25.03.2020, признано недействительным предписание управления от 29.07.2019 № 58-23-12/23-8303 в части обязания института возместить в доход федерального бюджета 75 983 рубля 54 копейки, как несоответствующее бюджетному законодательству Российской Федерации. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано. С управления в пользу института взысканы 3 тыс. рублей расходов по уплате государственной пошлины.

Суд пришел к выводу, что предписание управления в части обязания института возместить в доход федерального бюджета 94 877 рублей 46 копеек, в том числе 20 819 рублей (пункт 1) и 74 058 рублей 46 копеек (по пункту 2), законно и обосновано.

Постановлением суда апелляционной инстанции от 25.06.2020 оставлено без изменения решение суда первой инстанции в части обязания возместить в доход федерального бюджета 147 668 рублей 29 копеек.

Институт обратился в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа с кассационной жалобой, в которой просит изменить решение суда от 25.03.2020 в части и отменить постановление апелляционной инстанции от 25.06.2020 полностью, принять по делу новый судебный акт, которым предписание признать недействительным в части обязания возместить в доход федерального бюджета денежные средства 147 668 рублей 29 копеек, как несоответствующее бюджетному законодательству Российской Федерации, ссылаясь на то, что общая сумма, переплаченная заказчиком, с учетом 2 301 рубля 71 копейки разницы (между ошибочно рассчитанной судом первой инстанции стоимостью фактически выполненных работ и правильной стоимостью фактически выполненных работ), а также 20 891 рублей непредвиденных расходов, которые взысканы по пункту 2 предписания, составляет 23 192 рубля 71 копейка, а не 94 877 рублей 46 копеек.

В отзыве на кассационную жалобу управление считает обжалуемые судебные акты законными и обоснованными и просит кассационную жалобу оставить без удовлетворения.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы, отзыва, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению на основании следующего.

Как видно из материалов дела, 12.01.2017 институт (заказчик) заключил с ИП ФИО1 (подрядчик) контракт № 0358100043016000125-0678841-01/6-44, по условиям которого заказчик поручил, а подрядчик принял на себя обязательство выполнить капитальный ремонт лабораторно-административного здания по ул. Свердлова, 2 в г. Керчь, Республика Крым. Цена контракта – 1 061 891 рубль, НДС не облагается (пункт 2.1 договора).

Приложением к контракту явились: локальный сметный расчет, техническое задание и график выполнения работ.

Согласно приложенному к контракту сметному расчету цена контракта образована следующим образом:

– стоимость строительных работ – 1 363 180 рублей;

– средства на непредвиденные работы и затраты – 29 280 рублей;

– затраты на содержание заказчика-застройщика – 16 100 рублей;

– средства на оплату проектных работ – 64 810 рублей;

– средства на оплату проведения определения достоверности сметной документации – 20 тыс. рублей,

– средства на покрытие затрат по уплате налога на добавленную стоимость – 268 810 рублей;

Итого: 1 762 180 рублей.

С учетом применения понижающего коэффициента по итогам электронного аукциона, равного 0,60260075588, цена контракта составила 1 061 891 рубль.

Согласно акту о приемке выполненных работ от 31.03.2017 № 1 ИП ФИО1 в рамках данного договора выполнила работы на 1 041 072 рубля. Акт подписан управлением с оговоркой о невыполнении пунктов 2, 3, 4, 12, 20, 21, 23.

Дальнейший расчет оплаты с ИП ФИО1 произведен институтом исходя из цены контракта – 1 061 891 рубль за минусом сумм невыполненных работ – 28 591 рубля, а также за минусом 329 717 рублей 16 копеек удержанной пени за просрочку выполнения работ и 106 189 рублей 10 копеек удержанного штрафа за ненадлежащее исполнения обязательств.

Платежным поручением от 29.08.2017 № 759172 произведена оплата 597 393 рублей 74 копеек (1 061 891 – 28 591 – 329 717,16 – 106 189,10).

В период с 29.04.2019 по 07.06.2019 управление провело выездную плановую проверку института по вопросу использования субсидии из федерального бюджета за период с 01.01.2017 по 31.12.2018.

В ходе проверки управлением выявлены следующие нарушения:

– в рамках исполнения контракта от 12.01.2017 № 0358100043016000125067884101/6-44, заключенного с ИП ФИО1, институт переплатил 20 819 рублей;

– учитывая, что ИП ФИО1 находится на упрощенной системе налогообложения, при исчислении стоимости выполненных работ подлежали применению понижающие коэффициенты 0,94 и 0,1712 к нормативам накладных расходов; 0,9 и 0,15 к нормативам сметной прибыли, а также неверное применение понижающего коэффициента, определенного по итогам проведения электронного аукциона, привело к необоснованной уплате ИП ФИО1 150 042 рублей.

В целях устранения выявленных нарушений управлением составлено и выдано институту предписание от 29.07.2019 № 58-23-12/23-8303, которым предписано в срок до 29.11.2019 включительно возместить в доход федерального бюджета 170 861 рубль: 20 819 рублей по пункту 1 предписания и 150 042 рубля по пункту 2 предписания.

Полагая, что предписание управления является незаконным, институт обратился в арбитражный суд с заявлением.

В апелляционной и кассационной жалобах институт просил изменить решение суда от 25.03.2020 в части и отменить постановление апелляционной инстанции от 25.06.2020 полностью, принять по делу новый судебный акт, которым предписание признать недействительным в части обязания возместить в доход федерального бюджета денежные средства 147 668 рублей 29 копеек.

Указывая в резолютивной части на оставление без изменения решение суда первой инстанции в части обязания возместить в доход федерального бюджета денежные средства 147 668 рублей 29 копеек, суд апелляционной инстанции не изменял резолютивную часть решения суда первой инстанции, а лишь обозначил пределы апелляционной проверки решения суда первой инстанции с учетом доводов и просительной части апелляционной жалобы.

Согласно статье 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная инстанция проверяет законность судебных актов в пределах доводов кассационной жалобы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

По смыслу статьи 722 Гражданского кодекса Российской Федерации надлежащим доказательством выполнения подрядчиком работ является акт выполненных работ, либо иной документ, удостоверяющий приемку работ.

Суды установили и институт не отрицает, что институт переплатил ИП ФИО1 20 819 рублей. Признавая законным и обоснованным предписание управления в части обязания института возместить в доход федерального бюджета 20 819 рублей (пункт 1), суды указали, что на указанную сумму акт выполненных работ между институтом и ИП ФИО1 вообще не составлен, факт выполнения работ на данную сумму ничем не подтвержден. При этом суд апелляционной инстанции установил, что акт выполненных работ № 2, на который ссылался институт в апелляционной жалобе, не подписан заказчиком, в связи с чем не подлежал оплате. Доказательств обратного институт в материалы дела не представил.

В кассационной жалобе выводы судов в этой части не оспариваются.

По пункту 2 предписания суды установили, что 1 041 072 рубля, на которые составлен акт от 31.03.2017 № 1 о приемке выполненных работ, сложилась из стоимости работ (1 363 183 рубля), суммированных с НДС 18% (245 373 рубля). Полученный результат – 1 608 556 рублей умножен на понижающий коэффициент – 0,64720918765.

При этом суды учли, что акт выполненных работ подписан с оговоркой о невыполнении подрядчиком работ, предусмотренных пунктами 2, 3, 4, 12, 20, 21, 23 акта. Общая стоимость работ, не выполненных заказчиком, составила 43 448 рублей. В указанную сумму также вошла стоимость работ по пункту 22 акта, в котором отражена стоимость шпатлевки (1422 рубля).

При этом, как правильно указали судебные инстанции, поскольку пункт 21 акта – работы по шпатлевке исключен, то и стоимость самой шпатлевки также не подлежит включению в общую стоимость выполненных работ. Институт против исключения из акта пункта 22 не возражал.

С учетом установленных по делу обстоятельств суды указали, что стоимость невыполненных ИП ФИО1 работ вместе с НДС (18% – 7 820 рублей 64 копейки) составляет 51 268 рублей 64 копейки. Из чего следует, что стоимость выполненных по акту работ составляет 1 557 284 рубля 36 копеек (1 608 556 рублей – 51 268 рублей 64 копейки).

Суды также учли, что ИП ФИО1 при составлении акта применен понижающий коэффициент – 0,64720918765. Тогда как локальным сметным расчетом предусмотрено применение коэффициента 0,60260075588. Из чего следует, что с учетом понижающего коэффициента, предусмотренного сметой к государственному контракту, стоимость фактически выполненных работ по акту составила 938 422 рубля 54 копейки (1 557 284 рубля 36 копеек х 0,60260075588).

С учетом установленных по делу обстоятельств судебные инстанции пришли к правомерному выводу о том, что разница между оплаченной по акту о приемке выполненных работ стоимостью выполненных работ (1 041 072 рубля) и стоимостью фактически выполненных работ (938 422 рубля 54 копейки) составляет 102 649 рублей 46 копеек, а с учетом 28 591 рубля, удержанного институтом за невыполненные ИП ФИО1 работы, сумма излишне уплаченных средств составляет 74 058 рублей 46 копеек (102 649 рублей 46 копеек – 28 591 рубль).

При таких обстоятельствах вывод предыдущих судебных инстанций о том, что предписание управления от 29.07.2019 № 58-23-12/23-8303 в части обязания института возместить в доход федерального бюджета 74 058 рублей 46 копеек (по пункту 2) следует признать обоснованным.

Проверяя доводы института о том, что суды не включили в цену контракта такие элементы, как средства на непредвиденные работы и затраты, затраты на содержание заказчика-застройщика, средства на оплату проектных работ, средства на оплату проведения определения достоверности сметной документации, средства на покрытие затрат по уплате налога на добавленную стоимость, суды установили, что в ходе проверки установлено, что по результатам проведения электронного аукциона с ИП ФИО1 заключен контракт от 12.01.2017 № 0358100043016000125-0678841-01/6-44 на выполнение работ по замене окон на металлопластиковые в лабораторно-административном здании по ул. Свердлова 2, г. Керчь, Республики Крым.

Согласно сводному сметному расчету стоимости строительства (приложение № 1 к данному контракту) цена контракта (1 762 180 рублей) включала:

– 1 363 180 рублей – стоимость строительных работ;

– 29 280 рублей – средства на непредвиденные работы и затраты;

– 16 100 рублей – затраты на содержание заказчика-застройщика;

– 64 810 рублей – средства на оплату проектных работ;

– 20 тыс. рублей – средства на оплату проведения определения достоверности сметной документации;

– 268 810 рублей – средства на покрытие затрат по уплате налога на добавленную стоимость.

С учетом применения понижающего коэффициента по итогам электронного аукциона равного 0,60260075588, цена контракта составила 1 061 891 рубль.

Как видно из материалов дела, ИП ФИО1 представил акт о приемке выполненных работ от 31.03.2017 № 1 на 1 041 072 рубля, в который самостоятельно не включил затраты, которые фактически не осуществлял, а именно: содержание заказчика-застройщика, проектные работы, проведение определения достоверности сметной документации, непредвиденные работы и затраты. Таким образом, расчет суммы произведен подрядчиком исходя из:

– стоимости строительных работ в сумме 1 363 183 рубля;

– средств на покрытие затрат по уплате налога на добавленную стоимость в сумме 245 373 рубля (18% от стоимости строительных работ). Итого 1 608 556 рублей.

Однако с учетом применения неверного понижающего коэффициента 0,64720918765 стоимость выполненных ИП ФИО1 работ по акту составила: 1 041 072 рубля.

При этом, несмотря на неверный расчет, произведенный подрядчиком, институт принял акт № 1, но расчет оплаты произвел исходя из полной цены контракта 1 061 891 рубль (за минусом суммы невыполненных работ в размере 28 591 рубль, а также за минусом 329 717 рублей 16 копеек удержанной пени за просрочку выполнения работ и 106 189 рублей 10 копеек удержанного штрафа за ненадлежащее исполнение обязательств) и платежным поручением от 29.08.2017 № 759172 уплатил 597 393 рубля 74 копейки.

Суды указали, что согласно пункту 5.10 контракта обязательство подрядчика провести капитальный ремонт считается выполненным в полном объеме после подписания обеими сторонами акта выполненных работ (унифицированная форма № КС2).

В соответствии с пунктом 2.5 контракта оплата производится заказчиком при условии выполнения подрядчиком своих обязательств по капитальному ремонту в полном объеме в порядке, который установлен пунктом 5.10 контракта, в течение 15 (пятнадцати) рабочих дней со дня предоставления подрядчиком сопроводительного письма с приложением оригиналов следующих документов, оформленных в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации: акта выполненных работ по форме КС-2 в двух экземплярах и справки о стоимости выполненных работ и затрат по форме КС-3.

Таким образом, институту надлежало оплатить ИП ФИО1 только за непосредственно выполненные работы (принятые заказчиком в соответствии с нормами действующего законодательства) и с учетом коэффициента, установленного контрактом.

Учитывая изложенное, суды сделали верный вывод о том, что институт не вправе был принять и оплатить работы ИП ФИО1 по акту № 1, не выполненные и даже не предъявленные к оплате подрядчиком (стоимость работ увеличена за счет неверно примененного коэффициента, который не установлен контрактом). Доказательств обратного институт в материалы дела не представил.

В этой связи суды признали правомерным предписание управления в части обязания института возместить в доход федерального бюджета 74 058 рублей 46 копеек (пункт 2). В части обязания института возместить в доход федерального бюджета 75 983 рубля 54 копейки предписание признано незаконным (150 042 рублей по пункту 2 предписания – 74 058 рублей 46 копеек).

Изложенные в кассационной жалобе доводы сводятся к повторению утверждений института, исследованных и правомерно отклоненных судом первой инстанции и апелляционным судом, которые не могут служить основанием для отмены обжалуемых решения и постановления, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм материального и процессуального права, а лишь указывают на несогласие института с оценкой судами доказательств, с установленными по делу обстоятельствами, а потому отклонены судом кассационной инстанции. Вопрос достоверности, относимости, допустимости и взаимной связи доказательств разрешается судом в каждом конкретном случае, исходя из обстоятельств дела, при этом определение круга допустимых и относимых доказательств входит в круг вопросов, рассмотрение которых не относится к компетенции суда, рассматривающего дело в порядке кассационного производства.

Доводы приведенные институтом в кассационной жалобе, не подтверждают неправильного применения судами норм материального права и нарушения норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебных актов, поэтому в силу отсутствия оснований, предусмотренных частями 1 – 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные акты отмене не подлежат.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

Резолютивная часть

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 25.03.2020 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.06.2020 по делу № А5331801/2019 оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий Т.В. Прокофьева

Судьи Л.Н. Воловик

Л.А. Черных